Сквозь исчезающее небо

3

Декс

Я застыл в распахнутой двери гостевого домика. Дальше пройти не вышло — каждый клочок этого крошечного дома был завален всяким хламом. Дядя Уэйлон, конечно, хламом бы это не назвал, но для меня это был именно он. Особенно когда все это стояло между мной и душем, который мне был позарез нужен.

Уэйлон почесал густую бороду.

— Я думал, что уже расчистил тут все.

Я сжал переносицу.

— Ты думал?

— Ну, это было где-то в списке дел. Я его не нашел, вот и решил, что уже сделал.

— Перец, наверно, сожрал, — сказал Маверик, и в голосе у него звенел смех.

Я обернулся и хмуро уставился на него.

— Скорее всего, это ты скормил список этому проклятому козлу.

Мав вскинул обе руки.

— Ого. Ну и ворчливый же ты.

— Между мной и горячим душем сейчас пятьсот миллионов часов и часовых деталей, так что да, именно такой, — буркнул я.

— Там еще куча лесных камер и манков на снежного человека, — уточнил Уэйлон.

Ну разумеется. Часы и снежный человек — две главные любви в жизни Уэйлона.

Уголки губ Кола дрогнули.

— Съезди к Блейзу. Может, у него найдется жилье в аренду.

— В самый разгар туристического сезона? — с сомнением спросил я.

Кол только пожал плечами.

— Можешь пожить со мной в большом доме, — предложил Уэйлон. — Места там полно.

Да, и еще четыре десятка часов с кукушкой, которые начинали куковать каждый час, день и ночь. Я изо всех сил попытался не скривиться.

— Спасибо, дядя Уэйлон, но сначала попробую у Блейза. Пока мой дом строится, неплохо бы иметь свое пространство.

Уэйлон фыркнул.

— До сих пор не понимаю, зачем ты нанял этого модного строителя. Мы с Блейзом и Зиком сами бы тебе все построили.

Я не сомневался, что построили бы. Вместе с восемьюдесятью семью часами, тринадцатью тайными ходами, двадцатью двумя люками и планировкой, в которой никто, кроме них, не разобрался бы.

— У вас и без того дел по горло, — уклончиво ответил я.

Мав расхохотался, и я с силой ткнул его локтем в живот. Смех тут же превратился в кашель.

— Ладно. Ну, если что понадобится, я рядом, — пробормотал Уэйлон.

Я подошел к двоюродному деду и крепко его обнял.

— Ты всегда рядом.

И это была правда. Когда все развалилось, ни один родственник не захотел и на пушечный выстрел подходить к братьям Арчер. Ни один, кроме дяди моего отца. Он не был человеком многословным, зато действовал быстро. Он устроил нам комнаты, записал нас в школу, в спортивные секции, если мы хотели, и нашел местного психотерапевта. Он дал нам дом.

Уэйлон хлопнул меня по спине.

— Люблю тебя.

— Я тебя тоже, — ответил я и отпустил его. — Вернусь, как только заеду к Блейзу.

— Удачи, — сказал Кол, подхватывая Скайлар на бедро.

— Пока, дядя Декс, — сказала она и помахала рукой. — Когда вернешься, мы поиграем в войнушку с переодеваниями.

Я тихо усмехнулся. Скайлар с младенчества росла среди шестерых мужчин. Ее мать однажды просто оставила ее у двери Кола, а он даже не знал о ее существовании. Так что в ней идеально смешались принцесса и боец спецназа.

— Уже жду, маленькая принцесса, — крикнул я, садясь в свой внедорожник.

Обратно в город я доехал куда быстрее, чем уезжал оттуда, едва не нарушив собственное правило — не превышать скорость больше чем на пять километров в час. Но я был в отчаянии. В центре народу стало еще больше. Я отпустил тормоз и включил поворотник, заметив, как универсал с велосипедами на багажнике вырулил с места.

Но не успел я занять парковку, как с встречной полосы туда свернул темно-бордовый внедорожник.

Серьезно?

Я так стиснул коренные зубы, когда понял, что это тот самый чертов автомобиль, что и раньше, что челюсть заныла. С губ сорвалось с полдюжины беззвучных ругательств, а пес высунул голову в окно, свесив язык так, будто еще и дразнил меня.

В этот момент краем глаза я заметил движение через квартал и рванул к только что освободившемуся месту. Я втиснулся туда сразу за седаном, не оставляя ничего на волю случая, и направился к кирпичному зданию, где располагалась прокатная контора Блейза.

Я взлетел по деревянной лестнице через две ступеньки, молясь, чтобы каким-то чудом у него нашлось хоть что-нибудь. Я был согласен даже на домик с уличным туалетом, лишь бы можно было провести вайфай.

Дверь была из тех деревянно-стеклянных, где стекло рифленое и ничего не разглядеть. На ней было выведено: «Amazin' Blazin' Rentals». Уголок моего рта дернулся вверх, когда я постучал.

Повисла долгая пауза, а потом раздалось почти певучее:

— Входи.

Я открыл дверь и шагнул в залитый солнцем офис. Лучи цеплялись за ловцы света, кристаллы и бесконечное множество комнатных растений, в том числе и таких, у которых листья были очень уж характерной формы.

Блейз смотрел прямо перед собой, склоняя голову то в одну, то в другую сторону, пока разглядывал розовый кристалл.

— Блейз? — осторожно позвал я.

Он медленно повернул голову ко мне. Его длинные седые волосы были заплетены в косу и перехвачены радужной банданой.

— Декс. Ну приве-е-ет, мелкий. Рад тебя видеть.

Свою кличку Блейз получил не просто так — из-за особой любви к одному виду досуга. Но сейчас он выглядел даже более отрешенным, чем обычно.

— Ты в порядке? — спросил я.

— Конечно. — Он широко ухмыльнулся. — Твоя знакомая, Лолли, попросила попробовать ее новый «особый» сбор. Но, похоже, ее домашняя травка покрепче моей. Потому что у тебя, кажется, нет розовых волос.

Я с трудом сдержал смех. Возможно, знакомить его с будущей бабушкой одной из моих лучших подруг было ошибкой. Учитывая ее страсть к брауни с «секретным ингредиентом».

— Розовых волос у меня нет. Но я надеюсь, что ты способен сотворить чудо.

— Говори, мелкий.

Блейз называл нас с братьями мелкими с тех пор, как мы переехали к двоюродному деду. И продолжал, хотя теперь мой рост — сто девяносто три сантиметра, а вес — больше девяноста килограммов.

— Случайно не найдется домика, который можно снять? Даже в этот туристический ад. Хотя бы на лето?

Блейз несколько раз моргнул. Сначала медленно, потом вдруг оживился, вскочил со стула и направился к доске с ключами.

— Чудеса повсюду, мелкий. Нужно лишь открыть глаза и увидеть их.

Мои губы дрогнули.

— И тогда можно разглядеть розовые волосы?

Блейз ухмыльнулся.

— Розовый тебе идет. Одна пара только что отменила бронь в домике у ручья. Они собирались жить там все лето.

Облегчение накрыло меня быстро и резко. Я люблю свою семью. Хочу проводить с ними время. Но мне нужно и свое пространство. Нам всем, братьям Арчер, оно необходимо — каждому по-своему.

Я хлопнул Блейза по плечу.

— Ты мой герой.

Он ответил своей перекошенной ухмылкой.

— Я просто чертовски рад, что ты вернулся. Уэйлон скучал по тебе.

Меня кольнула вина. С тех пор как в двадцать один меня арестовали и ФБР поставило ультиматум — либо работаешь на них, либо сидишь за взлом их сервера, — я редко бывал дома.

Три раза в год я приезжал ненадолго. И даже тогда голова обычно была занята делами.

Делами ФБР. Или другими — теми, что мы с братьями вели тихо, без имен, пытаясь помочь там, где могли.

Мне не нужно быть профайлером, чтобы понять почему. Мы искупали вину за преступления, которых не совершали.

— Мелкий? — напомнил Блейз.

Я моргнул несколько раз, отгоняя призраков. Нет, демонов.

— Я тоже рад вернуться.

— Хорошо. — Голос Блейза снова стал слегка мечтательным.

Я покачал головой и взял ключ.

— Сколько я тебе должен за первый и последний месяц?

Он только отмахнулся.

— Пришлю счет.

Мои брови едва не поползли к линии волос.

— Ты теперь пользуешься компьютером?

— У меня есть планшет. Внучка научила.

Я рассмеялся и сунул ключ с номером домика в карман.

— Маленькое чудо.

— Они повсюду, мелкий.

Я махнул Блейзу и вышел. Спустился по лестнице в солнечный свет и направился вниз по улице к своему внедорожнику, который стоял гораздо дальше из-за того наглого водителя.

Я уже ступил с тротуара, когда что-то ударило меня прямо по голове. С силой, достойной самонаводящейся ракеты или бомбы, сброшенной с самолета.

И бомба это была еще та.

Я провел рукой по макушке и скривился.

Птичий помет.

С губ сорвалось с полдюжины ругательств. Но в этот момент в конце улицы меня заметил знакомый человек — тот самый, что всегда смотрел на меня и моих братьев настороженно.

Я проглотил ругательства. Как проглатывал и все остальное, что хотелось сказать вслух.

Вместо этого сел за руль внедорожника и стер большую часть птичьего «подарка» салфетками из фастфуда и водой из бутылки в подстаканнике.

Все десять минут пути до домиков у ручья Кловер я скрежетал коренными зубами. И только когда увидел, что возле трех домиков у извилистого ручья нет ни души, наконец смог вдохнуть спокойно.

Но насладиться красотой вокруг не получилось.

Я думал только о душе. И о таблетках от головной боли, которая уже начинала разгуливаться.

Я вытащил из заднего сиденья единственную дорожную сумку и направился к двери домика. Домики не роскошные, но я знал, что у Блейза есть команда, которая следит за чистотой. И с любым ремонтом он справляется быстро.

Домик номер два оказался больше, чем я ожидал. Три спальни. Две ванные. Гостиная и кухня, плавно переходящие одна в другую. И двор с потрясающим видом на ручей, поля и лес дальше.

Но меня интересовал только душ.

Я сразу направился в ванную. Бросил сумку, скинул обувь, очки и одежду и шагнул под струи воды.

Там стояли маленькие бутылочки шампуня. Я дважды вымыл голову, подставил шею под поток и попытался расслабить зажатые мышцы.

Наконец вода стала теплой, а не горячей, и мне пришлось вылезти из старомодной ванны-душа. Она явно не была рассчитана на человека моего роста, но выбирать не приходилось.

Я вытирал волосы полотенцем, когда услышал шум.

Скрежет.

Кто-то пытается вскрыть замок?

Все во мне мгновенно насторожилось. Я схватил очки и надел их, бросив взгляд на открытую сумку и выругался.

Обычно я так не расслабляюсь. Я всегда готов. Потому что лучше многих знаю, что может скрываться…

Днем или ночью.

За теплой улыбкой или мрачной гримасой.

Неважно, что я терпеть не могу оружие. Любое оружие. Я все равно стал мастером обращения с ним.

Вот только мой небольшой, но разнообразный арсенал лежал сейчас в оружейном кейсе на заднем сиденье моего чертового внедорожника.

Скрипнули петли — входная дверь открылась.

Ждать было некогда.

Я обмотал полотенце вокруг бедер и вышел из ванной в коридор.

И почти сразу оказался лицом к лицу с женщиной. Ее золотисто-янтарные глаза широко распахнулись от шока.

Выглядело искренне. Но я знал: люди умеют играть роли.

Лучшие из них.

Большие глаза, как у лани. Губы сложились в идеальную букву «о» от удивления.

Волосы собраны в высокий хвост. Длинные волнистые светлые пряди рассыпались вокруг лица, словно дразнящая занавеска.

На ней были короткие джинсовые шорты с болтающимися нитями на загорелых, подтянутых бедрах.

Майка пыльно-розового цвета только подчеркивала золотистый оттенок кожи.

И кеды.

Когда-то они, похоже, были белыми высокими «конверсами». Но теперь были разрисованы со всех сторон. И не самой уверенной рукой.

Я разглядел печенье, сердечко и что-то похожее на медвежонка.

Я отметил каждую деталь этой соблазнительной, притягательной женщины — за считаные секунды.

И мысленно отложил их в памяти.

Потому что каждая из них могла оказаться ложью.

Я позволил хмурой складке лечь на губы.

— Какого черта ты делаешь в моем доме?