Расколотые небеса

ГЛАВА 13

АСТЕРИЯ

Астерия переместилась через портал прямо в парадную столовую Каррафимов, и звук его закрытия у нее за спиной сменился двумя вскриками.

— Леди Астерия! — воскликнула Королева Марибель Каррафим, одной рукой прижимаясь к груди, в то время как другой сжала руку мужа во главе стола. — Добро пожаловать в наш дом?

Астерия бывала во Дворце Аггелос множество раз за последние столетия. Большая часть ее визитов проходила в этой величественной столовой или в бальном зале, расположенном где-то в передней части замка.

Столовая была слабо освещена множеством бра на бежевых стенах, между которыми висели чередующиеся пурпурные и золотые гобелены с фамильным гербом Каррафимов. Большая люстра со слишком большим количеством свечей висела над удлиненным столом, отбрасывая теплый свет на собравшихся.

Астерия склонила голову, чтобы окинуть взглядом стол, за которым, казалось, собралась вся семья Каррафимов. Она сузила глаза на каждого, пока приближалась, сложив руки за спиной.

Она споткнулась на шаге, когда встретилась взглядом с соблазнительными бежевыми глазами.

Уэллс поднял свой бокал, бровь приподнята, а в уголке губ играла усмешка.

— Без Леди Астерии, Марибель. Просто Астерия. — Она натянуто улыбнулась королеве. — Ты должна это уже знать. Хотя ты закончила Академию более трех десятилетий назад, так что, полагаю, могу пропустить это без лишнего шума.

Уэллс подавился медовухой, захлебнувшись прямо в бокал. Его старший брат, Квинтин, бросил на него осуждающий взгляд с того места, где он сидел несколькими стульями дальше. Астерия едва не развеселилась, пока не заметила, что единственный свободный стул за столом находится прямо напротив Уэллса.

Она прищурила глаза.

Они что-то хотят от нее.

— Пожалуйста, присоединяйся к нам, Астерия, — позвал Орвин с главы стола, махнув ей рукой. — Прошло немало времени с твоего последнего визита в Эльдамайн, так что давай разделим трапезу. Возможно, кого-то стоит представить заново, а кого-то — познакомить впервые.

— Благодарю, пожалуй. — Астерия опустилась на стул, чувствуя, как Уэллс наблюдает за ней через стол. Она замерла, уже почти сев, и прищурилась на него. — Не ожидала увидеть второго запасного наследника так скоро после того, как ты почтил своим присутствием Академию в прошлом месяце.

— Вы встречались? — выпалил Квинтин, его голос поднялся на тон выше. Астерия и Уэллс оба устремили на него взгляды, и она нахмурилась. — Когда?

— Я навещал Одо и Эрику в начале учебного цикла перед возвращением домой, — объяснил Уэллс, и Астерия резко перевела на него взгляд.

Он пожал плечами, поджав свои полные губы, и это напомнило Астерии ее мысли об этих губах.

Она потянулась за бокалом и сделала два больших глотка медовухи на основе гвоздики и меда. Уэллс уловил это движение краем глаза, его взгляд скользнул к ее бокалу на столе, а затем к ее губам, отчего у нее в животе все сжалось.

— Мы, видимо, всегда пересекались, но так и не встретились по-настоящему, — вклинилась Астерия, хотя бы чтобы дать себе чем-то заняться, вместо того чтобы глазеть на принца перед его близкими. — Это была мимолетная встреча, ничего особо примечательного.

— Неужели? — пожурил Уэллс, уперев локоть на стол и подперев подбородок ладонью. Он устремил на Астерию свои густые ресницы. — Ты уверена?

Ее ноздри дрогнули от резкого вдоха, и раздражение забурлило у нее в груди. Кем он себя возомнил?

— Брат, — пробормотал Квинтин себе под нос. — Хватит…

— Что ж, я рад, что ты знакома с моими сыновьями, — перебил Орвин, жестом указывая на сторону стола, где сидели Квинтин и Уэллс. Справа от Уэллса был их другой брат, Пирс, который склонил голову в знак признания, когда ее взгляд скользнул по нему. Между Уэллсом и Квинтином сидела знакомая женщина. — Позволь представить тебе жену Квинтина, Принцессу Джоан.

— Очень приятно познакомиться, Ле…Астерия. — Принцесса поправила себя прежде, чем Астерия успела бросить на нее грозный взгляд. — Я училась в Академии в одно время с Принцем Оруэллом.

— Извини, что не помню тебя с тех времен. — Астерия нахмурилась, озадаченная, почему она не может помнить этот класс сирианцев так же ярко, как другие. Казалось, многие королевские особы учились там в одно время. — Кажется, я присутствовала на твоей свадьбе, но у нас не было возможности поговорить.

— Не нужно извиняться. — Принцесса Джоан доброжелательно улыбнулась, качая головой. — Тысячи Сирианцев посещают Академию. Я знаю, что у тебя есть возможность пообщаться лишь с небольшой их группой. Я также полагаю, что дипломатические занятия не особенно твои любимые.

— Довольно редко, это так, — Астерия кивнула слуге, подливавшему ей в бокал. — Боюсь, мне нечем поделиться в этой области знаний Академии. — Астерия сделала паузу, отпив медовухи, а затем протянула чувство, ощущая пространство комнаты в поисках Эфира и Энергии. — Я знаю, что многие Каррафимы владеют Эфиром, но я также чувствую и Энергию. Здесь слишком много Сирианцев, чтобы мне определить, кто из вас владеет Энергией, а кто Эфиром. А ты, Принцесса?

— Я владею Энергией, как и Принц Пирс. — Джоан протянула руку перед Уэллсом, чтобы указать на другого принца Каррафима. Уэллс нахмурился на руку перед ним, словно это был инородный предмет, и Астерия с удивлением обнаружила, что сдерживает ухмылку. — Мы все еще не уверены, какую из двух сил унаследуют наши дети.

— Сколько у вас детей? — поинтересовалась Астерия, ее интерес возрос. Хотя тема детей для нее самой была чувствительной, она все равно любила их.

— Четверо, — ответил Квинтин, его рука легла на руку жены. — Нашему старшему восемь, так что он может развить свои силы в ближайшие несколько лет.

— Что ж, вы двое определенно были заняты. — Астерия аккуратно рассмеялась, поднимая бокал к губам.

По реакциям вокруг стола она поняла, что сказала это громче, чем планировала.

Рот Джоан приоткрылся, а челюсть Квинтина сжалась, как и его хватка на руке жены.

Уэллс, напротив, разбрызгал струю медовухи через весь стол.

Глаза Астерии расширились от изумления, пока Уэллс пытался восстановить достоинство, а слуги суетились, промокая скатерть.

— У тебя сегодня проблемы со ртом, брат? — проворчал Квинтин, перегнувшись через жену, чтобы уставить на Уэллса.

— Сибил пыталась тебя предупредить, а ты отказался ей верить, — сказал мужчина рядом с Пирсом, его сиреневые глаза танцевали от восторга. Он наклонил свой бокал в сторону Астерии, чешуйки выглядывали из-под воротника. — Кажется, ты застал Уэллса совсем врасплох.

Уэллс бросил строгий взгляд на незнакомца и выхватил свежую салфетку из рук слуги. Губа Астерии вытянулась в тонкую линию, и она уставилась на Квинтина и Орвина.

— Почему Сибил почувствовала необходимость предупредить вас обо мне? — спросила Астерия, ее голос был смертоносным.

Каждый за столом замер от этого тона. Даже слуги прекратили суетиться.

Сила Астерии загудела, в то время как все остальные звуки в комнате смолкли, ожидая ее действий.

Квинтин прочистил горло, что Астерия нашла забавным. Что может быть лучше для проверки того, насколько хорошо Старейшины обучили его дипломатии, чем противостояние с Богиней Сирианцев?

Астерия повторила жест Уэллса, оперевшись локтем о стол и подперев подбородок ладонью. Она чувствовала, как упомянутый мужчина сияет ухмылкой с другого конца стола, но все ее внимание было приковано к Кронпринцу Эльдамайна.

— Сибил сообщила нам о встрече, которая произошла между Лиранцами. Морана, Даника и Род просили нашей помощи в защите людей, если наступит время, — объяснил Квинтин, затем опрокинул свой бокал.

Астерия выпрямилась и сложила руки на коленях, уставившись на него с бесстрастным лицом, несмотря на раздражение, щекочущее заднюю часть шеи.

— Как одно из королевств, где у власти стоят Сирианцы, но так же как то, что сохраняет верность только Богине Сирианцев… — Астерия открыла было рот, чтобы возразить, но Квинтин поднял руку и продолжил, — …мы хотели обсудить с тобой, присоединишься ли ты к нашей стороне.

— Решения, которые я принимаю сама, не должны влиять на твои как лидера твоей страны, — возразила Астерия, с ее губ сорвался тихий смешок. — Ради этого разговора я признаю свой статус Богини. Я никогда не давала впечатления, что как твоя Богиня ты должен слепо следовать тому, что я говорю и делаю. Я всегда давала тебе свободу воли делать выбор, и я не изменю этому сейчас из-за какого-то Пути, который всего лишь один. Один Путь.

— Я не знаю, насколько подробно Сибил объяснила тебе, что происходит. Я также не верю, что ты понимаешь, как действует Судьба. Вы все склонны путать Судьбу и Предназначение. — Астерия наклонилась вперед в кресле. Все глаза приковались к ней, впитывая каждое слово. — Траектория нашего мира имеет множество возможностей, которые не в силах постичь ни одна пророчица, даже Андромедианка. Единственная, кто обладает силой постичь их все, — это Дола. Этот Путь, который видела Сибил, — не Истинный Путь, который является неизбежным исходом. У нас все еще есть шанс свернуть на другой. Я пока не видела ни одного решения, которое делало бы Путь, предвиденный Сибил, более неотвратимым, чем любая из альтернатив.

— Ты смеешь говорить о моей силе, как будто знаешь ее близко, — голос проник в комнату, заставив Астерию вздрогнуть. Она резко повернула голову ко входу, где стояла Сибил, словно сама Богиня. — Я же не разглагольствую перед королевскими семьями о твоей силе, не так ли?

Уголок губы Астерии дернулся при виде одного из ее любимых людей в мире. Она потянулась к своему бокалу и наклонила его в сторону Сибил.

— Я рада, что ты присоединилась к нам, Сибил, так как этот ужин, кажется, твоих рук дело.

Сибил бросила на Астерию осуждающий взгляд, а затем нахмурилась на двух мужчин Каррафимов, сидевших у главы стола, в ее шартрезовых ⁶глазах кипел гнев. Ее вертикально вытянутые зрачки сузились, и Астерия на мгновение задумалась, не превратится ли Сибил прямо здесь, в столовой, в огромного змея.

— Я говорила тебе оставить это, Квин, — угрожающе проворчала Сибил, почти рыча.

— Сибил, дорогая… — Орвин ущипнул переносицу, вздохнув. — Пожалуйста, присоединяйся к нам.

— Нет нужды. Ты… — Сибил указала на Астерию. — … пройдем со мной на минутку, пожалуйста.

— Все тут такие вежливые. Я это ценю. — Астерия скривилась в адрес Уэллса, который наблюдал за всей этой сценой в молчаливом восхищении. — Извините, пока я разбираюсь с моей сестрой.

Астерия последовала за Сибил из комнаты, позволив змею схватить себя за руку и затянуть в ближайшее помещение. Сибил захлопнула дверь, заперев их в кладовке для утвари.

— Мы собираемся целоваться, Сибил? — пожурила Астерия, усмехаясь. — Я знаю, мы технически не сестры — даже не связаны кровью — но я хочу, чтобы ты знала…

— Почему ты не отвечала на зов Лиранцев? — перебила Сибил сквозь стиснутые зубы. — И ты знаешь, о каких я говорю.

— Я не собираюсь повторять сказанное, Сибил, но каждое мое слово было намеренным. — Астерия сделала шаг к ней, хотя отступать ей было некуда. — Мне также не нравится, что на меня устраивают засаду.

— Это была не моя засада. — Сибил потерла щеку, качая головой. — Я специально сказала им оставить это мне, и я сказала Моране, что поговорю с тобой отдельно. Увы, Каррафимы сделали то, что умеют лучше всего. Они взяли на себя задачу помочь менее удачливым.

— Ты называешь людей, нуждающихся в помощи против возможной несправедливости, просто менее удачливыми? — Астерия приподняла бровь, бросая вызов.

Зловещая ухмылка появилась на лице Сибил, обнажив ее заостренные клыки.

— А я думала, ты еще не веришь, что им нужна помощь, — парировала Сибил, скрестив руки. Астерия закатила глаза, но Сибил продолжила: — Я видела, что эта встреча с тобой и Каррафимами произойдет, и знала, что должна вмешаться. Я мчалась сюда, чтобы перехватить события, пока они не вышли из-под контроля.

— Ты должна понимать, пророчество не изменилось, — объяснила Сибил, схватив руки Астерии своими. — Я знаю, ты не веришь, что это что-то значит, но это что-то значит, если Путь качнется к вымиранию, пока ты все еще выбираешь нейтралитет. Ты задумывалась, что это могло бы означать, если бы ты хотя бы заняла позицию, Аззи?

— Не Аззи меня. — Астерия вырвала свои руки из рук Сибил, сузив взгляд, когда ее сила вспыхнула под кожей. — Ты знаешь, другие Лиранцы просто ждут возможности. Я обдумываю, как выбор стороны может разозлить моего отца, подтолкнув его выбрать не ту сторону. Я верю, что его можно убедить остаться в стороне, тогда Нен и Зефир потеряют интерес к той игре, в которую, как им кажется, они играют.

— Откуда ты знаешь, что Лиранцы еще ничего не сделали? — спросила Сибил, подняв брови. Астерия промолчала, потому что теоретически она не знала. Как и все остальные, она оценивала все по отношению каждого Лиранца. — Это пророчество нахлынуло на меня так быстро — так сильно — потому что что-то должно было произойти до встречи Лиранцев. Это не Истинный Путь, но это серьезный Путь, который только усиливается.

Астерия задумалась над этим, тем более что Судьба позволила Сибил обсуждать с ней так много и в таких подробностях, каких она раньше от нее не слышала. Судьба изменчива, и поэтому Астерия предпочитала избегать пророчеств, особенно когда дело касалось Долы и Сибил.

Чем меньше Астерия знала, тем лучше. Она не свела бы себя с ума, подвергая сомнению каждое движение.

И начинать она не собиралась.

— Остается фактом, что это все еще не Истинный Путь, Сибил, — мягко сказала Астерия, изучая ее лицо. — Мой отец…

— Галлус возглавит, — внезапно выпалила Сибил, ее голос стал ровным. Астерия застыла, ужас накрыл ее, когда глаза Сибил сменились с признака змея на облачную дымку, напоминавшую молочно-белый зрачок Долы. — Они восстанут с Галлусом. Вознесение. Бесконечные сумерки.

Сибил с резким вздохом рухнула в объятия Астерии, ее глаза закатились, а веки затрепетали. Астерия прижала ее к груди, успокаивая тихими шепотками. Сибил скривила лицо, борясь с видением, которое ее посещало.

Астерия никогда не была свидетелем пророчества от Сибил за шестьсот лет их существования, и было краткое мгновение, когда она задумалась, не пытается ли Судьба принудить ее действовать.

— Я отказываюсь занять сторону прямо сейчас, — прошептала она, помогая Сибил выпрямиться, отводя ее белые волосы назад. — Но я обдумаю то, что говорят Каррафимы, и то, как они ожидают сотрудничать с другими Лиранцами. Я могу выступать посредником пока что только потому, что они признают меня своей Богиней. Я не хочу оставлять их полностью беспомощными. Позволь мне поговорить с моим отцом и попытаться понять, где его мысли.

Сибил кивнула, истощение было очевидно в ее потухшем взгляде. Астерия взяла ее за щеку, заставив встретиться взглядом.

— Не могу поверить, что мой отец возглавит такую атаку на этот мир, — Астерия покачала головой, и когда Сибил открыла рот, она остановила ее одним лишь взглядом. — Но я сделаю все, что от меня зависит, для безопасности.

— Спасибо, — прошептала Сибил, вздохнув, когда прислонилась к объятиям Астерии. — Если ты можешь доверять кому-либо, Аззи, ты знаешь, что это я.

— Знаю, Би, — сказала она с той любовью, которую питала к Андромедианке. — Всегда только ты и я, верно?

Когда Сибил кивнула с мрачной улыбкой, Астерия обняла ее быстро, прежде чем они покинули комнату.

Ужас и предчувствие оставили после себя холод, который впивался в божественную форму Астерии.