Развод. От любви до предательства

Глава 48

Доверие не вернется само. Его нужно заслужить. Каждый день. Я это понимал. Олег, ее юрист, с которым я теперь взаимодействовал напрямую, стал невольным свидетелем этой работы. Я был прозрачен, как стекло. Открыл все счета, все активы. Предложил вариант раздела, который был явно в ее пользу. Он, скептик до мозга костей, однажды сказал мне по телефону: «Филлипов, если бы все мои клиенты-мужья вели себя так цивилизованно, я бы остался без работы. Вы что, в самом деле хотите все отдать?» «Я хочу вернуть то, что можно вернуть, — ответил я. — А что нельзя — хотя бы не усугублять».

Но главным испытанием стал Герман Зотов. Он, почувствовав слабину, сделал Алане официальное, весьма выгодное деловое предложение о партнерстве, которое подразумевало ее частое присутствие в его офисе и совместные поездки. Я узнал об этом от того же Олега, который, видимо, решил проверить мою «цивилизованность» на прочность. В груди все сжалось от старой, дикой ревности. Инстинкт кричал: «Запрети! Вмешайся!»

Вместо этого я поехал к ней. Застал ее за изучением договора. — Ты подпишешь? — спросил я как можно спокойнее. — Не знаю. Это хороший шанс для бизнеса. Но... — Но ты чувствуешь дискомфорт, — закончил я за нее. — Потому что знаешь, что у него к тебе не только деловой интерес. Она удивленно посмотрела на меня. — И что? Ты будешь меня отговаривать? Устраивать новую драку? — Нет, — я глубоко вдохнул. — Я хочу сказать вот что. Ты свободна в своем выборе. Всегда. Если ты решишь, что это хороший шанс, и захочешь им воспользоваться — у меня нет права тебя останавливать. У меня есть только право просить. Просить дать нам шанс. Но если ты примешь другое решение... — Я достал из кармана ключ и положил его на стол. — Это от «жестяной коробки». Я все отремонтировал. Там как было. Только чисто. Если захочешь когда-нибудь просто побыть одна, или... побыть со мной. Дверь открыта. Всегда.

Я ушел, оставив ее с договором и ключом. На следующий день Олег сообщил мне, что Алана вежливо отказала Зотову, сославшись на изменение личных обстоятельств. А еще через день я нашел на своем столе в пентхаусе тот самый ключ. Рядом с ним — записку, написанную ее уверенным почерком: «Привези мне туда мой старый альбом с эскизами. Тот, в синей папке».