Секреты Примроуз-сквер 2

Глава 43 Арест

Оден одел… Или все же, если действует твоя собственная рука, хоть и против твоей воли, то стоит говорить надел?.. на Йена амулет. Грамматика убивала. Йен никогда не был отличником.

Все понимали, что хозяином может оказаться любой из отдела расследования магических преступлений, а потому на руках Шейлов блеснули огненные заклятья, а воздушники дружно лязгнули мечами. Даже Питер понял — он приподнял руки вверх, показывая, что не плетет никаких заклинаний.

Амулет холодно скользнул по шее, заставляя задумываться —что сейчас произойдет?

Мир не изменился. Он был все такой же тусклый, тихий и спокойный.

Изменился сам Йен — его неудержимо тянуло оказаться возле хозяина, возле того, кто единственный волен распоряжаться им и его жизнью. Он вскочил и опомнился только в дверях гостиной — его крепко за руку держал Питер.

— Не так быстро, Йен. Охолонись. Вспомни, кто ты и что ты. Вспомни, что у тебя нет хозяина, а есть лишь зарвавшаяся сволочь, которая решила, что стоит над законом.

— По…По…Понял… — еле выдавил из себя Йен — думать о себе было трудно, проще было стремиться к хозяину, ибо только он…

На втором его плече повис Вэл:

— Йен! Опомнись или я заставлю Одена снять с тебя амулет!

— Я… — Йен прикрыл глаза, но это было ошибкой — так к хозяину потянуло еще сильнее, нашептывая, что только там, у него, он станет самим собой. Он заставил себя замереть и открыть глаза. — Я помню. Я Йен…

— Ты — эль орель, — сухо возразил Питер. — Не опомнишься — мы в Вэлом вдвоем атакуем Одена.

Тот сам потянул руку к золотой цепочке:

— Кажется, мы не учли влияние амулета — Йен может не справиться и забыть снять его.

Йен облизнул ставшие сухими губы и прикрыл амулет ладонью:

— Я… Помню… Долг — остановить тварь… Я… Помню…

И руки его отпустили — медленно, словно сомневаясь.

Амулет же звал, амулет требовал явиться сейчас же, иначе будет плохо, очень плохо… И Йен позволил себе чуть поддаться его влиянию, чувствуя направление:

— Тайный совет…

Питер пожал плечами:

— Этот хозяин неоригинален — даже со службы не уходит, чтобы не терять время.

Дальше было все в тумане — Йен помнил главное: долг, растерянный Вэл, запуганный, потерявший себя Серж и тела тех, кто мешал Безумцу овладеть Ловчим. Все остальное не имело значения — ни зов хозяина, ни потребность служить, ни уверенность, что только рядом с хозяином Йену будет хорошо и правильно. Он спешил к хозяину, чтобы закон восторжествовал. Он рвался вперед, чтобы остановить преступника. Только это важно.

Он не замечал ничего и никого вокруг. Хозяин его ждал. Точнее… Долг. Его ждал долг и закон. Надо помнить не о себе, не о хозяине. Только долг и закон.

Дорога, холл Совета, лифт, твердая ладонь Вэла, которую он сжал в ответ, тяжелый, оценивающий взгляд Питера, задумчивый Оден, играющий кинжалом, кабинет, стол и сияющая в свете магической лампы корона в виде остроконечных кленовых листьев.

Крик:

— Ты самозванец!!! Вуд — ты самозванец!

— Портер! — довольно выдавил Питер. — Да ты никак заигрался!

Йен, с трудом стаскивая с себя амулет, не выдержал, громко сказал в лицо побелевшего, возмущенно вставшего из-за стола Портера:

— Именем короля вы арестованы! Вы обвиняетесь в заговоре против короны… — Голова кружилась, и сейчас было слишком сложно вспомнить все обвинения по порядку, но Портеру было все равно — он замер, не в силах выдавить из-за возмущения ни слова. — Вы обвиняетесь в магическом принуждении к убийствам Сержа Виардо-Шейла. Вы обвиняетесь в доведении его до сумасшествия. Вы обвиняетесь в убийстве лары Сесиль. Вы обвиняетесь в организации ограбления Университета магии. Вы обвиняетесь в уничтожении хранителей семейств Мактомас и Шейл и в уничтожении собственности Мактомасов и Шейлов особо опасным способом… — Йен прикрыл на миг глаза, собираясь с мыслями — все ли он сказал, все ли увязал в один узор? — Вы обвиняетесь…

Рука Питера легла ему на плечо:

— Расслабься, ему пока и этого хватит — видишь, он как рыба хватает рот воздухом и давится. Потом, как отойдешь от воздействия амулета, оформим все красиво. Забавно только одно: Ловчий — это твой пра-… Родич, короче.

— Боярышник… — еле выдавил из себя Йен, он сейчас тоже напоминал выброшенную на берег рыбу — ноги подгибались, руки тряслись, голова дико раскалывалась от боли, а где-то в сердце медленно затухало желание служить Портеру вечно. Вэл, которого трясло не меньше, чем Йена, подставил ему обжигающе горячее плечо. В воздухе отчаянно воняло гарью.

Портер наконец-то ожил, убирая корону в ящик стола:

— Вуд — ты самозванец! Ты потомок узурпаторов, захвативших лесной трон. И у тебя нет права меня арестовывать — все, что я делал, я делал ради короны и короля. Приказ был ясен всем — найти настоящего Эль Ореля. И только я! Я нашел его! Не Блад, не Хьюз, не вечный проныра Сноу — я!

От двери раздался недовольный голос Маккея:

— Какого эльфа тут происходит?!

Питер развернулся и, подслеповато прищурившись, сказал:

— Производим арест…

Портер вскинулся, не пытаясь никого атаковать — настолько он был уверен в своем праве выполнять приказ короля о поисках эль ореля:

— Я лишь исполнял свой долг! Приказ короля однозначен — любыми способами. Ни считаясь ни с чем. Найти Эль Ореля. Я его нашел — это Ловчий, более известный как Лесной король Боярышник. Никто не вправе арестовывать меня за выполнение долга!

Маккей подошел ближе, всматриваясь в Портера:

— Доказательства, что Ловчий — это Эль Орель сейчас же мне на стол!

— Слушаюсь, — только и ответил Портер. — Мне нечего скрывать, все мои действия строго обоснованы.

Шейл вскинулся, сбрасывая с себя руку Йена и шагая к Портеру. По кабинету пронеслась тяжелая волна жара.

— Обоснованы?! Десять невинных жертв! Это обосновано?!

Портер сухо сказал, поворачиваясь к Вэлу:

— Если бы полиция сработала четко — была бы всего одна жертва. А теперь скажите, что бы ответили Шейлы на предложение любого дознавателя показать ваш семейный склеп с хранителем?

— Да иди ты в…!!! — прорычал Вэл. Во все стороны полыхнуло пламя, но Питер быстро накинул на Вэла защитную сеть и предупредил:

— Шейл! Держите себя в руках — нападение на должностное лицо при исполнении ведет к виселице! Это не совсем то, чего мы изначально добивались!

— Именно! — Портер уже полностью пришел в себя. — Даже королю бы вы ответили так же — гордые и наглые, как… Шейлы! Дознаватель Джонсон погиб, попытавшись сунуться в ваш склеп — Десятый Редфилдс считал, что Шейлы выше закона. Потому даровать свободу Эль Орелю пришлось иным путем.

— Даровать?! — Вэл заставил себя говорить спокойно, чуть ли не шепотом. Йен несмотря на страх пламени подошел ближе и положил руку Вэлу на плечо. Сейчас как никогда Шейлу нужна была помощь и дружеская поддержка.

— Что неясно в моих словах? Вы пленили и держали в незаконном заключении Эль Ореля! Лесного короля, которого искал король Алистер, чтобы снять проклятье с себя и принцессы. Вам бы помолчать и подумать, лар Шейл. Вы же за злоумышление против короны можете сесть!

Маккей, тяжело переводя взгляд с одного мужчины на другого, все же вмешался:

— Оба! Прекратили! В вопросах безопасности короны все действия дозволительны. Никто. Я повторяю — никто не будет предъявлять Портеру обвинения. И никто! Повторяю — никто не посмеет вызвать его на дуэль.

Питер скрипнул зубами, проглатывая просящиеся на язык слова. Маккей напомнил именно ему:

— Сноу — ты не лар. Помнишь? Ты всего лишь лэс! Лэс, у которого нет права вызова на дуэль. И… Шейл… Случись что с Портером, я буду знать, кого вешать. Все всем ясно?

Все предпочли промолчать. Маккей еще раз обвел всех суровым взглядом и добавил:

— Раз все всё поняли, то… — Он протянул Йену уже знакомый конверт с королевской печатью. — Вторая попытка, Вуд. Вторая и последняя — пропустишь сегодняшний королевский прием, то в следующий раз во дворце окажешься в кандалах. Ясно?

Вуд опустил глаза вниз, а потом все же не удержался:

— Под венец тоже в кандалах поведете?

Маккей не возмутился тому, что его план разгадан. Он лишь мрачно кивнул:

— Если этого потребует безопасность страны, то да!

Портер вскинулся, не собираясь так легко сдаваться:

— Вуд — самозванец! Вы же…

Маккей скривился и ткнул пальцем в грудь Портера:

— Поймаешь Ловчего, вернешь ему жизнь, тогда и поговорим про самозванцев, ясно?

Тот судорожно сглотнул — сорочка под пальцем Маккея тлела, теряя свою белизну:

— Ясно.

— Вот и молодец! Пока Ловчий мертвец, эль орель — Вуд! Иногда буквальное следование приказу — глупость, Портер. — Маккей перевел взгляд на Питера. — А тебе, герой-любовник, личное предупреждение: еще раз сунешь нос во дворец — окажешься в Антабере. Там ты, вроде, еще не был! Портер, у тебя час, чтобы доказательства о том, что Ловчий — Эль Орель, были у меня. А теперь, на выход, щенки! Рано вы себя волками почувствовали!

Мужчины, глотая слова и проклятья, мрачно вышли вон. Чтобы Вэл покинул кабинет, Йену пришлось тащить его за пылающую руку. Хорошо, что Оден сделал железную конечность для Йена — не так сильно жгло и сил хватало.

Портер, не говоря ни слова, рванул в свой кабинет. Питер было сплел что-то пальцами — что-то тусклое и пованивающее гнильем, но Оден легко уничтожил это, накрыв своей ладонью:

— Не стоит. Надо ждать и ударить позднее, когда все успокоятся. Месть — ледяное блюдо.

Вэл хмыкнул. У него пока успокоиться не получалось, но откровенный жар перестал лететь во все стороны. Йен, отпустив его руку, протянул конверт с приглашением Питеру:

— Нужно?

Тот задумчиво взял конверт и криво улыбнулся:

— Навестишь в Антабере?

Пока Йен собирался с мыслями, его опередил Вэл:

— Навестим. После того, как уничтожим Портера. Там все и навестим.