Стань Звездой!

Глава 48

Зак проснулся один, и это уже было чертовски непривычно. Хотя и закономерно после его вчерашней эскапады. Он осмотрелся, пытаясь понять, спал ли Эрик с ним, и чуть успокоился, увидев смятые подушки. А потом услышал звон посуды на кухне.

— Давай, придурок, — сказал он себе шепотом. — Иди исправляй.

Первым делом он зашел в ванную, где тщательно вычистил зубы, побрился и напился воды — от голода желудок нещадно болел. Вода чуть приглушила сосущее чувство. И только убедившись, что выглядит нормально, пошел на кухню.

— Привет, — Эрик обернулся на его голос, и Зак улыбнулся ему. — Послушай, прости меня за вчера. Я был мудаком.

— Все нормально, — Зак отчетливо видел растерянность в его глазах. И это было так плохо, что захотелось снова запереться в ванной. Сослаться на тошноту и просидеть там до момента, когда Ласард уедет на студию. Потому что больше скандалов Зак ненавидел вот это неловкое молчание и скованность движений. — Курт звонил, сетовал, что мы его забыли.

Он отставил в сторону кастрюльку, перестав наконец яростно помешивать ее содержимое, и вдруг оказался рядом. Обнял, заворачивая в медвежьи объятия, коснулся теплыми губами виска Зака.

Облегченно выдохнув и даже не попытавшись замаскировать этот вздох, Зак крепко сжал его в ответ, прижимаясь щекой к плечу.

— Дальше будет только хуже, — прошептал он. — Но я очень постараюсь сдерживаться.

— Я хочу помочь, — спокойным, уверенным тоном ответил Ласард, будто не он минуту назад не мог решиться на прикосновения. — Теперь, когда я знаю, в чем проблема, я смогу. Если ты мне разрешишь.

— Это не булимия, если ты подумал о ней, — отозвался Зак, обнимая его крепче.

— Я знаю, — заверил его Эрик. — Честно говоря, я о ней даже не думал, потому что симптомы совершенно разные. У тебя скорее какой-то синдром запрета. Ты совершенно не испытываешь проблем с пищевым поведением вне строгого ограничения. Но стоит сказать, что тебе это нельзя, включается жажда бесконечного потребления, — он погладил Зака по спине. — Готов съесть завтрак или пойдем в сад и я расскажу, что хочу сделать?

— Готов со мной подраться у холодильника, если я сорвусь после твоего завтрака? — уныло усмехнулся Зак, но все-таки отпустил его и послушно сел за стол.

— В нем только обезжиренный йогурт и зеленые овощи во избежание инцидентов, — усмехнулся Эрик и поставил перед ним доверху наполненную тарелку. — Идентично порции твоего коктейля.

Зак оглядел кучку зелени вперемешку с розовыми ломтиками грейпфрута, кубиками сыра тофу, какой-то крупой и яйцом-пашот сверху. Также сбоку лежали ломтики какого-то мяса, напоминающего бекон, но явно им не являющегося. Пах же салат так, что когда он подносил вилку ко рту, пришлось пару раз сглотнуть набежавшую слюну, прежде чем открыть рот.

А еще салат отлично насыщал. Отправив в рот первую вилку, Зак подумал, что готов драться с Ласардом за его собственную порцию, если тот готовил на двоих. Но прикончив половину того, что лежало на его тарелке, Зак ощутил приятное умиротворение, и остаток ел не спеша, наслаждаясь каждым кусочком.

Как Ласарду это удалось, он не знал, но тот умудрился сохранить вкус каждого ингредиента и собрать все вместе какой-то хитрой заправкой. Кажется, на основе масла, а может, это был авокадо. Впервые в жизни Зак не мог точно сказать, какие специи были добавлены в блюдо — ему казалось, что все сразу, и одновременно ни одна не доминировала, не забивала собой все остальные.

— Чай, — Ласард, явно гордый собой, водрузил на стол до смешного маленький пузатый чайник. — Лимит остался на пару долек черного шоколада, если хочешь.

— Хо...чу. Наверное, — Зак заглянув в чайник и на несколько секунд завис, вдыхая странный травяной аромат. Пахло одновременно и приторно, и противно, и по-странному приятно.

— Раз “наверное”, давай оставим шоколад на обед, — Эрик налил чай в крохотную пиалу. Взял ее двумя пальцами, передал Заку. — Не спеши пить, познакомься сначала. Покачай в руке, дай аромату раскрыться.

Зак глянул на него скептически, но сделал как он сказал. Покачал, понюхал, сделал маленький глоток, а потом опрокинул в себя всю пиалу одним глотком.

— Похоже на лекарство от кашля с землей и чьим-то дерьмецом, — резюмировал он, но на языке разливалась сладость и какое-то почти леденцовое послевкусие и, поколебавшись, он налил себе еще.

— Хорошо, что рыбного аромата ты не слышишь, многим он перешибает все травяные ноты, — Эрик налил себе чая из другого чайника и совершенно невозмутимо принялся поглощать свою ужасную пресную кашу.

Зак снова поднес пиалу к носу и принюхался. Нет, рыбой не пахло, но вот запах земли проступил еще сильнее. Зато запах дерьма почти исчез, а потом он сделал еще один маленький глоток, надеясь снова ощутить привкус фруктовых карамелек. Чай не обманул ожиданий, и Зак и сам не заметил, как выцедил маленькими глоточками весь чайник.

— А его тоже по дозам только можно? — поинтересовался, довольно откидываясь на спинку стула.

— Нет, можно хоть целый день пить, — Эрик отставил пустую тарелку и взял в руки лежавший на столе лимон. Поднес к носу, зажмурился, вдыхая аромат. — У тебя есть хороший юрист на примете? — спросил неожиданно. — Курт решил во что бы то ни стало осчастливить твой сад румынской розой, и вариант покупки саженца в магазине даже не рассматривает.

— Свой сад или мой сад? — уточнил Зак, невольно улыбнувшись. — Или он уже метит в наш сад? А Курт при желании провернет все так, что обокраденный отель ему еще и должен останется, — он рассмеялся и встал. — Спасибо, пока это больше похоже на чудо, но посмотрим, на сколько меня хватит. Пойду позвоню Курту. Ты со мной?

— Нет, я в душ, не успел утром, — Ласард чуть виновато улыбнулся и почесал подбородок с чуть заметной щетиной. — Я убил двадцать минут и испортил три яйца, прежде чем пашот получился.

— Он получился потрясающим, — Зак улыбнулся и, обойдя стол, обнял Эрика со спины. — Спасибо, — шепнул в ухо и поцеловал его зардевшийся кончик.

— Надеюсь, обед будет не хуже и потребует от меня меньших жертв, — Эрик накрыл ладони Зака своими. — Иди, Курт будет рад тебя услышать. А я окунусь в мир пены, мыла и острых лезвий.

— О черт, — Зак успел подзабыть, как именно бреется Ласард. — Пах без меня не трогай! Я поговорю и приду к тебе, — и, не удержавшись, скользнул рукой под резинку мягких брюк, проводя ладонью по идеально гладкому — кажется, с некоторых пор Эрик брился еще и по вечерам — лобку.

— Оставлю тебе самое зрелищное, — пообещал Ласард и поцеловал Зака в шею. — Иди, или я наплюю на ежеутреннее обнуление и завалю тебя прямо здесь, — и, мягко высвободившись из объятий, поднялся на ноги.

— Я бы даже поймал тебя на “слабо”, но сначала все же позвоню Курту. Иначе это будет свинство, — Зак с сожалением обошел Эрика, погладив того по спине, и пошел в спальню за телефоном.

Курт взял трубку после второго гудка. Зак запоздало спохватился, что понятия не имеет, какая у них сейчас разница во времени, но голос Курта звучал совсем не сонно.

— Привет, мой голодный друг, — поприветствовал он. — Ласард еще цел?

— Намывает тщательно выбритые чресла и наверняка насвистывает, — Зак с размаху упал на кровать, улыбаясь в потолок. — Прости меня, я свинья. Не написал тебе. У нас просто… Как бы так сказать… Размолвка вышла. Но уже все хорошо.

— Насчет размолвки я в курсе, наш помешанный на чистоте друг совсем не умеет ничего скрывать, — ухмыльнулся Курт. — Но в некоторых случаях это даже хорошо. Ты кстати что-то подозрительно счастлив. Лепреконы не нашли разбросанных по дому трусов и умыкнули банку с протеином?

— Нет, Эрик сделал мне какой-то волшебный салат, — в трубке послышался обеспокоенный вздох, — и колдовское зелье под видом чая. Даже курить пока не хочется. Боюсь, правда, ненадолго, — теперь вздохнул уже сам Зак.

— Не забегай вперед, вдруг этот чай начинает действовать не сразу, а через пару часов, — посоветовал Курт, и продолжил деланно-предостерегающим тоном: — Ты вообще с ним поосторожнее, а то заварит тебе слабительного, — и сам же испортил затею, рассмеявшись. — Это точно не про нашего Ласарда, ему честность не позволит применять запрещенные приемы.

— Это точно, он же не ты, — хмыкнул Зак. — И кстати о приемах. Всех успел отправить в нокаут?

— Бой пока продолжается, но даже если дотянем до двенадцатого раунда, я рассчитываю на победу по очкам, — Курт тяжело выдохнул. — Упрямая сучка Аманда, сказала бы сразу, что налажала, половины бы всего этого не было. А так завтра мне придется вывернуться наизнанку, показать, что я с легкостью могу влезть без подготовки в самую неприступную задницу и постараться сберечь верность вам с Ласардом, не допустив, чтобы отлюбили меня.

— Имей в виду, я буду страшно ревновать, если не получится, — пригрозил Зак, а сам задумался, что будет, если Курт и правда найдет себе кого-нибудь на время командировки.

Что он почувствует? Он представил, как слышит чей-то голос в трубке, ласково предлагающий Курту вернуться в постель, и… понял, что не может этого сделать. Почему-то сейчас все ощущалось именно так: что Курт просто не станет этого делать. Не захочет. Не сможет.

— Упакуешь меня в пояс верности? — развеселился Курт. — Или схватишь Ласарда в охапку, зафрахтуешь самый быстрый трансатлантический лайнер и махнешь сюда, восстанавливать статус-кво? Нет, мой ревнивый друг, время странствий прошло. Мой корабль пришвартовался, и менять бухту я не намерен.

— А вот между прочим и махну, — фыркнул Зак, надеясь, что его голос звучит не слишком довольно. — Думаешь, слабо?

— Приезжай! — с готовностью согласился Курт. — Вдвоем мы вдвое больше роз украдем!

Зак рассмеялся и переложил телефон к другому уху.

— А я сейчас пойду брить Ласарда, — сказал, понизив голос. — Он обещал не трогать пах.

Слышно было, как Курт с шумом втянул воздух.

— Вперед, мой отважный друг, — произнес он хрипло. — Сделай ему так хорошо, чтобы наш скромник заляпал спермой всю душевую кабинку. А потом, когда он кончит, препроводи его в спальню и сладко, нежно трахни. Насаживай его на свой член, пока он не запросит о пощаде и не начнет ругаться, как портовый грузчик, умоляя дать ему кончить.

— Позвонить тебе и оставить громкую? — Зак раздвинул ноги, давай свободу начавшему подавать признаки жизни члену. — Чтобы горничные завтра охренели, меняя тебе белье?

— Они и так охренеют, потому что я буду представлять, как вам хорошо, — протянул Курт. — Нескучного вам утра, а мне — не натереть мозоли на руках, а то завтра на переговорах неудобно выйдет.

— У меня уже стоит, так что по-любому будет весело, — хмыкнул Зак. — Я пошел. Но знай, мысленно я представляют тебя у себя за спиной.

— Я уже расстегиваю брюки, мой горячий друг, — проговорил Курт тяжело, с присвистом. — Не порань Ласарду что-то важное, он нам еще нужен.

— Я? Никогда! — Зак погладил себя сквозь брюки, жадно вслушиваясь в тяжелое дыхание на другом конце. — Ты знаешь, как я нежен. Если, конечно, кое-кто не просит посильнее… Как бы хотел сегодня, если бы был сейчас здесь? Быстро и сильно или сладко и глубоко?

— Сильно и сладко, — теперь помимо дыхания Зак слышал и прекрасно узнаваемый звук скольжения повлажневшей головки о кожу сжатой в кулак ладони. — Хотел бы оказаться зажатым между вами, насаженным на оба члена, — Курт коротко застонал. — Чтобы твой распирал мое горло, а Эрик неутомимо трудился бы над моей задницей. А потом вы довели бы меня до пика ртами, то ли отсасывая мне, то ли целуясь над моим членом.

Рука сама собой сжалась на судорожно дернувшемся члене, но Зак поспешно ее убрал.

— А потом я бы встал над тобой на карачки, чтобы целоваться с тобой, пока Эрик насаживает меня на член, взяв за плечи, пока я не залью спермой твой живот. Но наш атлант, конечно, еще не кончит. Придется ему помочь. Есть идеи?

Курт ответил не сразу — было слышно лишь его дыхание и все ускоряющиеся движения руки по члену.

— Пальцами, — прохрипел он наконец. — Насадить его на пальцы и не трогать член. Ласкать и гладить, пока он не выгнется на кровати, опираясь только на пятки и затылок.

— О да, — Зак закрыл глаза, пережидая сладкую волну возбуждения. — Раздои ему простату, как ты умеешь. Чтобы запутался в наших именах!

— Я сделаю это так, что он и свое имя забудет… — выдохнул Курт и приглушенно застонал. Зак почти ощутил горячие брызги на своей ладони и почувствовал острый запах спермы. — А пока я чуть не забыл свое, — сказал он, немного отдышавшись. — Иди, мой возлюбленный друг, пока я не пошел на второй круг, а наш Ласард не отрастил плавники.

— Пока, Курт, — Зак предвкушающе облизнулся, представив Эрика в ванной. — Мы скучаем. Порви их там всех для нас.

— Я тоже скучаю. Трахни Эрика за меня, — проговорил Курт и первым разорвал связь.

Зак хмыкнул, отбросил телефон и, сдернув с себя штаны, решительно направился в ванную.