Камеристка

Глава 34

— Тут дети были, — неуверенно сказала я, озираясь.

— Ваши дети? — Еще больше изумился герцог и заухмылялся. — Я чувствую, нам с вами найдется, о чем потолковать!

— Ничего говорить не стану, это не моя тайна! — Я резко замотала головой.

— А чья? Принцессы? — Подобрался герцог. — Тогда мне с вами что делать?

— Отпустить? — Неуверенно предложила я. — Проводить?

— Вы полны загадок! Зачем вы здесь, в трущобах, одетая, как побирушка!

— Кто бы говорил! — Возмутилась я. Блистательный герцог, одетый, как бандит с большой дороги! Я чуть от страха не померла!

— Идемте, у меня тут недалеко экипаж.

— Дик! Ги! Это мой знакомый! Опасности нет! Вы где? — Позвала я, не особенно надеясь на ответ. — Выходите!

На крыше сарая зашуршало.

— Думали, тебя спасать надо, — недовольно проворчал Ги. Рядом с ним появилась перепуганная мордашка Дика.

Герцог протянул руки и без труда снял мальчишку с крыши. Мне бы лестница понадобилась. Вымахал!

— Я думал, все! — Дик вцепился в мою юбку и задрожал всем телом.

Раздался топот, подбежали трое громил, убежавших за оборванцем.

— Никого не догнали, ваша светлость! Как крысы, юркнули в щель!

— Плохо искали! — Язвительно ответил герцог. — Ну, раз все на месте, идемте! И ты тоже! — Он наставил указательный палец на Ги, так и лежащего на крыше. — Ты чей?

— Я ничей, я свой собственный! — Независимо ответил беспризорник, не собираясь покидать свой убежище.

— Предлагаю службу! Оплата честная, работа несложная.

— Ниче не умею, какой с меня прок? — Отозвался гордый властелин помойки.

— Глаза есть? Ноги? Язык? Будешь собирать мне сведения.

— Шпионом, че ли? — презрительно фыркнул бродяжка.

— Разведчиком! Следопытом! Выучу драться, грамоте, как подрастешь, сможешь оруженосцем стать.

— Да ладно! — Не поверил мальчишка. — Брешешь!

— Ах ты, щенок, да ты знаешь, с кем говоришь?! — не выдержал стражник.

Торг продолжался минут пять. Я за это время пришла в себя, сгорела от стыда, когда поняла, что платье насквозь в грязи, промокло и воняет от меня всеми миазмами трущоб. Самый тот вид, чтоб мужчину соблазнять! И место выразительное, если по сценарию «дева в беде», то самое то. Мы с десяток сценариев проиграли с Лилиан и Эбби. Крокс тогда ухохотался и заявил, что меня не взял бы в театре даже билеты продавать.

Дик перестал трястись и высунул любопытную мордочку из-за моей юбки. У меня же зашевелилось любопытство. Извечный бич, сгубивший кошку.

— Что это за место?

— Это, ваша милость, наемный кабак, — любезно ответил герцог, преувеличенно вежливо подавая мне руку. — Тут нанимают людей для грязной работы. Я крайне удивлен, встретив вас здесь. Вы пришли за приворотным зельем?

Я уставилась на него круглыми глазами. Он всерьез?

— Нет? За ядом? Тоже нет? За наемным убийцей? Вас послала моя невеста? Отвечайте!

— Ваша невеста не имеет никакого отношения к этому приключению. Она вообще не знает, что я здесь. У меня выходной.

— И вы сунулись в эти трущобы? Странное место для отдыха!

— Вовсе нет!

— И где ваша охрана?

— Разбежалась.

— Мило, — бросил герцог. — У меня большое желание доставить вас к коронному дознавателю, чтоб он вытряхнул из вас все ваши дурацкие тайны.

— Я вам благодарна за помощь. Но это мои личные дела, а не дела короны.

— Как же вы меня бесите, — пробормотал герцог.

— Вас бесит любая девушка, осмелившаяся вам возразить! Вы просто самодовольный индюк, не видящий дальше своего носа!

— Кто?!

Я покраснела и потупилась. Не стоило обзывать человека, только что спасшего мне жизнь. Но это страх выходил, вместе с дерзостью и обидными словами. Язык сам молол ерунду.

Рафаэль на секунду потерял дар речи.

Что она о себе возомнила? Стоит пигалица, по уши в грязи, глазами сверкает. Видел он девиц и поавантажнее[1], знатнее, родовитее, тут и смотреть-то не на что! Не бог весть какая красавица, рост средний, фигурка так себе, личико разве что миловидное, не назовешь ни феей, ни богиней, таких девиц везде двенадцать на дюжину, а хорохорится! Жалкая, жалованная баронессочка, доселе даже титула не имевшая! Да как она смеет!

Не помня себя от злости, он положил рук на затылок дерзкой смутьянки и привлек к себе, уже почти коснулся губами замурзанного лица…

— Милорд, тут дети! — возмущенный вскрик привел его в себя. — Где ваш экипаж?

И пошла вперед, с мальчишкой, не отлипающим от ее юбки. Острые лопатки выражали бесконечное негодование.

Рафаэль выдохнул, потряс головой. Огляделся с отвращением. Что с ним? Нашел место для нежностей! Ополоумел окончательно! Ладно, завтра Эрих приведет менталиста, его проверят на злокозненную магию и снимут всю тягу к необдуманным поступкам и непонятным порывам.

— И не собирался, — пробурчал герцог. — От вас воняет!

— Куда мы едем? Нам не туда! — гневно сообщила баронессочка, выглянув в окошко кареты.

— Вы собираетесь так бродить по городу? Простите, я не настолько невзыскателен, чтоб позволять служанке моей невесты показаться на люди в настолько неприглядном виде. Мы едем в мой особняк. Отмоетесь, переоденетесь, и ступайте на все четыре стороны.

— И вы не станете меня сдавать дознавателю? Следить за мной? Задерживать?

— Ни минутой дольше, чем вам потребуется, чтоб привести себя в порядок! — За ней следить будут совсем другие люди! Разве герцогу это к лицу? Его маркизы умоляли о свидании, графини оказывали знаки внимания, а тут что? Камеристка! Недалеко ушла от прислуги! Пф-ф. Да она в жизни такой роскоши не видела, как у него дома!

Девица надулась и отвернулась.

Двое пацанов скорчились на переднем виденье кареты и пачкали его. Зачем я позвал с собой этого нищего оборванца? На кой он мне? Право же, при виде этой девицы я теряю способность связно мыслить! Но ее детьми они быть не могут. Ей бы тогда пришлось родить их лет в десять. Значит, глупость, сентиментальность и жалость.

Безумство тем лучше, чем короче. Рафаэль привык потакать своим желаниям. Отмоется, пару часов мы поваляемся в постели, потом она, конечно, будет умолять ее оставить в особняке, но я безжалостно выставлю ее за порог! И подарков дарить не стану! Путь гордится уже тем, что разделила страсть герцога дре Паму! А пока она будет изнывать от сладких мук в моих объятиях, я преспокойно выпытаю все ее дурацкие секреты!

— Гостевые покои, ванну, и найдите одежду для юных рыцарей, — приказал служанкам.

Подмигнул своему камердинеру. Покои им отведут с секретом.

— Сын, я желаю немедленно говорить с тобой! — Как белое привидение, на верхней галерее показалась моя матушка в домашнем капоте.

— Мне требуется ванна и чистая одежда. Ваше дело потерпит десять минут?

Матушка издала мелодичный стон, прижав белую руку в повязке на голове. Значит, точно терпит. Выдать ее замуж, что ли? Кажется, матушка мается от скуки в поместье.

— Сын! Что де особу ты притащил?! — Свистящий шепот настиг меня почти у выхода из холла.

— Ничего особенного, мама, это моя жена, — бросил я мстительно. Почему родители всегда появляются не вовремя? Легкий стук заставил меня обернуться. Матушка упала в обморок.

Делать ей нечего! Она что, шуток не понимает? Как она могла даже допустить мысль о том, что я женюсь на служанке? Пресветлый, до чего впечатлительны женщины! Шага я не сбавил, расстегивая на ходу рубашку. Потряс колокольчиком призывая прислугу.

— Займитесь телом! — указал наверх.

Избавиться от вони, потом навестить камеристку… нет, придется сначала поговорить с матушкой. Общеизвестно, что женщины сидят в ванне часами! Так что, возможно, я застану ее в воде, голенькую, разнеженную от пены и масла… в паху потяжелело. Рано, дружок, мы свое возьмем чуть позднее!

[1] Авантажный — (фр. — avantageux — прибыльный). Привлекательный, производящий благоприятное впечатление.

Через четверть часа герцог прошел в будуар матери. Та сильно пахло валерианой. Горничные суетились с компрессами и флакончиками.

— Рафаэль, ты убьешь свою мать, — простонала герцогиня, протягивая к нему руку.

— Простите, матушка. Мне жаль, что я вас расстроил. — Рафаэль привычно чмокнул белую надушенную кисть матери. Но та с неожиданной силой схватила его сама. И крепко схватила.

— Кто эта девка?! Где ты ее нашел? Для чего приволок в наш дом?

— Матушка, да ничего особенного, грубиян-прохожий толкнул ее, девушка упала в грязь, я проявил милосердие. Пусть умоется и почистится. Потом дам ей денег и отправлю на все четыре стороны.

— Ты правду мне говоришь? Сын?

— Матушка! — Возмутился Рафаэль. — Я не ребенок, чтоб отчитываться в своих поступках! Даже если бы мне понравилась девица…

— Ах, я умираю!

Суета поднялась с новой силой.

— Одиночество не идет вас на пользу, матушка! — Ласково сказал Рафаэль. — Думаю, вас надо выдать замуж. Попрошу Эриха подыскать вам симпатичного вдовца, чтобы вы кушали ему мозг чайной ложечкой. А мне не смейте!

— А дети? Что это за оборванцы? — Подскочила матушка, на миг перестав умирать.

— Пресветлый завещал помогать страждущим! — Рафаэль ханжески поднял глаза вверх.

— Сын! Вернись!

— Простите, мама, у меня есть срочное дело! — Очень срочное, выпирающее из штанов.

В коридоре герцога дожидался камердинер.

— Дора умыла замарашек, принесла им две трехэтажные горки пирожных, думаю, на час им хватит. Одежду им ищут. — Доложил старый слуга с поклоном. — Девушку поместил в дальнее крыло, в зеленые покои.

Рафаэль похлопал камердинера по плечу, и подскальзываясь на поворотах, скачками помчался в зеленые покои. Хороши они были тем, что в них вело сразу два хода, один явный, из лиловой гостиной, второй тайный, из-за зеркала.

Посмотрит, как впечатлили девушку роскошные гостевые покои, отделанные зеленым астанским шелком! При свете дня шелк был нежно-травянистым, при свечах становился густого цвета морской волны, а в ярких солнечном свете приобретал фисташковый оттенок.

Успел! Но не так, как хотелось бы! Девушка уже помылась и покинула купальню. Завернутая в огромное банное полотенце, она рассматривала свое платье, имеющее жалкий вид.

— Леди! — промурлыкал Рафаэль.

Сейчас она смутится, очаровательно порозовеет, кинет на него застенчивый взгляд, из-под ресниц, ее губки приглашающе раскроются, и они наконец займутся тем, на что намекала огромная кровать с отогнутым уголком покрывала. Ладно, минут пять стеснительного сопротивления он готов ей подыгрывать.

Рафаэль поправил штаны, ставшие немилосердно тесными. Портной, каналья, не мог сделать их чуточку пошире?

Рафаэль неожиданно выскользнул из-за зеркала, заставив меня вздрогнуть от своего эффектного появления. Со слегка влажными вьющимися волосами, в незастегнутой рубашке, он был невыразимо хорош. Я даже рот раскрыла от восхищения, следя за капелькой, ползущей под загорелому торсу вниз. И тут же мысленно отвесила себе пощечину. Ты что, готова ему отдаться?! В его доме, на его условиях? Фу, Мира! Его светлость и так себя подарком считает!

— Вы меня напугали! — взвизгнула я и отступила на два шага.

— Страх — пикантная пряность, он заставляет биться сердце и вызывает румянец на ваших щечках!

— Я… — ничего подходящего в комнате для обороны не находилось. Бегать между кресел и визжать? Самое худшее при виде хищника. — Я стесняюсь!

Ленивым жестом, полным грации, герцог сбросил рубашку. О! О-о! Придумала!

— Я отвернусь, а вы снимайте штаны… и залезайте в кровать, — попросила я, хлопая ресничками. — Я боюсь вашего неистовства! Вы позволите вас обуздать?

Уже в кровать? Рафаэль разочаровался, самую чуточку. Но идея со связыванием ему понравилась. А баронесса, оказывается, еще та искушенная штучка! Не сказать, что герцог был поклонником острых забав, но кое-что умел и практиковал.

— Я буду нежным, — пообещал он, скидывая домашние брюки.

Я быстро сняла подхват со шторы и захлестнув петлей руки герцога, привязала их к кованной спинке кровати. Томно улыбнулась, подбирая штаны и рубашку Рафаэля.

— Я сейчас!

Рубашка была мне до колена, а в штаны я могла обернуться два раза. Некогда привередничать! Рукава подверну, штанины тоже. Свое платье я тоже не забыла и выскочила в коридор. Дверь заперла на замок. Ключ кинула в напольную вазу. Мне сразу показалось странным, что меня долго вели коридорами, а мальчишек сразу пригласили в первую же дверь.

Гнездышко разврата он тут себе решил устроить! Мерзавец!

Смех и разговоры… мальчишки здесь!

— Ну, как вы тут? — вошла с веселой улыбкой. — Вас покормили?

— Я обожрался! — Сообщил Ги, гладя живот.

Следы богатого пиршества подтверждали его слова.

— Мира, твое платье?

— Подходящего не нашлось, герцог ссудил меня своими вещами. Идем? Ги, думаю герцог сейчас будет не слишком доволен, лучше тебе пойти с нами и не попадаться ему на глаза.

— Ты его бортанула! — Догадливый малец ткнул пальцем в мои сползающие штаны и засмеялся.

«Не беспокоить» — не значит не беспокоить совсем, наверняка парочке понадобится и вино, и фрукты, и пирожные. Старый слуга решил проверить своего господина, и тихонько подойдя к двери, был снесен залпом проклятий, несущихся из-за двери.

— Да как же так, милорд! — Ахнул камердинер, пролетел через лиловую гостиную и нашел красного от злости и потного, голого хозяина в постели. Совершенно одного.

Нежданная гостья с мальчиками в костюмах пажей полчаса назад покинула особняк.