Камеристка

Глава 38

Негодяй Рафаэль стал меня сторониться.

Холодно кланялся при встречах, бросал пару безликих фраз и улетучивался.

Уж не знала, что думать: то ли нижняя юбка моя ему не понравилась, то ли увидел босые ступни, и решил, что они слишком большие? Корсеты шьются с модной талией восемнадцать дюймов[1], а ноги полагалось иметь не длиннее мужской ладони. Только вы попробуйте побегать по хозяйству в корсете! Не согнуться, ни присесть! Самой не обуться, лакей обувает, горничная раздевает. Только сидеть в гостиной да вышивать.

Дома я привыкла носить корсаж, да и то не слишком жесткий. Слишком толстая, да? Двадцать три дюйма это ужасно? Неизящная? С этим вопросом я пристала к Кроксу.

— О, Пресветлый, Мира! — Закатил глаза Крокс. — Учишь тебя, учишь! Это раскачка!

— Что?

— Обычная раскачка! Прием обольщения! Он интерес проявил? Проявил. Ты ему не отдалась? Не отдалась. Теперь надо, чтоб ты сама начала за ним бегать, письма слезливые писать, просить о свидании, там и упасть в руки без панталон. Это же какая обида для девушки, если мужчина вчера улыбался, а сегодня в упор не замечает! Любая захочет вернуть ухажера и начет активность проявлять. Письма писала?

— Вот еще! — Возмутилась я. Даже в мыслях не было! Да и когда мне?

Еле успевала навещать Телли и Дика. Они по мне скучали, не могла я смотреть на их печальные мордашки. Приручение Телли к Талиане шло плохо. Девочка ей не доверяла. Сгрести ее в охапку и отвезти в чужой дом я запретила категорически, она же сбежит! Подговорит Дика и сбежит!

Неделя праздников тяжкое бремя не только для камеристок, все слуги бегали, как укушенные, постоянно драили, накрывали, пекли и жарили, таскали блюда. Это аристократам веселье, а нам тяжкий труд. Ну, за сверхурочные премия полагалась. Все-таки наследники не каждый день рождаются.

На следующий день король торжественно наградил Геора Гилла тысячей керат и орденом Алой Розы. Геор был приятно удивлен и обрадован. Сможет теперь поместье купить и не маленькое. Хоть у нас, хоть в Манкое. Талиана и Мариса получили по гарнитуру драгоценностей. А мне вручили золотую монетку с гербом на цепочке-браслете — постоянный пропуск по дворец. Посещай в любое время, гуляй по садам и парку, все публичные помещения и библиотека для меня открыты. Любой праздник, бал или представление, милости просим, вы официальный гость дворца.

Это намек такой, что принцесса уедет, а ты оставайся? Заходи на огонек? Ха! Да у меня даже платья придворного нет! Ни выезда, ни драгоценностей. Спасибо, форму пошили местные швеи, но когда Эбби уедет, я не буду иметь права ее больше носить. Ее вообще на склад заставят сдать. Так что подарочек совершенно бесполезный.

Бегать за Рафаэлем я не собиралась, и он это понял. Но я кажется, догадалась, кто королю подсказал идею о такой награде. Дурак.

А я так мечтала о собственном домике с садиком! Разве это много?

Начальник тайной стражи слушал отчет шпиона и морщился. Ну, как же так непрофессионально вышло с королевой? Разумеется, он тут же вызвал подручного. Кто вертится вокруг королевы, всегда в центре особого внимания.

— Мира Тессе приехала в столицу в июле. Дилижансом. Билет на почтовой станции брала в Андаме.

Так-так. Право же, именные билеты продавать было очень разумной идеей! На станции у кассира остается дубликат. Зато как удобно! Послал запрос, получил ответ.

— Леди поселилась в доходном доме у вдовы Фабри. Там дорого, но очень чисто и прилично.

Начальник нетерпеливо отмахнулся! Дом он знал отлично, как и его обитателей, но почему Кристиан ничего ему не сообщал раньше?

— Я говорил со слугами, девица активно искала место. Готова была экономкой, служанкой, сиделкой идти. Поэтому, когда графиня Реней предложила ей место камеристки в отъезд, побежала впереди своего визга.

— Думаешь, случайность?

— Не было никого за ней, ваше сиятельство! Мы проверили. Так что действительно случайность, что патер Иероним ее порекомендовал графине. Так она попала в состав брачного посольства. Фактически, с улицы.

— Наша недоработка. Дальше, — начальник стражи строго посмотрел на подчиненного.

— Там ее действия мне неизвестны, — с обидной сказал шпион. — Там другие работали. Однако принцесса Манкоя не только согласилась ехать к нам, но даже наградила леди Тессе титулом.

— Ерунда! Титул, не подкрепленный землей, пустая бумажка. Самолюбие почесать. Как коту пузико, приятно, но и только.

— Не скажите, ваше сиятельство, — возразил подчиненный. — Леди приближена к принцессе, теперь оказала важную услугу королевской семье, придворные на леди очень даже с интересом смотрят. Особенно из тех, кто победнее, но пробиться хочет. Старых знатных семей это, понятно, не касается, но тут ведь успеть надо! Обломись ей неожиданно поместье, хоть бы и крошечное, завалят предложениями руки и сердца. Женятся, глазом моргнуть не успеете. Герцог дре Паму оказывает ей недвусмысленные знаки внимания, может и подарить что-то ценное, скупым его еще ни одна женщина не назвала.

— А она что?

— Тут информация неточная. Обручальное кольцо точно есть. В дороге его видели и даже обсуждали. Здесь она его прячет. Обручена или замужем, неясно. Не кокетничает, не танцует, никому авансы не раздет. Мужа ее никто не видел, во дворец никто не приходил, встречи с ней не просил. Писем она не получает. Ни в дом Фабри ни во дворец никто не пишет.

— Или жених отъявленная голь перекатная, или девка хочет показаться свободной? — предположил начальник. — Но если ищет себе мужа, почему так себя ведет?

— Ну… я бы предположил, что она старается продать подороже то, что имеет. Самое забавное, — хмыкнул шпион. — Маг-целитель сказал, что она невинна. Я попросил его глянуть по ауре, ему не сложно было.

— Тогда понятно, отчего она бегает от герцога. Не по ней птица. Жениться он не женится, а этим нищим дворяночкам, кроме чести и титула, женихам предложить нечего. Строит недотрогу.

— Думаю, герцог бы дал ей приданое…

— О, нет, каждой подстилке приданое давать, так и королевской казны не хватит! Несколько подарков и пинок под зад. У герцога дольше полугода ни одна еще не продержалась. Девушка разумная, выше головы не прыгает.

— Думаю, после отъезда принцессы она вновь будет искать место. У нее сейчас двое детей на попечении живут, сироты подруги, и она сильно нуждается в деньгах. Правда, сейчас ей стала помогать виконтесса Реней. Она оплатила их проживание на полгода вперед.

— Это хорошо, гордость нищих купить проще. Ты насчет детей узнай, откуда, что за дети. Что-то эта баронесса слишком… даже не знаю, как сказать? Что-то с ней не так. Не вписывается в норму. Вроде бы, девушка скромная и не лезет особо никуда, а что во дворе случается важного, так она тут как тут!

— Сирота, приехала в столицу за лучшей долей. За мужем.

— Король из благодарности найдет ей мужа. А уж тот ее сам за волосы притащит к герцогу. Дураков нет, спорить с бастардом на тропе охоты! И насчет сиротства уточни. Сдается мне, девица многое скрывает.

Мужчины гадко поухмылялись. Да, и такое могло быть. Начальник перешел к самому неприятному.

— Иген, ты мне скажи, как могло получиться, что возле королевы никого не оказалось? Ей на горшок одной ходить не положено, всегда рядом придворные дамы толкутся.

— Лейб-медик отпросился к родным, мать у него сильно болеет. Помощник сломал ногу, за день такое не залечишь, хоть и магией, а неделя нужна. За повитухой и не посылали, потому что рано еще, что ей тут, полгода жить, в потолок плевать? Казначей бы удавился. Собирались приглашать повитуху через месяц, за пару недель до срока. А магистры и профессора все были в академии, начало учебного года, окончание приема студентов. Наш придворный маг, он же ведет курс в академии, тоже отправился посмотреть на новых учеников, присмотреть перспективных. Как только получил вестника, подхватил под руку главного мага жизни, к рассвету они были здесь, но уже все закончилось. Помощник лекаря вестника и послал.

— М-да. Получается, если бы не манкойская выдра и ее лекарь, не сносить бы нам головы. Будто кто специально подстроил! — Хлопнул себя по коленке начальник в досаде.

— Такое не подстроишь, — покачал головой помощник. — Никакого золота не хватит, чтоб в одночасье все организовать, и певичку эту, и концерт, и роды, и отсутствие магов в столице. Боевики были на охране, само собой, без этого никак. Но толку с них в такой ситуации…

— Что там пострадавшие фрейлины?

— Камер-фрейлина Даваду подала в отставку, и еще две вслед за ней.

— Королева возьмет к себе эту Тессе? И других? Раз освободились вакансии?

— Не думаю. Познатнее, да и побогаче найдутся. Так уже за места такая драка развернулась! Главному камергеру взятками весь кабинет завалили. Все дамы Эбби вызывают у королевы Фаустины сильную неприязнь, так что нет, их она не возьмет.

Начальник кивнул, и они начали обсуждать другие дела.

Казначей только назначен, министры уволены, а начальник тайной стражи в своем кресле до сих пор! Значит, работать надо! Землю рыть! Что там с взятками у камергера? Пусть только попробует в казну не передать хоть десяток керат!

— Сын! — воскликнула вдовствующая герцогиня дре Паму. — Добро пожаловать!

— Матушка, что случилось? — Рафаэль испугался.

Встречали его дома по-разному: упреками, рыданиями, реже поцелуями, но вот так? Матушка в парадном платье, прислуга выстроена в главном холле. И куда она смотрит так напряженно? Он же один? Рафаэль даже оглянулся.

— Где она? — Холодно спросила мать, не обнаружив никого за его спиной.

— О Пресветлый, кто?! Матушка, вы здоровы? Я сейчас же пошлю за целителем!

— Почему ты держишь на крыльце мою невестку?

Рафаэль вытаращил глаза.

— Матушка…

— Прекрати меня дурачить! Ты женат! Эрмерих тебя принудил?

Рафаэль закрыл глаза и посчитал до десяти, потом обратно. Вроде отпустило. Что за безумная идея опять втемяшилась матушке в голову?

— Предлагаю отпустить прислугу и поговорить без свидетелей.

Рафаэль кивнул дворецкому и экономке, слуги неохотно начали расходиться, но постоянно оборачивались, надеясь услышать что-нибудь интересное. Герцог подхватил мать за локоть и потащил в салон.

— Матушка! К чему было устраивать такое…

— Но ты женат! — Мать с упреком посмотрела на него.

— Откуда вы знаете?

— Значит, женат! — Мать неожиданно сгорбилась.

Из ее сбивчивой речи Рафаэль понял, что он — бесчувственный чурбан, черствая скотина и дуб-дерево. После жестоких слов о жене-бродяжке, вдовствующая герцогиня спустилась в подземелье к родовому артефакту! И там действительно видна была еще одна черта рядом с чертой ее сына! То есть, жена! Законная, принятая в доме и признанная ее сыном! Магическая защита дома будет на нее реагировать, как на члена семьи, то есть, никак не реагировать! Она сможет пройти в особняк и выйти в любое время!

— Вы поженились, ты приводил ее в дом и не познакомил со мной? Кто она?!

— Маменька, вы поверили?! Глупости, сбой в системе! Я приведу опытного артефактора, нам заново все настроят! — Рафаэль даже выдохнул от облегчения. Как впечатлительны женщины, переживают из-за всякой ерунды!

— Сын! Ты мне врешь! Ты кем-то увлечен? Серьезно увлечен?

— Мама! Нет ничего такого, о чем бы тебе стоило волноваться! Все нормально и обыденно! Давай я лучше расскажу о своих племянниках! Бенито и Ульрике!

— Я бы предпочла увидеть своих собственных внуков! Где они? Ты когда мне их подаришь?

— Ну, мама!

— Не морочь мне голову, сыночек! Где моя невестка?

— Ее ищут, мама! Очень скоро найдут. Но мы сразу разведемся.

— Что ты натворил, если девушка сбежала от тебя после обряда? — Ахнула герцогиня.

— Это была глупость! — Рассердился герцог. — Я не желаю это обсуждать! Для всего мира я холост!

— Ты сам-то в это веришь? — герцогиня подняла идеальную бровь. — Магия нашего рода считает иначе. И нет, я не поеду в имение, пока не познакомлюсь со своей невесткой!

Рафаэль поднял глаза к небу и застонал. За что? Пресветлый, за что караешь?

[1] На полном серьезе, жесткие корсеты на китовом усе с металлическими пластинками надевались с 10–12 лет и уродовали фигуру, навсегда деформируя ребра и внутренние органы. Не удивительно, что дамы валились в обмороки пачками. Талия Роми Шнайдер в корсете в фильме «Сисси» 48 см.