Не бойся, папа, мы тебя перевоспитаем!

Глава 26

Аня

Сегодня устраиваю себе настоящий СПА-вечер. В такой ванной, как у Каримова, это просто мечта, а не СПА!

Наливаю полную ванну воды с пеной, я нашла ее в пакете, который Люда привезла из моей квартиры.

Еще бы свечи ароматические зажечь и вина бокальчик, но не представляю, как спрашиваю у Каримова, есть ли у него ароматические свечи. И прошу налить бокал вина.

Еще решит, что я его соблазняю. Испугалась, что он передумает оплачивать счета, и пошла ва-банк. Или того хуже, решит, что я алкоголичка. И что у меня надо детей отобрать.

Обойдусь без вина. Тем более, что я сегодня только завтракала, и при одном упоминании об алкоголе заранее урчит желудок.

Пока лежу в ванне, кажется, что слышу снаружи подозрительные звуки, но стараюсь не акцентировать внимание.

Моя подруга настоящий клад, сложила весь необходимый уход. Я делаю маску для волос, достаю из пакета свой скраб для тела. Наслаждаюсь на всю катушку.

Мне торопиться некуда. Дети спят, Каримов тоже наверное уже видит десятый сон на своей огромной кровати возле Софийки. Сегодня он не пойдет ночевать в гостиную, значит я смогу потом тихо пробраться туда и сделать себе хоть малюсенький бутербродик. А если повезет, даже заварить чай.

Лезть без спроса в холодильник неловко, я здесь на чужой территории. Но когда Руслан меня привез, я совсем о еде не думала, так волновалась. А он не предложил, видно, тоже не подумал. Они с детьми к тому времени уже поужинали.

Кожа после скраба нежная и гладкая. Наношу ароматный лосьон для тела, набрасываю тонкий халат. Открываю дверь ванной и остолбеневаю, когда вижу сидящего на полу Каримова в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер.

Я была права в том, что Каримов видит десятый сон. Только не рассчитывала, что смотрит он его под дверью ванной.

А он здесь — сложил руки на груди, оперся спиной на стену и крепко спит, свесив голову на плечо. Останавливаюсь в растерянности.

Мне что теперь делать? Бросить его здесь?

Жалко. Ему же неудобно.

Разбудить?

Но я же поесть хотела. И о чае мечтала...

Так и стою. Никуда не ухожу и разглядываю собственного мужа. Раз уж не суждено попользоваться, так хоть посмотрю...

Смотреть на его обнаженные мускулистые плечи, забитые татуировками, мне очень нравится. Это рождает забытые ощущения, волнения в теле, покалывания в кончиках пальцев. От них расходится тепло и поднимается выше, разгоняется по телу...

Боже о чем я думаю? Я сама сказала Руслану, что между нами ничего не может быть, а теперь думаю о том, что его татуировки и мускулы волнуют мое тело.

Не надо его трогать. Надо принести плед и укрыть Каримова, а самой идти и ложиться спать. Забыть о еде, никаких бутербродов и чая. Ничего со мной до утра не случится, от голода я не умру.

Но теперь я не могу уйти просто так. Меня мучает вопрос, почему Каримов уснул под дверью ванной? Еще и в одном полотенце?

Внезапно пробивает, а что, если он не спит? Вдруг он без сознания? Вдруг ему стало плохо? А я тут стою, любуюсь...

Бросаюсь к Каримову, падаю перед ним на колени, хватаю за плечи и трясу.

— Руслан, Руслан, что с тобой?

— А? Что? — он вскакивает, непонимающе оглядываясь по сторонам.

Полотенце остается лежать на полу, я оказываюсь вжата в стенку. И руками, и бедрами, и еще чем-то очень горячим и твердым, что я уже шесть лет не ощущала. Но сразу узнаю.

— Ты живой? — спрашиваю севшим голосом.

— А ты не чувствуешь? — Каримов делает движение бедрами, и я все чувствую.

— Я просто подумала, что ты без сознания, — сглатываю.

— Могу запросто потерять, если хочешь. У меня шесть лет никого не было, Аня. После тебя. Та овца не считается, я тебе докажу, что она подставная. Еще не знаю как, но докажу.

Он шумно дышит мне в шею, а мне так хочется услышать, что он скучал по мне. Что он меня любил. И любит...

Но это же Каримов. У него на первом месте всегда был секс, от него таких слов не дождешься.

— Как от тебя пахнет, Аня, какая ты... — он зарывается в волосы рукой, тянет за затылок. Я поджимаю пальцы ног...

— Мама! Ма-а-м? — слышится требовательный, хот и сонный мальчишеский голос. Это Артем.

Мы замираем. Я спохватываюсь первой, быстро отталкиваю Руслана.

— Я к ним, а ты иди оденься, — шиплю ему на ухо. И отзываюсь. — Я здесь, сыночек.

— Кто там, ма? — а это уже Арсений.

— Никого, сынок, вам послышалось.

Усмиряю мальчиков, которых мы явно разбудили, и направляюсь в гостиную. Включаю свет и вижу за столом Руслана. Он по-прежнему с голым торсом, правда, уже в штанах.

***

Руслан

Как я мог уснуть, не понимаю. Это все потому что она там долго плескалась. Я подумал, чего там, посижу, покемарю пять минут, мимо меня точно не пройдет.

Просыпаюсь — а Анька на мне сидит.

Вот чем я думал, когда ее зажимать начал? Когда она охать стала и ахать.

«Руслан! Руслан! Ты живой?»

Нет, блядь. Хер у меня колом стоит от того, что я закоченеть успел.

Ну разве меня можно нормальным назвать?

Надо было хватать и в ванную обратно жену заталкивать. Конечно мы этой возней и Анькиными визгами пацанов разбудили. Как еще Софийка не проснулась и не расплакалась?

Аня побежала мальчишек успокаивать, а я на всякий случай метнулся за штанами. Может детям в туалет захочется, а тут папа голым задом сверкает.

Они конечно парни смекалистые, соображают что к чему, но мне все равно неудобно.

А вообще интересно, с тремя детьми родителям секс в принципе не светит? Даже если я Аньку уломать сумею? Хотя мне кажется сейчас я почти был у цели. Она уже почти сдалась...

Сна теперь ни в одном глазу. Походу, выспался под ванной.

Иду в гостиную, сажусь на диван. Закидываю руки за голову.

Эта квартира не годится для большой семьи, она слишком тесная и неудобная. Пацаны скоро пойдут в школу, им нужно отдельное пространство для сна и отдельное — для уроков.

Моей принцессе тоже скоро понадобится отдельная комната. Она же не будет спать с родителями до школы.

О том, что родители должны спать отдельно, не обсуждается. Причем вместе, это тоже не обсуждается.

Я теперь не представляю своей жизни без этих детей. Не собираюсь приходить к ним по воскресеньям. Раз она их от меня нарожала, пусть теперь меня терпит.

Осталось только донести эту мысль до Ани. Только постепенно, чтобы она с ней свыклась и приняла как неизбежность.

Кстати, может лучше купить дом? Нам же каждому нужна будет гардеробная, ванная. Ну какая в самом деле квартира?

Вытягиваю ноги под столом.

А что если мы еще залетим? Мы же толком с Анькой и не жили?

Хмыкаю, переплетаю руки на груди. Мне эта мысль кажется забавной. Да нет, удачная такая мысль, я бы даже сказал правильная.

А что? Мальчики скоро пойдут в школу, Софийка уже большая, вон сама на горшок ходит. А я можно сказать их детства и не видел.

Почему нет? Можно еще одну девочку, для баланса. Но если будет мальчик, я тоже не против. Дети это оказывается очень круто.

И кстати, тогда Анька точно никуда от меня не денется. Это уже сто процентов.

Внезапно вспыхивает свет, в гостиную входит Аня.

— Руслан? — останавливается на пороге. — Ты почему в темноте сидишь? Я думала, ты спать пошел.

А мне прям так идея зашла, я хоть сейчас готов начать.

— Да так, не спится... — пожимаю плечами как будто и правда просто так тут сижу. Без задней мысли. — Как мальчишки, уснули?

Она рассеянно кивает, нерешительно смотрит по сторонам.

— Ты чего мнешься? — спрашиваю подозрительно. — Что-то случилось.

— Я... Мне... Можно я себе бутерброд сделаю? Я просто сегодня пропустила обед и поужинать не успела… — выпаливает она и заливается краской.

Меня будто швыряет с размаху носом с высоты прямо об асфальт.

— Аня, ты почему сразу не сказала, что голодная?

— Я не хотела, Руслан, — начинает она отнекиваться, но я же ее знаю.

Она не чувствует себя здесь дома, вот поэтому. Я должен был сам подумать. Но мы приехали, Аня сразу бросилась помогать детям с поделками, потом пришивать ленты. А я повел себя как дурак обиженный...

— Садись за стол, — бросаю ей, сам поднимаюсь и иду к холодильнику. — Есть индейка, могу предложить горячий сэндвич с помидорами и салатом. Будешь?

— Руслан, я могу сама... — начинает Аня, но я ее перебиваю. — Сама ты можешь сделать кофе или чай. Мне, кстати, тоже. Я пока под дверью спал, проголодался.

— Кстати, а почему ты там спал? — спрашивает Аня, открывая дверцу шкафчика, чтобы взять чай. — Я тебя так и не спросила.

Отворачиваюсь, чтобы она не видела моего лица.

— Да так. Хотел с тобой поговорить.

— О чем?

Кошусь с опаской. Кажется, не самое подходящее время заводить разговор о четвертом, можно все испортить. Надо сначала накормить и притупить бдительность.

— Я сегодня оплатил счета, скоро можно будет тебя выводить из комы, — раскладываю мясо, сверху нарезанные помидоры.

— Спасибо, Руслан, — тихо говорит Аня, — я очень тебе благодарна.

Я знаю, как она может отблагодарить, но держу эти знания при себе. Позже поделюсь ими, при случае. А пока закладываю готовые сэндвичи в гриль. Запах разносится такой, что слюнки текут.

— Как вкусно пахнет, — нетерпеливо тянет носом жена.

Мы садимся есть, с удовольствием наблюдаю, как она чуть не мурлычет, жуя сэндвич и запивая его сладким чаем. Сам я тоже уничтожаю свою порцию за короткое время.

— А теперь спать, — командую, как только убираю посуду в посудомойку, а Аня прячет в холодильник остатки продуктов.

И не дожидаясь возражений, беру ее на руки и несу в спальню.

— Руслан, куда ты меня несешь? — стучит Аня по моим плечам, но я не обращаю внимания. Сгружаю ее по одну сторону от Софийки, а сам ложусь по другую.

— Пока будем спать так, — говорю ей тихо, чтобы не разбудить дочку. — А там разберемся.