1991

19

Все административные учреждения и лаборатории были закрыты, поэтому в этот день не стоило ждать каких-либо результатов. Полицейские чувствовали себя беспомощными перед лицом такой медлительности...

Поэтому Шарко провел утро, заполняя отчет, перечитывая письма и первые протоколы, составленные Отделом по борьбе с организованной преступностью (место преступления, допросы), рассматривая фотографии одну за другой, а также записи Тити на доске.

- Если вы здесь, с этим письмом в руках, значит, у вас есть все, что нужно, чтобы спасти Дельфи, — написал убийца. Что именно? Как найти правильный путь в лабиринте, который открылся перед ними? «Продолжайте идти по этому пути, который, я надеюсь для вас, приведет вас ко мне. Я встречу вас там с самыми большими надеждами... - Их человек был из тех, кто издевался над правоохранительными органами, бросал им вызов, как Унабомбер с его взрывными посылками или убийца Зодиак, который посылал зашифрованные письма журналистам. У него было какое-то послание? Потребность в признании?

Около полудня Глав и Тити закончили с Васкесом и Лампеном. Те сыграли по правилам и согласились вернуться на новое допрос, даже в воскресенье, принеся с собой свои адресные книги и свежие фотографии.

Сначала их отвели в сторону, а затем собрали в кабинете Алена Глишара, где они провели несколько часов. Они не были знакомы, жили в разных районах, один был холост, другой разведен и имел ребенка. Слово «Пагода» им ничего не говорило. На первый взгляд, у них не было общих знакомых, но нужно было копать глубже, пытаться обнаружить связь, пусть даже самую незначительную, между их жизнями: друг друга, рабочие отношения, заведение, которое они посещали или посещали раньше... Проблема заключалась в том, что оба были в телефонном справочнике, поэтому нельзя было исключить случайный отбор.

Днем Франк и Флоранс объездили столицу и пригород на машине, чтобы вызвать на допрос мужчин из контактов Эскремье, которые не отвечали на телефонные звонки или не перезванивали после сообщений, оставленных на автоответчике. Когда двери оставались закрытыми, они оставляли записку.

По каждому опрошенному, в отношении которого оставались малейшие сомнения, Тити запросил в центральном архиве проверку судимостей. На данный момент ничего подозрительного не обнаружилось. Что касается фотографий детей, то в архивах отдела по защите несовершеннолетних они не были связаны ни с одним делом о педофилии. Хрупкие обнаженные тела, стоящие у стены, оставались неизвестными.

На следующий день, как и каждый понедельник утром, руководители десяти групп криминальной полиции собрались, чтобы обсудить все текущие дела. Расследование в Сен-Форже быстро стало главной темой обсуждения, и между многочисленными сторонниками Сантуччи и Тити, которого обвиняли в том, что он обошел очередь дежурной группы, разгорелась жаркая дискуссия. Копы были мстительны и непреклонны в отношении правил и традиций 36-го участка.

— Вся эта старая вражда — ерунда! — вспылил Тити. — Полиция должна идти в ногу со временем, вы же не думаете, что мы будем ездить на Citroën C4 и носить борсалино?

Поднялись голоса и оскорбления. Начальник криминальной полиции был вынужден пригрозить дисциплинарными взысканиями, чтобы восстановить порядок. В ярости корсиканец вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Франк держался в стороне от этих игр эго. Ему было поручено посетить книжные магазины и почтовые отделения в районах, где жили Васкес и Лампен, и опросить сотрудников: не замечали ли они в субботу, 7 декабря, клиентов, отправлявших большое количество писем? Замечали ли они подозрительное поведение? Кто-нибудь покупал несколько экземпляров книги «Цветы зла» 1991 года? Он потратил на это почти два дня, но результаты были неубедительными. Да, несколько человек купили несколько экземпляров «Цветов зла, - но это издание продавалось очень хорошо, потому что его изучали в школе.

Вернувшись в 36-й во вторник в середине дня, Франк заперся в туалете на третьем этаже и с гримасой снял обувь: его носки воняли, а ногти на мизинцах так натерлись о кожу, что пошли кровью. Все эти километры, пройденные пешком, оставили свой след.

Двумя этажами выше, в комнате 514, был только один человек. Тити сидел за своим столом, подперев подбородок рукой, и был настолько поглощен чтением факса, что не услышал, как вошел Шарко. Наконец он поднял голову. В игре теней и искусственного света неоновых ламп молодой инспектор заметил, что черты лица его начальника были напряжены. Ему было едва ли сорок, но на висках уже появились седые волосы.

— Я думал, это слесарь, — сказал он. — Он не был за тобой?

— Не видел.

— Он должен скоро прийти. По всей видимости, он выяснил, как Метикулезный выбрался из дома Сен-Форже.

— Метикулезный?

— Я предпочитаю, чтобы у него было имя, так он более конкретен. Так мы будем его называть отныне. Метикулезный.

Франк решил, что это хорошее прозвище. Его начальник показал ему толстую пачку листов, валявшуюся на столе. Еще листовки.

— Завтра продолжи обход почтовых отделений и книжных магазинов, расширив периметр и взяв с собой эти листовки. Прочитай...

Шарко начинал уставать от листовок, но промолчал и выполнил приказ.

Если вы получили анонимный конверт с письмом, в котором вас просят угадать имя (Дельфи), а также экземпляр книги «Цветы зла»Бодлера, пожалуйста, как можно скорее свяжитесь с полицией по указанному ниже номеру.

— Ты разложишь их в табачных лавках, пекарнях, небольших магазинах, везде. Информация быстро распространится. Учитывая, что люди всегда боятся обращаться в полицию, скорее всего, звонков будет не много. Но с немного везения, кто-то откликнется и поможет нам понять, как Метикулезный выбрал своих жертв.

— Хорошо. Но наш человек может догадаться, что мы раскрыли его план, если он живет в одном из этих районов.

— Выбора нет. Насчет наркоманов, они все еще пытаются определить, какой наркотик был в крови нашего трупа X. Анализы показали, что там что-то есть, но это не стандартные наркотики или лекарства, поэтому они ищут более необычные вещества, а это может занять время... В лаборатории, зато, дело сдвинулось с мертвой точки.

Он взял маркер.

— У нас есть отличный союзник в Нанте, Сильвен Милле, большой специалист в молекулярной биологии. Не спрашивай меня, что это такое, но именно ему мы отправляем все наши запятнанные кровью улики, чтобы определить группы и резус-фактор. Ты скоро с ним встретишься, он бывает здесь примерно раз в месяц, чтобы обучать команды правильно проводить осмотр и работать на месте преступления. Ты знаешь, что даже сегодня есть копы, которые писают в туалеты жертв или бросают окурки в пепельницы на месте преступления?

— Я заметил, что изменить привычки нелегко. Я видел компьютеры, еще упакованные, в кабинете рядом с лестничной клеткой. Никто не проявляет к ним интереса.

— Да... Многие копы по принципу считают, что раньше все было лучше, и один вид этих приборов вызывает у них рвоту. В общем, Милле — пионер во Франции, и с недавнего времени он может с почти полной точностью определить, принадлежат ли образцы крови и слюны, даже в очень небольших количествах, например на почтовых марках, одному и тому же человеку.

— Об этом говорили в школе инспекторов. ДНК, да?

— Точно. Его открыли не вчера, но в расследованиях его только начинают использовать. Это то, чего нельзя увидеть, но что есть во всем живом. Милле бросается на все образцы, которые ему дают, и хранит их неизвестно где, чтобы собрать личную коллекцию. Он думает, что через десять лет все, что он собрал, можно будет занести в базу данных и сравнивать ДНК, как сейчас сравнивают отпечатки пальцев.

— Научная фантастика.

— Не удивляет. Но, в общем, все это к тому, что он твердо уверен: кровь, взятая с дверной ручки в Сен-Форже, и слюна с марок принадлежат одному и тому же человеку. Наш Метикулезный...

Он встал, чтобы записать «Группа крови O+» на доске.

— Самая распространенная, к сожалению, но все же хороший отличительный признак... Кроме того, ДНК подтверждает, что это мужчина.

Шарко считал удивительным, что по пятну крови или капле слюны можно определить пол человека. Он не имел ни малейшего представления о том, как все это работает, но именно благодаря этому они только что исключили половину населения.

Пока он еще стоял с открытым ртом, появился человек с плоским носом и сигаретой за левым ухом. Тити положил на свои записи чистый лист и пожал ему руку.

— Спасибо, что зашли. Ну, как дела?

Сначала слесарь протянул ему несколько календарей, блокноты и коробку ручек с логотипом своей компании.

— Традиционный рождественский подарок.

— Спасибо, — ответил Тити с улыбкой. Ребята будут рады.

Мужчина улыбнулся в ответ, а затем перешел к делу:

— Мне потребовалось время, чтобы понять. Крепкая штука. Вот замок с поворотным цилиндром от вашей входной двери, он выглядит вполне обычно, — сказал он, вынимая его из пластикового пакета. Я разобрал его и собрал, чтобы вы могли проверить. Давайте, поверните цилиндр, как будто хотите открыть дверь.

Тити выполнил просьбу. Широкая стальная планка — засов — логично сместилась влево. Он уставился на специалиста, не понимая, в чем дело.

— И?

— И ничего особенного не происходит. Все нормально. Теперь верните ее в исходное положение. И повторите то же самое, сильно нажимая на ручку. Затем подождите минуту...

Тити выполнил инструкции, а Шарко с интересом наблюдал за ним. Когда он нажал на колесико, он услышал щелчок: что-то невидимое защелкнулось. Они подождали некоторое время. Вдруг стержень с хлестким щелчком сдвинулся в положение закрытия.

— Очень умно, — объяснил их собеседник. — Внутри есть пружинный механизм и клапан, как в часах. В общем, вы открываете дверь, активируете систему, закрываете дверь за собой, и клак, через минуту она закрывается сама. Никто и не заметит.

Тити был ошеломлен. Он покрутил металлическую деталь во всех направлениях.

— Наоборот, ее можно использовать и для автоматического открывания. Достаточно нажать два раза подряд.

— Это значит, что наш убийца сам установил этот особый замок?

— Похоже на то. Как будто он пришел со своим инструментом, просверлил, спокойно прикрутил, в то время как... В то время как женщина уже была мертва...

Шарко и его начальник переглянулись. Метикулезный проявлял невероятную энергию, чтобы обмануть всех. Сотни писем и книг, а теперь еще и эта уловка...

— Но же был еще один замок, — заметил Тити. — Дверь была заперта, а ключ лежал на столе в гостиной. Как он вошел?

— Давай пойдем по простому и предположим, что у него был дубликат, нет?

Дубликат... Главный уже высказал эту гипотезу. Простая и логичная. Метикулезный проник в дом Дельфи Эскремье в Марэ. Он снял отпечаток ключа в тот момент?

— Где можно найти такой ключ? — спросил Франк.

— Нигде. Это ручная работа. Но для этого нужен инструмент и немалая доля изобретательности. Некоторые прецизионные детали нельзя изготовить. Их пришлось заказать где-то. Короче говоря, такая штука не делается в два счета.

Мужчина взял замок и покрутил его.

— И есть еще одна вещь, которую я хотел бы вам показать. Скрытая надпись, сделанная несмываемым фломастером.

Скрытая надпись... Шарко затаил дыхание, наклонившись над плечом Тити. Продвигаясь в расследовании и разгадывая загадку, они, несомненно, получили новую зацепку.

— Ее можно увидеть, только если нажать на колесико и повернуть его, как будто хотите открыть еще шире, — пояснил техник.

Он продемонстрировал это. Металлическая планка сдвинулась влево до упора. Он перевернул конструкцию и указал на слово, написанное вертикально на части, которая едва выглядывала из металлического кожуха.

- D.E.: SACLAY

D.E., как Дельфи Эскремье.

И Сакле... Название города в департаменте Эссон.