Стань Звездой!

Глава 17

Эрик проверил выстроенные на полигоне декорации, добавил пару матов и решительно отверг макет винчестера. Герою Камерона нужно более легкое оружие — пистолет или бластер.

Посмотрел на часы: почти пять. Успеет зайти в администрацию и просмотреть счета — Камерон явно будет не раньше семи, если вообще приедет сегодня. Они не уславливались созвониться, и Эрик понятия не имел, успел ли тот на самолет в полдень или дела заставили задержаться.

Сообщение в мессенджере почему-то стало полной неожиданностью. Эрик редко пользовался им, предпочитая быстрый деловой звонок нудной переписке. Но Зак явно был другого мнения. Он прислал даже не текст. Он прислал фото — собственное селфи в самолете. Выглядел он довольно забавно: по уши укутанный в плед и повязкой на глаза, сдвинутой на лоб.

Эрик откровенно не любил летать. Он просто не понимал, как можно чувствовать себя уверенно в ситуации, когда ты ни на что не можешь повлиять. Можно было сколько угодно приводить цифры статистики, но оказываясь в самолете, он неизбежно ощущал себя запертым в шатком, хрупком мирке, брошенном в пучину стихии.

Послав в ответ короткое сообщение, что все готово к тренировке, Эрик решил изменить планы. Заскочить в администрацию он может и завтра, а до приезда Камерона вполне успеет съездить в магазин. Если уж у него самого после перелетов разыгрывался аппетит, Камерон должен быть просто неистово голодным.

— Привет! — Зак вошел в зал ровно в семь.

Несмотря на свой вздорный когда-то характер, он даже в юности был невероятно пунктуальным, приезжая на площадку задолго до начала съемок.

— Привет, — Эрик наметанным взглядом отметил некоторую скованность его движений. После двух перелетов это было нормально, но вот синяки под глазами — не совсем. — Покатаемся часок перед тренировкой? Или ты во времени ограничен?

— Нет, у меня в планах сегодня только отличный секс, желательно пару раз как минимум, — Камерон улыбнулся и смерил его откровенно бесстыдным взглядом.

— Планируешь оседлать меня? — Эрик и сам не понял, как слова сорвались с его языка. Но от мысленной картинки, как Камерон опускается на его член, а потом берет быстрый темп, то касаясь ягодицами его бедер, то снова поднимаясь, стало жарко.

Зак вскинул бровь и улыбнулся широко и чувственно.

— Не думал об этом, но идея неплоха… — протянул он. — Боюсь, Мефисто лучше остаться в конюшне. Сегодня под седло я подставлю другого жеребца.

— Как скажешь, — пришлось сделать пару быстрых дыхательных упражнений, потому что до Эрика со всей ясностью дошло, кого собрался взнуздывать Камерон и как именно. Еще пять минут таких разговоров, и не то что покататься на лошадях не получится, а и тренировка окажется под угрозой срыва. — Пистолет, автомат или бластер? — он поспешил сменить тему на более безопасную.

— Пистолет, — не колеблясь выбрал Камерон, а потом подошел ближе и… — Ты же брился утром? — прошептал почти на ухо. — Везде?..

— С особой тщательностью, — Эрик знал, что должен был осадить Камерона, сказать, что для подобных разговоров сейчас не время и им нужно работать, если на следующих съемках они не хотят опозориться. Но, черт возьми, он не хотел останавливать Зака. Эти разговоры, то, как едва заметно дернулись крылья его носа, интимность шепота и едва уловимый аромат его кожи — буквально все дразнило Эрика, заставляло думать о широкой мягкой кровати и том, как потом Камерон будет курить, выйдя в сад голышом.

— Я проверю, — пообещал Камерон, заглянув ему в глаза. — Языком.

— Сначала не прикуси его, прыгая из окна, — Эрик сунул руки в карманы, потому что понимал: еще одно слово, и он сгребет Камерона в охапку, забросит на плечо и унесет в машину. И плевать на тренировку и на то, что их увидит половина клуба. — Готов пасть к моим ногам?

— Только к этому и стремлюсь, — усмехнулся Камерон и облизнул губы.

— Сегодня звонили насчет съемки ролика, — Эрик сжал руки в кулаки, сохраняя последние крупицы здравого смысла: он всерьез рассматривал вариант затолкать Камерона в пустующий денник в дальней части конюшни. — Предлагают на выбор завтра в десять утра или в три пополудни.

— В десять утра я буду сладко трахать сонного тебя в моей постели, — ответил Зак, очень четко проговаривая каждое слово.

На глаза упала пелена, а в ушах нарастал гул, будто Эрик сидел в салоне взлетающего самолета.

— Не много ли ты болтаешь языком вместо того, чтобы им работать? — спросил он, почти не ощущая разом онемевших губ.

Он буквально видел, как глаза Камерона зажглись дьявольским огнем.

— Так давай… — голос Зака потерял сразу несколько октав. — Покажи мне свой кабинет. Там ведь достаточно крепкий стол?..

— Готов пройти два с половиной километра до административного здания? — Эрик впервые в жизни пожалел, что не согласился на личный электрокар, считая, что ходить пешком полезно. — Может, сено подойдет?

Это была авантюра, но Эрик готов был на нее пойти. Плевать на то, что их мог подслушать кто-нибудь прямо сейчас или увидеть в конюшне: он хотел, чтобы Зак уже опустился на колени и взял у него в рот.

Зак посмотрел на него долгим взглядом, в котором азарт мешался с возбуждением, и наклонился еще ближе.

— Веди, — выдохнул, опаляя горячим дыханием ухо, а затем быстро тронул мочку языком.

Эрик старался идти спокойно и, наверное, смог бы даже перекинуться парой слов со встретившимися служащими. Но, к счастью, им никто не попался.

Лошади заинтересованно смотрели на них, Мефисто приветственно фыркнул. Не обращая на него внимания, Эрик схватил Зака за руку, стоило двери в конюшню отрезать их от остального мира, и потянул за собой в противоположный конец. Втолкнул в пустой денник, с грохотом захлопнул дверь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Зак огляделся, медленно стянул с себя куртку и бросил ее на солому. А потом потеснил Эрика вглубь денника и прижал к стене.

— Надеюсь, ты не будешь брыкаться… — протянул хрипло и, глядя ему в глаза, опустился на колени.

— Если ты перестанешь уже болтать! — прошипел Эрик и задохнулся, когда Зак с нажимом провел пальцем по скрытому грубой джинсой, но уже совершенно твердому члену.

По телу прокатилась жаркая волна удовольствия. Эрик зажмурился, откинул голову назад, упираясь затылком в стену.

Но сразу же спохватился: стоявший на коленях, покорно ожидающий, когда же ему наконец предложат член, Камерон был явно не тем зрелищем, которое можно пропустить. Подрагивающими, непослушными руками Эрик расстегнул ремень и джинсы. Кармерон усмехнулся, даже не пытаясь помогать, и приглашающе открыл рот.

Такое стоило бы запретить законом… потому что вряд ли в мире найдется что-то более пошлое, чем трахать человека в рот. А Эрик именно это и делал сейчас: кое-как приспустив белье, он обхватил рукой член и направил его головку между губ Зака. Нежную чувствительную кожу опалило дыханием, а потом член обволокло влажной податливой теснотой. Эрик стиснул зубы, подавляя рвущийся из груди стон, и толкнулся бедрами, глядя, как губы Камерона растягиваются вокруг его плоти.

Камерон не пытался заглотить член целиком — да это было и не нужно. Он сосал и облизывал его с таким наслаждением, так плотно обхватывал губами, прижимал к небу языком, что казалось — останови его сейчас, и разочарование будет едва ли не большим, чем у самого Эрика. А еще он стонал. Совсем тихо — Эрик скорее чувствовал эти стоны, чем слышал. И бесстыдно гладил себя свободной рукой, иногда вздрагивая от удовольствия.

В воздухе мешались запахи сена, лошадиного пота и парфюма Камерона. Эрик положил руки ему на голову, задавая более быстрый ритм и изо всех сил старался не двигать бедрами. Когда возбуждение стало совсем нестерпимым, а Зак задвигал рукой по своему члену почти яростно, он отпустил себя, позволяя волне удовольствия накрыть с головой. Камерон, кажется, почувствовал это: еще плотнее обхватил губами член, пропуская его глубоко в горло, и сглотнул.

Это стало последней каплей. Эрик все-таки застонал и еще поддал бедрами вперед. Он чувствовал, как горло Зака сжимает головку члена, ощущал, как с силой выплескивается сперма, обдавая кожу жаром. Сквозь собственное удовольствие сумел расслышать стон Зака и увидеть, как из покрасневшей головки его члена вырывается белесый фонтан.

Камерон выпустил его член изо рта и прислонился лбом к бедру, тяжело дыша.

— На конюшне я трахался только в Академии… — хмыкнул он сдавленно.

Эрик с трудом восстанавливал дыхание. Оргазм неохотно отступал, и в мозгах наконец начало проясняться.

— Я думал, что уже перерос возраст, когда думают членом, — сказал, еще не находя в себе силы отстранить Камерона и застегнуть штаны.

— Я надеюсь никогда его не перерасти, — заявил Камерон с улыбкой и сел на пятки. — И что?.. — протянул лукаво. — Даже не поцелуешь меня?

Как Зак это делал? Еще несколько секунд назад Эрик был почти в ужасе от произошедшего и лихорадочно пытался понять, не стал ли кто свидетелем их падения помимо лошадей, но стоило Камерону посмотреть так… Эрик схватил его за плечи, вздернул на ноги и впился поцелуем в горячие припухшие губы, ощущая солоноватый привкус собственной спермы.

Камерон рассмеялся, ответил ему с пылом и обнял, наваливаясь всем весом.

— Давай я пару раз прыгну из окошка, и домой поедем? — шепнул он. — А завтра со свежими силами отработаю перед съемкой.

— Сегодня никаких окон, — Эрик погладил его по спине и все-таки положил ладонь на задницу. — Я купил мясо. И смазку более длительного действия.

Работать в таком состоянии было опасно. И если минет на конюшне грозил скандалом в прессе, неудачное падение могло привести к трагедии.

— Да почему?.. — начал было Камерон, но тут же сдался. — Ладно. Как скажешь. Поехали?

— Поехали, — Эрик снова поцеловал его, в этот раз быстро, и наконец занялся приведением себя в порядок.

Зак глубоко затянулся и опустил голову, выдыхая дым — так, чтобы не попасть в Ласарда. Затылком он устроился у него на коленях, и это было чертовски удобно.

— Моя мать сказала, что мы хорошо смотримся в кадре, — сообщил он Эрику и снова затянулся.

Ласард как-то странно напрягся, но потом улыбнулся.

— Она и тот твой фильм смотрела? — спросил, запуская пальцы Заку в волосы и начиная массировать голову. — Про который только ленивый не высказался насчет формы твоего зада и не дублер ли позировал в сцене перед зеркалом.

— Конечно, — Зак усмехнулся, вспомнив ту горячую тираду по телефону: и так не слишком сдержанная на эмоции, в тот раз мать просто захлебывалась от восторга. — Она всегда все смотрит, не пропуская ни одной премьеры. Мне кажется, она смотрела бы, даже если бы я снимался в порно. И рассказывала бы, как выразительно и мужественно я трахал ту милую девушку.

Эрик фыркнул и кончиками пальцев очертил его губы.

— Наверное, это очень волнительно — знать, что на премьере в зале сидят твои родители, — сказал он и замер, будто задумавшись о чем-то. — Но и радостно тоже.

Прозвучало это как-то… тоскливо. Зак искоса глянул на Эрика и поспешил занять рот сигаретой. Было совершенно очевидно, что у самого Ласарда с родителями не ладилось, но Зак понятия не имел, стоит ли об этом спрашивать. Было любопытно и одновременно страшно вторгаться на слишком личную территорию.

— Позовешь меня на премьеру своего фильма? — улыбнулся он, малодушно съезжая с темы, так и не задав вопроса.

— Боюсь, твой агент потребует гонорар за рекламу, — Эрик, кажется, тоже был рад, что Зак не спросил о семье. — Надеюсь, когда дойдет дело до премьеры, мы с тобой еще не впадем в старческий маразм, и нашим родственникам не придется объяснять, кто этот морщинистый хрен и зачем он звонит.

Зак едва не поперхнулся дымом, а потом в голос рассмеялся.

— У меня не будет морщин! — заявил он. — Я столько денег трачу на косметологов, что это просто невозможно!

— Тогда у меня их будет за двоих, я постоянно или на солнце, или под осветительными мачтами в павильоне, — Эрик отогнал назойливого комара. — Но что мне не грозит, так это облысение. Хотя если придется отпустить бороду, ее нужно будет красить, уже сейчас на соль с перцем похожа.

— Не надо бороду, — Зак поднял руку и провел пальцем по его щеке. — Она скроет твои выразительные скулы. И вот эту ямочку, — он тронул подбородок.

Эрик почти неуловимым движением поймал губами его палец, мягко коснулся подушечки кончиком языка.

— Никому не интересны ни мои скулы, ни сломанный нос, — сказал он, отпустив палец. — Камере нужно только мое тело и движение маячков мимики. Зато у меня нет проблем с покупкой смазки, — заявил с неожиданным самодовольством в голосе.

— А вот с этим ты поосторожнее, — вздохнул Зак. — Найдутся люди, которые смогут связать два и два. Особенно, если мы где-нибудь спалимся.

Все-таки трахаться на конюшне было неудачной идеей. Но черт побери, как же это было сладко… И чертовски возбуждающе! Настолько — что даже от одного воспоминания кровь побежала быстрее и во вполне определенном направлении.

Ласард помрачнел: он явно вспомнил конюшню, но его собственные нравственные принципы оставили только ощущение нарушенных правил, а не испытанное удовольствие.

— Надо быть внимательными, и больше не забывать о благоразумии, — сухо сказал он.

— О нет! — Зак резко и развернулся к нему лицом. — Нет-нет-нет. И нет! — он оседлал Ласарда, упираясь коленями в лавку, и навис сверху, заставляя запрокинуть голову. — Ты трахал меня в рот, и тебе это нравилось. Не смей уничтожать эти прекрасные мгновения никому ненужным стыдом!

Эрик несколько бесконечно-долгих секунд смотрел ему в глаза, а потом обнял за талию, прижимая животом к своей груди.

— Нравилось настолько, что я не остановился бы, даже войди в денник целая делегация папарацци с камерами наперевес, — прошептал, коротко улыбнувшись. — Рядом с тобой у меня все мозги стекают вниз, остаются одни инстинкты: добычу на плечо и в пещеру.

— И отлично, — Зак не смог сдержать удовлетворенной улыбки: он почему-то был уверен, что таких слов от Ласарда еще никто не слышал. Но черт побери, как же хотелось подтверждения… — Что-то мне подсказывает, что твои инстинкты слишком редко получают волю, — не удержался он все же.

— Они раньше и не сильно-то рвались наружу, — Эрик накрыл ладонями его зад, с чувством помял пальцами упругие мышцы. — Мне казалось, я смогу сохранить холодный ум в любой ситуации, но… — он сполз ниже, так, что его лицо оказалось на уровне паха Зака. — Ты моя личная ядерная кнопка, причем без защиты от случайного нажатия.

Зак рассмеялся, радуясь, что не видит собственного лица — наверняка оно было слишком уж довольным — и запустил руку Эрику в волосы, заставляя поднять голову.

— Идем в постель, — приказал, не позволяя дотронуться до стремительно твердеющего члена.

— Еще не передумал меня оседлать? — Эрик с явной неохотой выпустил его из объятий, давая подняться на ноги.

— Конечно, нет, — Зак подал ему руку и дернул на себя, крепко обнимая. — Как ты хочешь? — прошептал в ухо. — Сесть на тебя сверху или поставить на четыре кости и выебать со всей дури?

И тут же подумал, что для Ласарда такое может быть слишком.

Но Эрик только крепко стиснул его в ответ.

— Хочу, чтобы сегодня нам пришлось полностью поменять постель, — прошептал в ответ. — Потому что брызги моей спермы долетят до подушек, а на коленях завтра будут красные ожоги.

Член судорожно запульсировал, стремительно наливаясь кровью, и Зак не отказал себе в удовольствии жадно поцеловать Эрика, прежде чем потащить его в дом.