Не бойся, папа, мы тебя перевоспитаем!

Глава 30

Руслан

— И что это вы мне повесили? — мрачно интересуюсь у инициативной группы, в которую вошли Людмила, Анфиса и моя Анька.

Они сидят напротив меня за столом, а я разглядываю наглядное пособие. Мне оно напоминает сверчка. Но конечно это не сверчок.

— Это, Руслан Каримович, женская репродуктивная система, — менторским тоном сообщает доктор Траханкова.

— И зачем вы мне его принесли? — проявляю чудеса терпения и выдержки. — Ах да, вспомнил. Чтобы я имел. Как руководитель.

Моя Анька густо-густо краснеет и опускает голову. Зато Людмила рядом не теряется.

— Не только имели, Руслан Каримович, — поправляет меня, — а еще и правильно реагировали при резком перепаде температур.

Зыркаю на нее исподлобья.

Эх, Людмила, знала б ты, как я реагирую. Если бы только знала! Меня даже теплые Анькины колготки не спасают.

— Ладно, что я должен делать? — у меня наконец лопается терпение. — Аня, почему не включают отопление, если у нас все счета оплачены?

— Скорее всего, нам надо перезаключить договор, — отмирает жена, возвращаясь к своему нормальному цвету.

— Так перезаключи.

— Теперь вы генеральный директор, никто не заключает договора с секретаршами, Руслан Каримович. Вам надо подъехать в главный офис компании и лично подписать документы.

Упираюсь руками в стол и мысленно считаю до десяти, чтобы не начать материться. В этом минус чисто женского коллектива.

Неудобно при них. Тот случай, когда бы пригодился и Ибрагимов на худой конец.

Ну как еще кроме матерной формы можно объяснить, что у меня нет времени таскаться по местным коммунальным конторкам и подписывать всякие сраные бумажки?

Может юристам моим отдать? Пусть они занимаются.

— Хорошо, я возьму этот вопрос под свой контроль.

— Так не пойдет, Руслан Каримович, — качает головой Анфиса, — коллективу требуются четко указанные сроки. Иначе будем подключать профсоюз.

Ну блядь.

— Здесь есть профсоюз? — удивляюсь я.

— А вы как думали? — гордо выпячивает грудь Людмила. — Мы каждый месяц профсоюзные взносы сдаем. У нас даже свой председатель имеется, Ибрагимов Артур Павлович!

— То-то я смотрю у нас с генетикой полная жопа, — не могу удержаться от замечания. — Когда Артуру Павловичу генетикой заниматься, если он профсоюзные взносы собирает?

— Давайте вернемся к отоплению, — заступается Анька за своего хахаля, чем еще больше меня бесить начинает.

А она выкладывает передо мной на стол чек из магазина женского белья.

— Вот, Руслан Каримович. Это я закупила для коллектива спецодежду на случай похолодания. Пусть бухгалтерия спишет на производственные нужды. Думаю, надо докупить еще по парочке.

Разглядываю чек, смотрю на жену исподлобья.

Так вот она какие чулки покупала? А я губу раскатал...

— Все, идите работать, — отпускаю девушек. — Анна, запроси мне в отделе кадров список сотрудников медцентра. А вы донесите принятые решения до сведения всех остальных.

— Так что по срокам, Руслан Каримович? — не отстает Анфиса.

— Скажите, что мы сегодня с Анной поедем заключать договор, — сдаюсь под ее натиском. — После обеда и поедем. Вместе.

Говорю, и меня осеняет. Даже по лбу себя хлопнуть хочется.

Как же я раньше до этого не додумался?

***

Смотрю на список, потом беру в руки Анькин чек. И нихера не понимаю.

Опять смотрю на список, снова в чек.

Что за херня? В дверь раздается стук.

— Войдите! — кричу. Дверь открывается, входит Аня.

— Ты чего стучишь? — спрашиваю ворчливо. — Это и твой кабинет тоже. У тебя все равно нет другого рабочего места.

— Я тебе кофе принесла. То есть вам...

— Давай его сюда, — подзываю ее ближе. Аня подходит к столу, ставит чашку. — Объясни, как такое может быть? Вот, если смотреть по чеку, ты купила колготок на две пары меньше, чем сотрудников по списку. Почему?

— Ты серьезно, Руслан? — смотрит на меня Аня распахнутыми глазами. — А сам не догадываешься?

— Хм... — потираю подбородок. И тут до меня доходит. — Точно. Это же мы с Ибрагимовым. Я колготки не ношу, а если Падлович себе яйца отморозит, не моя о том печаль.

Аня прячет смешок в ладони.

— Как ты его назвал? Руслан, перестань придираться к Артуру.

Встаю, медленно наступаю, нависаю над ней, уперевшись руками в стол.

— А он для тебя давно Артур?

Она разворачивается, лицо раскрасневшееся. У меня в мозгах помутнение полное.

— Руслан, — мое имя звучит даже жалобно, — мы работаем вместе почти три года. Конечно, я называю его по имени. Но это ничего не значит... И почему я оправдываюсь?

— Потому что я твой муж, — говорю, прижимая ее к столу. — Слушай, может мы подумаем, как твои долги по-другому закрывать?

— Ты о чем? — бормочет она, упираясь ладонями мне в грудь.

— Предлагаю списать все долги и оставить только один. Супружеский.

Ладонью захватываю затылок, чтобы она не вырвалась, и накрываю ее рот губами.

***

Аня

Мужские пальцы зарываются в волосы, давят на затылок. Горячий язык раздвигает губы и вторгается в мой рот, а у меня нет никаких сил, чтобы ему сопротивляться.

И не хочется. Совсем не хочется.

Наоборот. Ладони предательски ползут по мускулистым рукам, цепляются за широкие плечи, ложатся на крепкую шею.

Это так забыто. И так знакомо. Так щемяще сладко.

Пальцы на ногах поджимаются. Сердце проваливается и летит в бездонную пропасть. Мурашки россыпью разбегаются вниз по спине.

Меня никто так не целовал как Руслан. Так как он никто не умеет.

Какой тут может быть Ибрагимов боже...

Язык Руслана твердый и настойчивый, он то мягко, почти трепетно ласкает, то сплетается с моим языком, то ритмично двигается внутри, почти как...

О нет, о чем я думаю?

Ни о чем. Я не в состоянии думать. У меня в голове сплошное желе.

Мои колени раздвигаются, между ними вдавливается нога Руслана. Твердое мужское бедро.

Упираюсь в него, хватаю Руслана за шею, ерзаю.

Хочется забраться выше, насадиться на... Черт, колготки мешают, такие толстые... Какой дурак носит теплые колготки, когда рядом такой мужчина, как Каримов? Или дура?

Ах да...

Как сквозь толстый слой ваты доносится телефонный звонок с вибрацией. И вибрирует где-то у меня в районе талии.

Меня выбрасывает в реальность, где я почти лежу на бывшем собственном директорском столе, Каримов навалился сверху. Его одна рука держит меня за затылок, а вторая уже расстегнула блузку и пробралась под лифчик.

— Руслан, тебе звонят, — шепчу в отчаянии. Если сейчас кто-то войдет, это будет катастрофа.

Каримов обводит кабинет мутными глазами, встряхивает головой.

— Да похуй.

Внезапно меня посещает самая страшная мысль, от которой буквально подбрасывает.

— А вдруг это из садика? Вдруг что-то с детьми?

Взгляд Руслана вмиг становится осмысленным, он слетает с меня в один момент, протягивает руку, помогая подняться. Хватает телефон и облегченно выдыхает.

Крутит головой, что это не из сада и гаркает в трубку:

— Да, Вилена. Нет, меня сегодня не будет. Я еду с теплосетью договор заключать. Ну вот так. Сегодня без меня обходитесь, — кладет телефон обратно в карман и говорит, не глядя мне в глаза. — Поехали, Аня. Потом заедем куда-нибудь пообедаем.

***

— Давай сначала на заправку, — просит Руслан.

Я молча пожимаю плечами. Надо так надо.

Он выходит из машины и идет к кассе, возвращается с маленькой бутылкой колы. Бросает в торпедный отсек.

— Все, погнали.

С договором справляемся относительно быстро, и Руслан предлагает пообедать в ресторане.

— Давай, — соглашаюсь и предупреждаю, — только ты потом у меня из зарплаты вычтешь за этот обед.

— Спишем на представительские расходы, — успокаивает меня Каримов, — ты же мой секретарь.

В ресторане он даже не настаивает на отдельном кабинете, что у меня одновременно вызывает и облегчение, и разочарование.

Пока я пытаюсь разобраться в своих чувствах, Руслан просматривает по куар-коду меню.

— Ты пить будешь? — спрашивает он.

— Пить? Днем? — возмущаюсь искренне. — Мне еще до вечера работать, Руслан! И с детьми потом время проводить.

— Правда? — он фальшиво удивляется. — Значит как Падловича с днем рождения с коньяком поздравлять, это легко, а как с мужем за обедом вина выпить, сразу у нее работа!

— Никакого коньяка не было Руслан! — предательски краснею. — Мы просто ели торт в обеденный перерыв. И пили сок. Яблочный...

— Да? А почему его Стоякова из-под стола наливала? — щурится муж. — Или вы думаете, я слепой?

Черт, засек таки! А я говорила Людке, что у Каримова глаза как у коршуна.

— Но ты же за рулем, — пробую сменить тему.

— Я могу вызвать водителя.

— Зачем напрягать человека?

Я вижу, что Каримов заводится, и использую старый проверенный прием. Кладу ему ладонь на локоть и заглядываю в глаза.

— Руслан, давай просто поедим? — прошу тихо, и он моментально сдувается.

— Как хочешь, — буркает. — Я просто так спросил, для приличия. А то скажешь потом, что я абьюзер. Не даю тебе свободы и личного пространства.

Я благодарно улыбаюсь.

— Не скажу.

Мы вполне мирно обедаем, возвращаемся в машину. Салон успел остыть.

— Сейчас будет тепло, — обещает Руслан, включает подогрев сидений. Климат-контроль сам запускает печку.

Пока двигатель прогревается, Каримов достает колу. Вытягивает руку, отвинчивает крышку. Пенящийся напиток со свистом вырывается из бутылки и льется прямо на меня, заливая мою одежду.