Развод. От любви до предательства

Глава 1

Лужайка перед домом была подстрижена идеально, будто зеленый бархатный ковер, расстеленный к ее приезду. Алана заглушила двигатель «Мерседеса» и несколько секунд сидела в тишине, вдыхая знакомый, любимый запах — сладковатую пыльцу с окрестных полей, смешанную с горьковатым ароматом хвои. Загородный дом был ее крепостью и храмом.

Она вышла из машины, и теплый сентябрьский воздух обнял ее. Ключ щелкнул в замке с удивительно нежным, почти музыкальным звуком. Это Игнат настоял на установке этих дорогих испанских механизмов. «Все лучшее — для нашего гнезда», — говорил он тогда, а она смеялась и целовала его в щеку.

Дверь распахнулась, и ее встретило молчание, упитанное благополучием. Оно пахло старой, отполированной до зеркального блеска древесиной дубового паркета, воском, едва уловимыми нотами дорогого парфюма, который она всегда оставляла на туалетном столике в спальне, и все той же, вечной сосной. Это был запах их с Игнатом жизни. Запах, который они выстраивали двадцать пять лет. Крупица за крупицей. День за днем.

Несколько дней оставалось до их серебряной свадьбы. Она провела пальцами по холодной, идеально гладкой поверхности консоли из мореного дуба. Вспомнила, как они, молодые, дерзкие, почти без гроша, но с безумными глазами, впервые приехали смотреть на этот тогда еще недостроенный сруб. Игнат схватил ее на руки и на руках внес через порог, смеясь: «Вот он, наш будущий дворец, королева!» Она визжала от восторга и цеплялась за его шею, веря каждому слову.

Теперь это и правда был дворец, безупречный во всех деталях. Как и их жизнь. Их общий бизнес, два прекрасных ребенка, Нелли и Вася, любовь, которая, казалось, только крепла с годами. Секс… с ним тоже все был более чем прекрасным. Игнат никогда не позволял им погрузиться в рутину. Он мог неожиданно примчать с работы в обед, чтобы затащить ее в спальню, или разбудить среди ночи страстным поцелуем. Нет, здесь точно было все в порядке.

Она прошла в гостиную, поставив на столик картонную коробку. В ней — старые фотоальбомы, их с Игнатом молодость, запечатленная на пожелтевших снимках. Хотелось украсить ими гостиный зал, чтобы гости могли окунуться в историю их любви.

В доме был все по-другому, Людмила, должна была быть здесь, чтобы проветрить комнаты, сменить белье. Алана нахмурилась. Мобильный лежал без заряда в сумочке, Людмила могла что-то сообщить Игнату, но он не передал.

«Мелочи», — отмахнулась она мысленно. Не хотелось ничем омрачать предпраздничное настроение. Решила подняться в спальню, переодеться, maybe, заварить себе чаю на их великолепной кухне с видом на лес.

Широкая лестница с дубовыми поручнями и мраморными ступенями, которую она сама выбирала, упруго и холодно отзывалась под каблуками. Она скользнула ладонью по идеально отполированному дубовому поручню, ощущая его шелковистую теплоту. Еще два шага. Еще.

Дверь в их с Игнатом спальню была приоткрыта. Всего на пару сантиметров. И сначала она не увидела, а услышала.

Приглушенный, влажный шепот, похожий на стон.

Стон?