Расколотые небеса

ГЛАВА 52

ФИБИ

Фиби стояла выпрямившись рядом с Дастином, руки крепко сложены у грудины и живота, пока она пыталась сохранять лицо нейтральным. Страж терпеливо ждал ее сигнала, его рука была готова у двери.

— Это просто беседа, — напомнил ей Дастин низким тоном. — Не больше, не меньше. Просто выслушай ее и подумай сначала о том, что лучше для твоего королевства.

Фиби взглянула на него искоса, один раз кивнула. Она перевела взгляд на стражника и повторила жест, свободно сцепив пальцы и опустив расслабленные руки перед собой.

Дверь широко распахнулась, и она не стала терять ни мгновения. Она придала лицу выражение безразличия и переступила порог.

Все в приемной поднялись со своих мест, кроме фигуры, уже стоявшей у окна. Та повернула голову через плечо, яркие голубые глаза сверкали, сопровождаемые легкой улыбкой.

Астерия выглядела точно так же, как когда Фиби училась в Академии более десяти лет назад. Единственное отличие между той версией ее сестры и нынешней было в безмятежном духе ее взгляда, а не в напряженных чертах лица.

— Моя Королева и Король, — сказал стражник, жестом указывая на каждого, — я хотел бы представить вам следующих: принца Оруэлла Каррафима и принца Пирса Каррафима из Эльдамайн, Генерал-Лейтенанта Гаврила Фариса и Леди…

— Если ты хочешь сохранить свое достоинство, советую остановиться, — перебил Гаврил, подняв руку в сторону стражника. — Кроме того, я слышал, ее также называют Генералом…

— Если ты хочешь сохранить свое достоинство… — Астерия уставилась на Гаврила угрожающим взглядом, указывая на него пальцем. В этом обмене было что-то странное.

Рот Фиби от изумления и досады открылся.

Астерия была игривой с этим мужчиной, что, как Фиби считала, было нехарактерно для ее сестры.

Ревность, жгущая горло, испытывала ее самообладание, божественная сила единожды содрогнулась под ее кожей. Астерия резко повернула голову к Фиби, склонив ее набок.

— Благодарю за представление, — сухо сказала Фиби рыцарю, кивая. — Полагаю, я знаю большинство людей в этой комнате, включая Астерию. Ты свободен. Эти люди не несут угрозы, и Дастин останется со мной.

Фиби для убедительности положила руку на плечо мужа. Стражник поклонился и удалился, а Фиби подождала, пока дверь за ним не щелкнет.

— Полагаете, вы знаете большинство из нас в этой комнате? — спросил Гаврил, скрестив мощные руки на груди. — Я вас не знаю.

— Вы — единственный, кого я не знаю, — пояснила Фиби со взглядом, полным негодования. — Я встречала Принца Оруэлла на его свадьбе и на своей собственной, где также встретила Принца Пирса.

— Ты не говорил мне, что встречались раньше. — Астерия нахмурилась на Оруэлла, говоря это, и Фиби насторожилась от этого вопроса.

Он наклонился к ней, когда она встала рядом с ним, его голос стал тише.

— Хочешь список всех людей, которых я встречал за свою жизнь, Блю?

Блю.

Младший Принц Эльдамайн дал Астерии прозвище.

Они также смотрели друг на друга так, как, по мнению Фиби, смотрели друг на друга она и Дастин, что заставило три мысли промчаться в ее голове.

Первая — как ей придется бороться изо всех сил, чтобы сдержать свой гнев перед завистью, пытающейся пожрать ее заживо. Насколько она понимала, Астерия никогда не была близка с Каррафимами. Тем не менее, ей удалось установить близкие отношения с ними за короткое время, в то время как у нее никогда не было таких с Фиби.

Вторая — Фиби не думала, что Астерия когда-либо проявляла романтический интерес к кому-либо в прошлом, не говоря уже о Сирианском смертном. Третья — последний раз она видела Оруэлла на его свадьбе, и она помнила, что слышала о смерти его жены.

— Я знаю, что опоздала на пару лет, Принц Оруэлл, — сказала Фиби, склонив голову и положив руку на грудь, — но я хочу выразить соболезнования по поводу потери вашей жены. Не могу представить, каково это было.

Фиби ожидала, что Астерия взъерошится от раздражения при упоминании его жены. Вместо этого она улыбнулась Оруэллу мягкой улыбкой, пока он слегка поклонился в талии и пробормотал:

— Благодарю вас, Королева Фиби. Я ценю искренность.

— Должны ли мы продолжать обращаться друг к другу в формальных тонах? — спросил Дастин, широко раскинув руки перед собой, встречаясь взглядом с каждым. — Полагаю, мы достаточно взрослые, чтобы обходиться без формальностей. Кроме того, я не считаю справедливым, что Астерия может отбросить свой формальный титул, в то время как остальные из нас должны продолжать их использовать.

Астерия поджала бледно-розовые губы и сузила свои неземного сияния глаза, глядя на Дастина. В бледной коже ее сестры скрывался хищнический блеск, отчего Эфир завихрился вокруг руки Фиби.

Астерия удивленно приподняла бровь, глядя на нее, и быстро моргнула.

— Согласен! — Оруэлл хлопнул в ладоши, выдергивая Астерию из того, о чем она размышляла. — Ради присутствующих в этой комнате и конфиденциальности, я также хотел бы верить, что мы можем называть Фиби сестрой Астерии, а Галлуса — их отцом.

Гаврил медленно перевел взгляд на Оруэлла.

— Что, блядь, ты только что сказал?

— Почему тебе кажется, что всех волнуют мои отношения с Фиби? — Астерия бросила на Гаврила раздраженный взгляд.

— Вернее, их отсутствие, — пробормотал Гаврил, закатив глаза. Фиби стиснула челюсть, глаза ее расширились. — Так Таранис и Дионна — дети Даники, а значит, твои сводные брат и сестра. Фиби — дочь Галлуса, что делает ее твоей сводной сестрой?

Астерия скривила губу на Гаврила, сжав кулаки у боков. Оруэлл ущипнул переносицу, тяжело вздохнув. Он положил руку на поясницу Астерии, и она заметно смягчилась, ее лицо снова расслабилось.

Возможно, это была самая захватывающая вещь, которую Фиби видела за долгое время. В ее уме больше не оставалось ни капли сомнений, что между Астерией и Оруэллом были романтические отношения.

— Фиби, — сказала Астерия, вздрогнув, — я хочу поговорить с тобой наедине о том, зачем мы пришли.

— Я прекрасно знаю, зачем вы пришли. — Фиби фыркнула, качая головой. Астерия напряглась, но удержала ее взгляд. — Впрочем, лучше поговорить наедине, поскольку ясно, что некоторые из присутствующих могут увести разговор в сторону.

— Ты же должен быть тем, кто умеет говорить, Уэллс. — Пирс тихо усмехнулся, бросая младшему брату настороженный взгляд. — Когда Астерия стала той, кто говорит с дипломатами?

— Когда это ее брат и сестра. — Оруэлл опустился в кресло, откинулся на спинку и закинул ногу на колено. — Мы просто подождем здесь и займемся тем, что мужчины умеют лучше всего.

Астерия бросила на Оруэлла сердитый взгляд, но уголки ее рта дрогнули.

— Надеюсь, я задержусь ненадолго.

Фиби фыркнула, закатив глаза, а Астерия сохранила невозмутимое выражение лица. Фиби едва уловила мимолетное прикосновение между ней и Оруэллом, прежде чем та направилась к Фиби. Она жестом предложила сестре следовать за ней в соседнюю комнату.

Небольшой кабинет украшал камин у дальней стены и кресла в центре, в углу стояла небольшая барная тележка. На противоположной стороне комнаты был хрупкий письменный стол, но больше ничего. Единственными источниками света были тусклая люстра и продолговатое окно.

Астерия последовала за ней внутрь, и Фиби махнула рукой, чтобы тихо закрыть дверь за ними. Она повернулась перед одним из кресел как раз вовремя, чтобы увидеть, как Астерия смотрит через плечо на дверь.

— Ты забыла, что у меня есть божественная сила? — Фиби приподняла бровь, опускаясь в кресло, ее кожа закололась.

Астерия бросила на нее недоверчивый взгляд, вздохнула и подошла к креслу напротив Фиби.

— Я не забыла. Я просто не была готова, что дверь резко закроется за мной, как только я переступлю порог.

Фиби промычала, откинувшись в кресле и положив руки на подлокотники, прищурившись. Астерия опустилась в свое собственное, копируя позу Фиби.

Астерия, возможно, и не забыла о ее божественной силе, но Фиби забыла, насколько та похожа на Галлуса. У них одинаковая светлая, безупречная кожа и высокие, стройные фигуры. Даже волосы у них одинаковые — черные с сине-фиолетовым отливом на свету. Фиби готова была поспорить, что сейчас и длина одинаковая. Высокие скулы и острые черты обычно придавали им обоим очень устрашающий вид, но Фиби никогда не знала, было ли это из-за их якобы смертных черт или из-за мощной ауры, исходящей от них.

Астерия переменила положение, и Фиби встретилась с ее взглядом.

— Ты говоришь, знаешь, зачем мы здесь.

— Ты хочешь, чтобы мое королевство сражалось на стороне Эльдамайн, — пояснила Фиби, усмехнувшись. Она поставила локоть на подлокотник, подняв кисть. Она повертела запястьем, играя с Эфиром. — Уверена, уместно будет также упомянуть Риддлинг, Северные Пизи и Селестию.

— Если ты пытаешься запугать меня моей же силой, ты тратишь энергию зря, — сказала Астерия. Она прочистила горло, с трудом выдавливая следующие слова. — Но не Селестию.

Еще один кусочек информации, которую Фиби страстно хотела знать. Увы, у них были другие дела для обсуждения, и она была уверена, что остров Астерии будет упомянут в конце концов.

— Несмотря на это, ты пришла просить меня присоединиться к твоему делу.

— Что-то подсказывает мне, что твой ответ будет отрицательным, — предположила Астерия, ее губы были плотно сжаты.

— Если бы ты задала мне этот вопрос прямо сейчас, без дальнейшего обсуждения, мой ответ был бы «нет». — Фиби сложила руки на коленях и наклонилась вперед. — Я не совсем некомпетентна. Я знаю, что Каррафимы предложат какой-нибудь договор с участием стран, с которыми они заключают союз, в обмен на нашу помощь. Что само по себе прекрасно, пока не подумаешь, о чем эта война.

— Давай не будем ходить вокруг да около и притворяться, будто мы два дипломата, пытающиеся прийти к соглашению. — Астерия медленно поднялась со стула, направляясь к камину, ее взгляд был прикован к портрету Дрого. — Мы обе знаем всю правду не только о наших отношениях, но и о твоих отношениях с Галлусом. Я не наивна — я знаю, он уже приходил и говорил с тобой.

— Он, вероятно, предложил защиту для чего-то, что ты очень любишь, при условии, что ты не вмешиваешься в войну. — Астерия повернулась, прислонилась к стене и скрестила руки. — Он не посмеет просить тебя выбрать сторону, а остаться нейтральной.

— Конечно же, он приходил. — Фиби подняла руку, чтобы скрыть раздражение, щекочущее ее кожу. Она ненавидела то, как говорят эти бессмертные. — Он поклялся не трогать людей в моем королевстве, когда дело дойдет до того, что они задумали для людей Авиша.

— Не говори мне, что Галлус просто провел с тобой вежливую беседу, Фиби. — Астерия покачала головой, опустив глаза, что лишь разозлило Фиби еще сильнее. Астерии не было права жалеть ее. — Я знаю, он приходил сюда и угрожал Дастину…

— Ты ничего не знаешь, — прошипела Фиби, рванувшись со стула, но Астерия перебила ее.

— …в дополнение к предложению защиты для твоих людей. — Астерия уставилась на Фиби понимающим взглядом. Та внезапно перенеслась на пятнадцать лет назад, когда сестра унижала ее на уроках божественной силы. — Открыто и честно, Фиби. Мы обязаны друг другу этим.

— О, правда? — Фиби наступала на Астерию, указывая на нее пальцем.

Астерия легко поглотила поток Эфира, который Фиби швырнула в нее, яркие глаза на мгновение поглотились чернотой от напряжения ее силы. Руки Астерии, однако, просто опустились по бокам, когда Фиби встала с ней нос к носу.

— Почему я должна быть тебе чем-то обязана? — Фиби толкнула Астерию в плечо, и ноздри ее сестры раздулись. — Ты ненавидела само мое существование с момента моего рождения. — Она толкнула ее снова. — Ты относилась ко мне только с презрением каждый раз, когда я была рядом. — Фиби толкнула ее в последний раз, спина Астерии ударилась о стену. — Ты ругала и издевалась надо мной, когда я училась в Академии, пока не появился кто-то получше, кого ты могла наставлять, потому что твоя ненависть была так глубока, что ты отказалась взять под крыло собственную сестру!

Астерия вздрогнула, ее глаза расширились.

— Фиби… Я не…

— Открыто и честно, Астерия. — Фиби усмехнулась, положив одну руку на бедро и потирая виски другой.

— Мы не будем говорить о нашем прошлом сейчас, Фиби. — Плечи Астерии поникли, она покачала головой. — В чем нам нужна твоя помощь, не имеет ничего общего с нами и все — с будущим Авиша.

— Он вынудил меня, Астерия. — Фиби резко развернулась, зашагала перед камином, ее руки дико жестикулировали в такт словам. — У тебя, возможно, образцовые отношения с нашим отцом, но у меня никогда их не было. Полагаю, яблоко от яблони недалеко падает, в этом отношении. — Она бросила на Астерию злой взгляд, и та ответила еще более злобным. — Галлус появился в моем доме с моим мужем, связанным Эфиром, избитым и окровавленным до такой степени, что теперь у него навсегда повреждены кости ноги, которые никогда не заживут.

Там, где большинство побледнело бы, кожа Астерии истончилась, и темно-синее свечение мелькнуло под ней.

— Он угрожал моей семье и сказал, что мне будет лучше, если я послушаю его, в отличие от тебя, которая не вняла его предупреждению. — Фиби взмахнула рукой в сторону сестры, сердце ее колотилось в груди. — Так что, к сожалению, Астерия, это имеет все отношение к нам, потому что за этим стоит наш отец. В отличие от тебя, у которой за спиной армии Андромедианцев, сирианцев и Лиранцев, у меня нет никого, кто защитил бы меня и мою семью, кроме меня самой и тех немногих, кому я здесь доверяю и кто действительно может что-то сделать.

— Если бы ты обращала на меня хоть какое-то внимание, когда я была в Академии, все могло сложиться иначе. Возможно, у меня хватило бы уверенности противостоять ему. — Фиби покачала головой, с недоверием выдохнув. — По крайней мере, я бы знала, что ты поддержишь меня.

— Я поддерживаю тебя, Фиби, — взмолилась Астерия, сокращая расстояние между ними. Она потянулась к рукам Фиби, но та подняла их в предостерегающем жесте. Уголки рта и глаз Астерии сморщились. — Я все еще поддерживаю тебя, если ты решишь пойти против него. У тебя есть я и все те, кто со мной.

— Как я могу это знать? — прошипела Фиби, их носы почти соприкоснулись. — Как я могу доверять тебе, когда нет основы для доверия?

Астерия тяжело вздохнула, запрокинув голову к потолку и сжимая кулаки у боков. Плечи Фиби тяжело вздымались с каждым вздохом, ее зрение сужалось от разочарования и лет ревности и подавленной боли.

Фиби больше не заботило, зачем пришли Астерия или Каррафимы. Пока ее сестра была в ее королевстве и в стенах ее замка, она заставит Астерию смотреть ей в глаза и говорить о плохом обращении, проявленном по отношению к ней.

— Почему ты бросила меня? — Голос Фиби дрогнул. Она скривила губу на себя, опустив взгляд на пол.

— Я не… — Голос Астерии затих, когда она снова потянулась к Фиби, но та отшлепала ее руку. — Я не бросала тебя, Фиби. Чем дальше ученики продвигаются в своем обучении в Академии, тем глубже они погружаются в свою специализацию. Ты пошла по пути Дипломата, единственному пути, с которым я не взаимодействую.

— Не пытайся морочить мне голову. — Фиби фыркнула, несмотря на то, что этот звук был неподобающим для королевы. Она взглянула на Астерию исподлобья. — Одо также выбрал этот путь, но ты, кажется, прекрасно провела время, взяв его под свое крыло в качестве ученика.

Снова Астерия вздрогнула, и ее лицо застыло в ошеломленном молчании. Эти яркие глаза заморгали, пока она, казалось, обдумывала это.

Фиби всегда знала, что Одо был причиной, по которой Астерия перестала обращать на нее внимание. Даже если внимание, которое она уделяла ей до этого, было больше похоже на недовольную тетку, чем на сестру.

— Теперь тебе нечего сказать? — Фиби нахмурилась, разведя руки между ними. — Благодетельная, любящая Богиня Сирианцев не может ничего сказать своей сводной сестре.

— Это потому что ты моя сводная сестра, я не могла выбрать тебя….

Звук удара ладони по коже прокатился, как гром, в пространстве между ними.

Рука Фиби опустилась так же быстро, как и поднялась, ее грудь тяжело вздымалась. Гнев, который она чувствовала все время, глядя на Астерию, мгновенно погас, сменившись холодной тяжестью в животе.

Она на самом деле не собиралась ударить ее, но слово сводная произнесенное тем, кого она жаждала принять ее, звенело в голове, сырое, зазубренное и правдивое.

Фиби отступила, отдаляясь от нее, пока она сцепляла руки перед собой. Она вернула разговор обратно к союзу.

— Ты должна понять, что я не хочу ставить на себе цель. Да, я беспокоюсь о этом мире, но также за мой народ и королевство. Они — мой первый и главный приоритет. Я не могу спасать чужие королевства.

Астерия закрыла глаза, склонив голову.

— По крайней мере, поговори еще с Уэллсом и Пирсом…

— Я выслушаю, что скажут Каррафимы. — Фиби вздохнула, отводя взгляд. — Я понимаю, ты веришь, что можешь предложить мне защиту, но я должна сказать, что другие лемурийцы и Андромедианцы также предлагают защиту вместе с Галлусом, пока я остаюсь нейтральной. Я знаю, что вступление Эфирии в эту войну лишь уравняет шансы на победу, а не склонит чашу весов полностью. Тебе все еще нужна Селестия, которой, как ты намекнула, у тебя нет. Ты не можешь гарантировать, что мои потери окупятся в итоге.

— Люди, которые просили меня остаться в стороне, сдержали свои обещания. — Фиби перевела взгляд на окно, помахав в его сторону. — Не было атак на мои деревни. Обсидиановая Чума прекратилась. Даже Эндора смогла изготовить эликсир, который я давно просила у нее, еще до того, как узнала, что она теоретически на неправильной стороне…

— Какой эликсир? — В голосе послышалась струйка ярко-синей враждебности при упоминании Андромедианки.

Что справедливо, учитывая то, что Фиби знала о нападении на Сибил.

— Это нечто неопасное, — заверила Фиби, качая головой. — Я просила ее создать эликсир, который сделал бы меня смертной, и она его предоставила.