1991

54

Живой.

Шарко сначала обрел речь, а затем постепенно контроль над своими движениями, словно деревянная кукла, оживающая от рук кукловода. Последние покалывания были еще ощутимы, когда прибыли врачи.

Инспектор сидел на носилках в задней части машины скорой помощи. Он отказывался ехать в больницу.

— Я бы сейчас не пробежал и ста метра, но все в порядке. Я все чувствую, тошноты нет, ничего. Все хорошо.

— Хватит размахивать руками, позвольте нам хотя бы убедиться в этом, — ответил врач, измеряя его показатели.

Задние двери скорой помощи были открыты. Франк подчинился и, чтобы скоротать время, стал осматривать окрестности. Беззвучные мигалки периодически освещали заброшенный сад и старый городской дом, стоящий в десяти метрах от машины. Судя по тому, что он слышал, они находились в Марли-ла-Виль, в получасе езды от Парижа, в департаменте Валь-д'Уаз. Подальше Серж разговаривал с людьми в форме, а другие сновали туда-сюда с улицы. Через несколько минут его напарник бросил сигарету на землю и подошел к нему.

— Тебе лучше в больницу, — сказал он. — Мы без тебя справимся, ты же знаешь.

— Я чувствую себя хорошо.

— Хорошо, да. Двадцать минут назад ты был в гробу и не в лучшей форме, напомню.

Франк на мгновение погрузился в свои мысли. Все решилось за несколько секунд. И не было никаких сомнений, что он был бы в ужасном состоянии или мертв, если бы не вмешались медики...

— Я срочно вызвал к тебе технического специалиста из ИЖ, чтобы он убрал эту дрянь с ручки, — сообщил Амандье. — Нельзя, чтобы кто-нибудь из твоих соседей надышался порошком.

Врач закончил забор крови и убрал пробирки в сумку. Он сообщил Шарко, что все готово, и попросил его подписать отказ от лечения, дав ему несколько рекомендаций. Лучше ему не оставаться одному в течение двух-трех часов. При малейших симптомах или недомогании ему нужно обратиться в отделение неотложной помощи или вызвать скорую. Молодой инспектор поблагодарил его и вышел из машины. Ветер обдало холодным, и он скрестил руки, чтобы согреться.

— Скажи, что вы ее поймали...

— Исчезла.

— Это невозможно! Она была со мной в подвале!

— Ничего необычного, успокойся: в конце был выход, ведущий к другой лестнице. Она вышла сбоку здания и, вероятно, сбежала по соседним участкам. Пешком она далеко не уйдет. Ребята ее поймают.

— Расскажи мне, что произошло, Серж. Как вы узнали?

Они направились к дому, окруженному высокими кипарисами. Коллеги из BRI рыскали по окрестностям, другие окружали двух человек в наручниках. Местные полицейские также занимали территорию.

— В твоем несчастье тебе повезло, — бросил Амандье. — Я приехал к тебе, чтобы сообщить тебе выводы судмедэксперта по делу пропавших женщин. Я только припарковался, как увидел этих двух ублюдков и бокора, которые грузили ящик в свой фургон.

Франк посмотрел на автомобиль, который теперь находился у него перед глазами. Серый строительный фургон без задних стекол, с перегородкой, отделяющей кабину от остальной части фургона.

— Я сразу все понял, но они тронулись, и вмешаться в одиночку было невозможно, ведь ты был в их руках... Я записал номер машины и сразу передал его по радио в штаб, запросив подкрепление. Я смог проследить за ними на расстоянии до кольцевой дороги, где они исчезли, но благодаря номеру мы знали адрес и имя владелицы: Мадели Суффран. Это наша ведьма. Она вполне соответствует своему имени, эта сука...

Он обернулся и на несколько секунд отвлекся на уезжающую скорую помощь, а затем продолжил идти.

— К счастью, они ехали не быстро, наверное, не хотели привлекать к себе внимание. Мы прибыли всего через десять минут после них. Дальше ты знаешь.

Шарко тоже остановился, уставившись в землю. Серж вернулся к нему.

— О, ты в порядке, малыш?

Франк поднял глаза и посмотрел в глаза своему напарнику. Он тепло прижался к нему и хлопнул по спине.

— Спасибо, Серж. Без тебя я...

— Не беспокойся. Не за что. Возможно, однажды ты мне отплатишь тем же. Пойдем, я тебе кое-что покажу в подвале...

Они вошли в дом. Амандье объяснил, что предупредил Сантуччи, который скоро прибудет.

— Похоже, она живет в этой лачуге одна. Я задержал ее двух пособников, они наши. Судя по документам, оба парня живут на улице Оран, в районе Гутт-д'Ор, и им по двадцать лет. Антильцы...

Они прошли в гостиную, заваленную безделушками, но чистую. На стенах висели туземные маски. Они открыли дверь и спустились вниз на десять ступенек, чтобы попасть в подвал. В воздухе все еще витал пьянящий запах ладана. Пищала птица, наполовину ощипанная. Шарко замер перед гробом.

Над ним канарейки все еще прыгали с жердочки на жердочку. Франк насчитал пять. Какая из них была хранителем души Дельфи Эскремье?

Серж обошел комнату справа, проскользнул между занавесками и оказался в зале, погруженном в полумрак. Там была дверь, ведущая на другую лестницу. Но это было не все... Молодой инспектор обнаружил также короткую цепь, вделанную в стену, с металлическим кольцом на конце, вероятно, предназначенным для сковывания запястья или лодыжки. Рядом лежала грязная тарелка с остатками еды и пустые бутылки из-под воды...

Амандье указал на кучу женской одежды в противоположном углу, а также на сумочку и кошелек.

— Я заглянул в кошелек. Это кошелек Элен Лемар. Эта одежда принадлежит ей, Шарко...

Франк ничего не сказал. Он пристально смотрел на царапины и дыры в швах между кирпичами вокруг места, где был вбит кол, удерживающий цепь. Элен пыталась сбежать.

— Здесь ее и удерживали, в этом грязном погребе, между похищением в Эльбёфе и убийством в Сен-Форже, — продолжил старый коп. — Неделя, в течение которой она пережила Бог знает что, прежде чем ее увезли туда и выжгли ей половые органы паяльной лампой, как будто всего этого было еще не достаточно...

Он сжал кулаки. Шарко видел его в таком состоянии уже второй раз. Глаза вылезли из орбит, а искривленный рот делал его похожим на сумасшедшего.

— Мы найдем этого ублюдка-бокора. Уверяю тебя, что те мелкие головорезы, которых мы поймали, расскажут все, что знают.

Черт, клянусь, они даже в зеркало не узнают себя, если будут притворяться умными.

Он решительно развернулся, остановился у висящих полотен и повернулся к своему молодому коллеге.

— Я забыл тебе сказать, но ты провалил дело пропавших девушек. Судебный медик категоричен: твои ножницы не совпадают. Это не врач скорой помощи, малыш. Это призрак, которого мы никогда не поймаем.