Сквозь исчезающее небо

1

Брейдин

один год спустя

My heart gave a stutter step, the kind that made me wonder if I'd developed a heart condition in the three hundred and seventy-two days Nova had been missing. Not one sign or sighting beyond things that were wishful thinking. So maybe it was a heart condition.

Мое сердце на мгновение сбилось с ритма. Такое ощущение, будто за триста семьдесят два дня исчезновения Новы у меня развилась сердечная болезнь.

Ни одного следа. Ни одного подтверждения. Только догадки и надежды.

Может, и правда болезнь.

Разбитое сердце.

Я крепче сжала руль, отгоняя самые страшные мысли и кошмары, которые пытались укорениться в голове.

Я не позволю этим «а вдруг» победить.

Подержанный внедорожник, на который ушли все мои сбережения, видел лучшие времена. Но по дороге он шел удивительно мягко.

Впереди показался потускневший знак.

Добро пожаловать в Старлайт-Гроув.

Дерево потемнело от времени, но все еще можно было разглядеть вырезанные сверху звезды и узорные деревья по бокам.

Все выглядело уютно и по-деревенски очаровательно. Как и сам городок.

Но я чувствовала только напряжение.

Живот тревожно сжался, когда взгляд скользнул к запястью.

Там был браслет дружбы — розово-фиолетово-бирюзовый. Нова сплела его во время одного из своих увлечений рукоделием.

Я не снимала его все триста семьдесят два дня ее исчезновения. И он уже начал местами распускаться. Иногда этот браслет казался мне песочными часами. Отсчетом времени. Последние песчинки кружатся внутри, намекая, что у меня заканчиваются варианты. И у Новы заканчивается время.

— Я ведь не идиотка, правда? — прошептала я в пустоту.

Не Оуэну — он сидел в наушниках и не отрывался от любимого сериала на планшете.

И не моей милой озорной собаке Йети, которая уткнулась носом в стекло и жадно ловила новые запахи.

Все мои вопросы и сомнения всегда доставались Нове. Она была той, с кем я обсуждала каждую проблему.

Но теперь… У меня больше никого не было. По-настоящему — никого.

Дорога снова изогнулась, и я резко вдохнула. Но теперь по другой причине.

Над полями и лесами вздымалась гора Люпин. Как маяк. Как знак, ведущий нас домой.

Ну… в наш новый дом.

В Старлайт-Гроуве были свои тени. Но и бесконечная красота. За каждым поворотом открывалось что-то новое. Луга с шалфеем и высокой травой. Леса из пондерозы и ели. Бесчисленные извилистые реки и ручьи. И эта гора, возвышающаяся над всем.

Йети просунула голову между передними сиденьями и лизнула меня в щеку, услышав мой вдох.

Я не удержалась от тихого смеха.

— Ну что, готова, девочка?

Она гавкнула так, будто ответила:

Ты держала мой пушистый зад в машине четыре часа. Как думаешь?

Оуэн снял наушники, и я услышала приглушенные звуки его любимого сериала про роботов.

Он тоже просунул лицо между сиденьями.

Я рассмеялась громче, увидев их обоих в зеркале заднего вида.

Оуэн и Йети стали лучшими друзьями с тех пор, как чуть больше года назад я забрала ее из приюта.

В ней намешано всего понемногу: лабрадор, сенбернар, кунхаунд и питбуль. Но главное — она унаследовала нюх первых трех. Отличная поисковая собака. И довольно неплохая сторожевая.

— Мы уже приехали? — спросил Оуэн, подпрыгивая на сиденье, насколько позволял ремень.

— Почти. Ну как тебе?

Мой восьмилетний сын наклонил голову и внимательно посмотрел вперед.

— Тут… огромно.

Я улыбнулась и постаралась удержать это чувство. Тепло от смеха, который подарили мне он и Йети. После исчезновения Новы мне месяцами приходилось притворяться. Притворяться, что смеюсь. Притворяться, что улыбаюсь. Ради Оуэна. Чтобы он не узнал правду. Чтобы поверил в мою историю — что Нова была вынуждена вернуться домой помогать семье. И что однажды она снова приедет.

Но однажды Оуэн рисовал за своим столиком и случайно опрокинул банку синей краски прямо на лицо. Очки спасли глаза. Но выглядел он как синий грабитель. И тогда я впервые по-настоящему рассмеялась. Я поняла, что можно найти смешное даже среди боли. И радость — среди страдания. И пообещала себе держаться за каждую такую искру.

— Горы обычно и бывают большими, малыш.

— Я знааааю, бро, — ответил Оуэн тем голосом, который звучал как восемь лет, пытающихся стать восемнадцатью.

Это «бро» было новым.

Мамой я перестала быть уже давно. Но я надеялась подольше удержать хотя бы «мам». Теперь чаще всего я была «бро».

— Ладно, бро.

Я потянулась назад и пощекотала ему шею.

Он завизжал — тем самым голосом, в котором все еще было сто процентов маленького мальчика. И за это я тоже цеплялась.

Йети гавкнула и лизнула Оуэна, решив, что началась игра.

— Фу, Йети! Ты вся в слюнях!

Я усмехнулась, сворачивая на улицу центра Старлайт-Гроува.

Я напряглась, готовясь к воспоминаниям. К тем немногим, что у меня были о нас с Новой здесь. The Grove Griddle — закусочная, где мы ели потрясающие французские тосты. Barrel & Branch — винный бар с местными винами. Милый маленький гостевой дом, где мы остановились.

Но поскольку я была готова, воспоминания не ударили так сильно.

Обычно они нападали неожиданно.

Как удар в живот.

Горе, когда ты совсем его не ждешь.

— Выглядит как один из тех старых фильмов, которые ты любишь, — заметил Оуэн, разглядывая центр города.

И правда похоже на декорации к старому вестерну. Ни одного светофора. Совсем не то, к чему мы привыкли в Окленде. Но, наверное, они и не нужны, когда после почти полумиллиона жителей оказываешься в городе, где едва наберется чуть больше тысячи.

Центр выглядел по-деревенски и при этом был полон характера — такого, за который в больших городах платят бешеные деньги, чтобы хоть как-то его воссоздать. Что-то вроде нарочитой обшарпанности с шармом. Одни здания держались духа Дикого Запада, у других были кирпичные фасады и старинные стеклянные витрины. Третьи напоминали старые фермерские дома.

Почти у каждой витрины стояли кашпо, пестревшие цветами. На пекарне висела вывеска с затейливой надписью: «Закажите пироги к Четвертому июля!» Потемневшее от времени деревянное здание, почти черное, носило название The Boot и выглядело как самый настоящий салун. Я заметила книжный, лавку рукоделия и еще кучу маленьких магазинчиков для туристов, прежде чем навигатор сообщил, что мы приехали.

Я заняла свободное место и с удивлением отметила, что тут нет паркоматов. Хоть на этом сэкономлю — и на жилье, ключи от которого мне вот-вот должны выдать. Правда, работы у меня тоже больше не было.

Моя должность офис-менеджера в крошечной бухгалтерской фирме была не увлекательнее, чем наблюдать, как сохнет краска, но зарплату там платили исправно, и мне разрешали работать только в те часы, пока Оуэн был в школе. Не знаю, повезет ли мне здесь так же.

Но у школьной системы Старлайт-Гроув отличная репутация, несмотря на размеры города. В статьях, которые я читала, ее хвалили за сильную поддержку со стороны местных и маленькое число учеников на одного учителя. И еще там, похоже, была отличная программа продленки, если она мне понадобится.

Мы справимся. Я чуть крепче сжала руль, будто этим могла закрепить данное себе обещание.

Заглушив мотор, я обернулась на сиденье.

— Сложи в рюкзак планшет, наушники и бутылку с водой. Не знаю, сколько займет вся эта бумажная волокита.

Оуэн застонал.

— Опять сидеть.

В этом он был прав.

— Тут, кажется, через квартал есть парк. Давай сначала выгуляем Йети и разомнемся. А потом, когда получим ключи, пойдем за бургерами и молочными коктейлями.

Я не стала говорить, что нам еще нужно купить продукты. Это подождет, пока мой мальчик поест. Как и с Новой, с ним лучше не связываться, когда он голоден и злится.

— Шоколадные коктейли? — с осторожной надеждой спросил Оуэн.

Я изобразила преувеличенное возмущение.

— Я что, по-твоему, совсем дурочка? Конечно шоколадные.

Оуэн тут же заерзал на сиденье и запел какую-то выдуманную песенку, отдаленно похожую на мотив ча-ча-ча:

— Шо-ко-лад-ный кок-тейль, да! Шо-ко-лад-ный кок-тейль, да!

К моему веселью, Йети начала повторять его дерганые движения. Смех сам вырвался у меня, и я на миг вцепилась в это теплое чувство.

— Ладно, король танцпола. Собирай рюкзак, чтобы все было готово.

Пока он начал то, что, как я уже знала, займет не меньше десяти минут, я потянулась за телефоном. Ни сообщений. Ни пропущенных звонков.

Я сглотнула ком в горле. Мы с Новой никогда никуда не уезжали, не списавшись друг с другом хотя бы с полдюжины раз. Но теперь этого у меня больше не было.

Затолкав все эти чувства поглубже, я открыла приложение для обмена фотографиями и стала ждать, пока прогрузится страница. Как только все открылось, я нажала на свой профиль.

SearchingForSunrise.

Этот аккаунт был посвящен мне и Йети и вел нашу историю с того дня, как я забрала ее из приюта. Мне помогала потрясающая женщина из Сидар-Ридж, штат Вашингтон. Она занималась подготовкой собак для поисково-спасательных операций. Когда я рассказала ей, зачем хочу обучить поисковую собаку, Мэдди стала помогать мне бесплатно. Она была именно таким человеком — щедрым от души.

Было непросто, но дрессировка дала мне точку опоры, куда я могла направить всю свою злость, боль и безысходность. Как и то, что я вошла в сообщество людей, которые ищут пропавших.

Пока не пропадет кто-то из близких, ты даже не представляешь, сколько людей исчезает каждый год. Только в Соединенных Штатах — больше шестисот тысяч. И слишком часто их даже не ищут.

Я прекрасно знала, что Нову ищу только я одна.

У управления шерифа, которое базировалось в Старлайт-Гроув, старания были через раз. По некоторым офицерам я видела, что им правда не все равно. Другие же, в лучшем случае, просто отбывали номер. А сам шериф и вовсе не входил в число моих любимцев.

Чтобы подключить к поискам спасателей из Джунипер-Каунти, мне пришлось умолять и едва ли не вставать на колени. Это случилось через два дня после исчезновения Новы. Но на той неделе шли дожди, и они ничего не нашли. Когда к расследованию подключилась полиция штата, результат был тот же. И шериф Миллер уж точно не пришел в восторг от того, как часто я звонила узнать, есть ли новости по делу. Но последним гвоздем в крышку гроба стал его звонок несколько недель назад.

— Дело Новы зашло в тупик, и я снимаю с него людей. Вам пора перестать хвататься за соломинки и тратить деньги налогоплательщиков на то, что не принесет пользы. Больше искать нечего. Вам пора жить дальше.

Шериф Миллер считал, что Нова поскользнулась и упала в реку или на нее напал дикий зверь, возможно одна из пум, что бродили по лесу. Но я нутром знала, что это неправда. Так же, как знала: Нова где-то там и ждет, когда я ее найду.

Пара офицеров правда старалась больше остальных. Двое из них даже продолжали держать дело у себя на столе. Но они мало что могли сделать, когда шериф требовал, чтобы они занимались делами, где есть реальные зацепки.

Я глубоко вдохнула, сдерживая гримасу, которая рвалась наружу. Если ты сам не терял человека вот так, тебе никогда не понять, каким ударом звучат слова: «Больше искать нечего». А я отказывалась в это верить.

Я открыла снимок, который загрузила перед отъездом тем утром: Йети среди секвой после поисковой тренировки. Я никогда не выкладывала места, где побывала, пока не уезжала оттуда. И никогда не показывала в ленте свое лицо — это были меры предосторожности, которым я научилась, когда вошла в сообщество людей, ищущих пропавших.

Подпись под фото гласила: Йети любит новые приключения.

Комментариев было около девяноста восьми. Несколько знакомых имен из этого сообщества.

TheGamerGirl13: Йети — самая хорошая девочка на свете! Все косточки тебе!

PDustan88: Что она на этот раз искала? Я вчера пробовала упражнение с носком, и Бинго справился только с третьего раза, но справился, а потом получил арахисовое масло в награду.

DogLuverX8: Что это за песик? Я влюблена в эту мордочку.

В эту слюнявую мордочку, мысленно поправила я себя. Но, увидев следующий комментарий, я похолодела.

V.Fabes911: Новые приключения, значит? Интересно где...

Прямой угрозы в этом не было. Не совсем. Но я все равно открыла профиль. Закрытый. Без фото. Как всегда. Каждый раз — новая вариация имени Винсента Фейбера. Будто ему доставляло больное удовольствие напоминать мне: пусть мы ему и не были нужны, он все равно продолжает за мной следить.

Я заблокировала его и выключила телефон. Он не получит и это тоже, как отнял у меня уже столько всего. Я не собиралась закрывать профиль только ради того, чтобы не пускать его туда. Он не лишит меня сообщества, которое я для себя создала. Он не победит.

Винсент давал понять, что следит за мной, с самого дня моего ухода. Анонимные письма. Потом сообщения, пока я не сменила номер. И теперь вот это.

Удивляться тут было нечему. В нем всегда была эта обиженная, капризная жилка. Такой характер, которому во что бы то ни стало нужно оставить за собой последнее слово. Когда мы только начали встречаться, мне это казалось забавным, даже милым. Но это было до того, как я увидела другую сторону.

Я затолкала всю свою злость и боль туда же, где держала чувства, связанные с Новой. В ту же темную полость внутри. Под замок, чтобы они не взяли верх. Чтобы не влияли ни на меня, ни на Оуэна, ни на новую жизнь, которую мы строили. Потому что мы обязательно построим что-то прекрасное.

И я найду Нову. Чтобы она тоже могла разделить эту красоту вместе с нами.