Стань Звездой!

Глава 34

— Да, вопиющее невнимание, — согласился Эрик.

Майка, будто бы поняв его слова, принялась щебетать еще громче.

Она настойчиво требовала завтрака, а корм, как на зло, кончился. Как и яйца, бекон, ветчина и молоко. Сам Эрик и Курт вполне удовлетворились кашей, а вот Зак с мрачным видом доел остатки рыбы и в отместку не разрешил сорвать лимон. Правда, поболтав ложкой в чашке с чаем, сам вышел в сад и вернулся с парой оранжево-желтых плодов.

А теперь они с Куртом уехали в офис за какими-то бумагами и обещали заглянуть на обратном пути в магазин. Эрик с легкой душой остался дома и вытянулся на нагретой солнцем траве, бездумно глядя в высокое ясное небо. Перед глазами проносились картинки вчерашней ночи и сегодняшнего утра.

Оказывается, это не только в книгах здорово, когда тебя будят минетом. А если разбудить им Зака, то он не только не ворчит с утра, но и будет настолько вдохновлен, что потом втрахает в матрас их с Куртом по очереди.

Потом они смотрели "Я люблю тебя, Филипп Моррис", и Зак потребовал провести репетицию немедленно. Эрик не знал, хорошо ли ему удалось изобразить своего героя, но случившийся в процессе "репетирования" секс был потрясающим — так оценил его Курт, наблюдавший за происходящим, сидя в кресле у окна. Судя по влажным потекам спермы на его животе, эта часть сцены и правда удалась.

Неспешно прибираясь в доме, даром что завтра должна была прийти уборщица, Эрик проанализировал свои ощущения и понял: он действительно больше не разделял Курта и Зака. Не в смысле одного человека, конечно, а в смысле части целого. Наверняка Курт трахнет Зака в своем кабинете. А может быть, Зак отсосет ему в машине. И при мысли об этом внутри разливалась вовсе не ревность, а скорее странное радостное возбуждение. Больше того — Эрику нравилось представлять это. Нравилось в подробностях смаковать воспоминания о том, как Зак ласкал вчера Курта пальцами, как трахал его утром, как целовал, вдавив в матрас. Эрик уже прекрасно знал все эти ощущения — с ним Зак был даже более нетерпелив и страстен, но наблюдать их со стороны оказалось невероятно волнующе.

Курт же… Его лицо то и дело всплывало перед глазами, и Эрик мог с чистой совестью себе признаться: все, что писали в книгах про ломающую волю влюбленность, тоже было правдой. Их отношения с Заком во многом омрачились его неуверенностью и метаниями, о чем Эрик теперь отчаянно жалел. Зато с Куртом семена упали на благодатную почву.

А теперь Эрик просто ждал, пока они вернутся домой, и знал, что вечером, а может и днем, они снова окажутся в одной постели. И не так и важно, кто кого и как трахнет. Главное — всем им будет хорошо. А утром Эрик снова проснется в жарких крепких объятиях Курта рядом со спящим без одеяла Заком и не будет прислушиваться, а не разбойничает ли за стеной дикий зверь.

Звук поднимающейся гаражной двери вывел его из раздумья. Как был, босиком и в одних штанах, Эрик пошел в гараж, чтобы помочь вытащить из багажника пакеты с едой.

Но вместо этого в гостиную влетела очень худая девушка. Ее неровно остриженные волосы торчали во все стороны, ботинки оставили грязные следы на светлом полу. Незваная гостья бесцеремонно схватила с консоли у стены штакулку, опрокинула ее содержимое на диван и выхватила из кучи всякой мелочи купюру.

— Да иду, блин! — крикнула она, когда снаружи послышался нетерпеливый гудок клаксона. — Мобила в залог — мало, что ли?

Не замечая Эрика, она вышла из гостиной. Он не успел пересечь комнату, как она вернулась, плюхнула на диван дорожную сумку и уселась в кресло.

— Здравствуйте, — Эрик решил, что с тем, у кого есть ключ от дома Зака и кто знает, где он хранит небольшой запас налички на разные нужды, стоит поговорить, прежде чем вызывать полицию. Но он понятия не имел, как вести себя с незнакомкой.

Незнакомка вздрогнула от неожиданности, развернулась к нему всем телом, испуганно вскинув глаза, но затем в ее взгляде отразилось узнавание, и он хмыкнула.

— Ну надо же… — протянула, рассматривая его откровенно оценивающе. — Мистер Ласард собственной персоной. Очень приятно, — она протянула ему руку. — Деб Камерон. А где Зак?

— Скоро вернется, — по годами выработанной привычке Эрик пожал руку Деб. — Прошу меня извинить, я пойду переоденусь.

И он оставил ее в гостиной. Переоделся в джинсы и рубашку, потом достал с верхней полки шкафа сумку и принялся укладывать в нее вещи, что успел перевезти. К счастью, их было немного.

Больно не было. Душа будто онемела, как после наркоза, а разум оглушенно молчал.

Да и о чем тут говорить и думать. Миссис Зак Камерон сидела в гостиной и ждала своего мужа.

Что это значило?.. Да возможно, почти ничего. Это было на совести Зака — с кем и как он изменял своей жене. И в то же время… В тоже время некоторые стены невозможно было проломить даже самыми сильными чувствами.

Ворота открылись вновь, когда одна сумка уже наполнилось, и пришлось достать другую. Он и не заметил, как успел перевезти сюда почти весь свой нехитрый гардероб. Он слушал веселые голоса на парковке, не представляя, как выйдет сейчас с вещами, сядет в машину и уедет. Что сказать? Как сказать? И как, черт побери, смотреть в глаза этой женщине?..

— ...и еще пару дюжин в придачу! — ворвался в дом веселый голос Зака. — Ты не представляешь! Я хотел сожрать их все! И… — он умолк.

Приветствий Эрик не слышал. Теперь все говорили тихим голосом, но осторожно выглянув в коридор, он увидел, как Камерон обнимает женщину.

Кажется, она не собиралась устраивать скандал. Может, не поняла, в каком именно качестве Эрик был в этом доме.

А может, у них с Заком был заключен договор, согласно которому они не говорят о третьих-лишних.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но как же Курт? Как он мог столько лет терпеть происходящее? Судя по всему, он был прекрасно знаком с миссис Камерон.

Но, как бы то ни было, надо было заканчивать и без того затянувшуюся историю. Эрик пожалел, что дом Зака имеет только один выход и ему придется проходить с сумками через гостиную. Подхватив вещи, он вышел из спальни.

— Я поехал, — Эрик хотел, чтобы прозвучало по-деловому сухо, но вышло горько. И не получилось добавить ничего не значащую фразу о съемках, репетиции и завтрашнем шоу.

Шоу закончилось, пора признать.

Курт и Зак переглянулись. Зак нахмурился, а Курт наоборот — широко улыбнулся и шагнул к Эрику, буквально силой отбирая у него сумку.

— Мой дорогой друг, отойдем на пару слов, — он обнял его за плечи и повел обратно в спальню.

Эрику отчаянно хотелось воспротивиться… и так же отчаянно не хотелось. Поэтому он позволил Курту увести себя и терпеливо дождался, когда тот плотно закроет дверь.

— Что она тебе сказала? — Курт прислонился к двери спиной, будто предупреждая попытки к бегству.

— Миссис Камерон? — переспросил Эрик, просто чтобы понять, сумеет ли вообще сказать хоть слово, или глотку окончательно свело спазмом. — Ничего, — он пожал плечами. — Просто назвала меня по имени, и, кажется, удивилась, увидев здесь.

— Ага, и поэтому ты собрал вещи и решил нас бросить, — Курт насмешливо вздернул бровь и вкрадчиво уточнил: — И она мисс Камерон.

— Как мисс? — Эрик впился в него взглядом, суматошно пытаясь вспомнить все, что говорил ему Курт о семье Зака.

Смерть отца, мама, нуждающаяся в заботе... Про себя Курт говорил, что он один в семье, а вот про Зака... Говорил или нет?.. Или они вообще не поднимали эту тему?

Тогда почему Эрик так решил? Мысли путались, облегчение вперемешку со злостью на себя навалилось на плечи, как тяжелый мешок с песком.

— Деб — не жена? — уточнил Эрик, решив, что одного номера клоунады на сегодня достаточно, и теперь он будет оперировать только проверенными фактами. — Она — сестра Зака?

— Поздравляю, мой самый ревнивый в мире друг, ты справился с загадкой со звездочкой, — усмехнулся Курт и шагнул к нему. Обхватил за плечи и со вздохом привлек к себе. — Эрик, ну право слово. Только ты мог обидеться на весь свет, собрать вещи и чуть не послать двух самых охренительных мужчин на земле после одного “привет”.

Эрик стиснул его почти отчаянно, так что хрустнули позвонки.

— Я слишком часто видел, как мать беззвучно рыдает у себя в комнате, после того, как на нашем пороге появлялась очередная любовница отца, — прошептал он Курту на ухо и зажмурился. — А потом молилась сутками, держала голодные посты и винила во всем себя.

До этого момента он даже не подозревал, как глубоко пустили корни детские переживания. Настолько, что он даже не усомнился, что перед ним обманутая жена, а он сам — источник ее будущей боли, который нужно немедленно устранить.

— О нет, эта рыдать не будет, — невесело усмехнулся Курт. — Ты подожди, мы еще сами обрыдаемся все втроем, если она тут надолго застрянет. А судя по всему, такое вполне вероятно, — он снова вздохнул и утянул Эрика на постель, садясь рядом. — В общем… С ней сложно все, — сказал осторожно. — Помнишь, Зак после звонка был сам не свой? Так вот — это она звонила. Вроде обошлось тогда, а сейчас вот… — он помолчал, подбирая слова. — Ты осторожней с ней, — сказал наконец. — Она — избалованное злобное создание, которое никого не щадит, искренне считая, что имеет на это право.

— Мне показалось, она выглядит расстроенной и немного растерянной, — Эрику было сложно совместить только что услышанное с образом худой, даже изможденной девушки. — Но я тебя понял, — он поднялся на ноги, принялся раскладывать вещи по местам. Если уж звонки Деб действовали на Зака так, то ее присутствие и вовсе выбьет из колеи. И собранные сумки явно не добавят спокойствия. Потом остановился, снова посмотрел на Курта. — Мне наверное все равно придется съезжать, — сказал уже спокойно, как обсуждал обычные дела. — В гостевой спальне Зак поселит Деб.

— Во-первых, у нее есть комната в мансарде, — ответил Курт, помедлив. — А во-вторых, лучше поговорить об этом с Заком, но ответ я тебе и сейчас скажу: ему совершенно все равно, что подумает Деб. Но если тебе самому так комфортнее, то дело, конечно, твое. И да, — добавил он неохотно, — она, конечно, неприятная личность, но Заку вредить не станет никогда. За сохранность секрета не волнуйся. А в гостевую спальню, к слову, логичнее вернуться мне, если уж на то пошло.

— Она не знает о тебе? — Эрик оставил в покое сумки и сел на кровать. Толкнул Курта в плечо, заставляя лечь, навис сверху. — Это я у вас самый слепой друг, а она, думаю, уже давно вас раскусила, — он провел ладонью по груди Курта, думая о том, как нелепо это будет выглядеть — вещи в разных спальнях, показательно смятое белье на кровати и хождение в ночи туда-сюда. — Пойдем к ним, а то Зак решит, что я тебя связал и ушел пешком, перемахнув через забор.

— Конечно, знает, — фыркнул Курт. — Знает еще с того момента, как застукала нас в четырнадцать на сеновале в доме их с Заком родителей. И не спеши, — он потянул его к себе. — Пусть поговорят. Может, ему еще удастся ее выставить.

— Мне кажется, ты и сам в это не веришь, — Эрик лег повыше и удобно устроил Курта в объятиях. Мягко коснулся губами его губ. Хотелось впиться в них, скользнуть языком в рот, вылизать нежную изнанку рта, но Эрик опасался, что не сможет остановиться. И Деб с Заком прекрасно услышат, как он будет трахать Курта. — Включим телевизор? — спросил, нехотя разорвав поцелуй. — Хочу посмотреть один старый трюк и прикинуть, смогу ли вдохнуть в него вторую жизнь.

— Валяй, — кивнул Курт. — И мой тебе совет: меньше заморачивайся. Мы, конечно, обязательно поиграем в шпионов на задании, надеясь, что Деб уберется восвояси в скором времени, но я уверен, она быстро все поймет.

— Знаешь, мне кажется, свое задание я уже провалил явлением с сумками в руках, — усмехнулся Эрик и потянулся за пультом. Оставалось надеяться, что Зак или спровадит Деб, или вскоре закончит разговор: хотелось есть.

Но они успели просмотреть не один десяток роликов, а Курт даже вздремнул, когда в коридоре наконец послышались шаги, и в спальню вошел Зак.

— Даже не думай! — с порога заявил он Эрику. — Ты никуда не поедешь!

— Нет, конечно, — Эрик сел, пытаясь понять по его лицу, чем окончился разговор с сестрой.

— И Деб тоже, мой слишком расстроенный друг, — Курт знал Зака куда лучше, и сразу все понял. — Матери будешь сообщать, что она с тобой?

— Разумеется, — Зак с размаху упал на кровать. — Уже позвонил. “Я не могу там, мне там плохо!” — передразнил он, повысив голос и возмущенно уставился на Курта. — Ты понимаешь?! А нам, блядь, всем хорошо!

— Конечно хорошо, у тебя два любовника и еще жена в глубоком подполье, — фыркнул Курт. Подтянул Зака к себе, обнял поперек груди.

Эрик, чувствуя себя ужасно глупо за выходку с сумками, подкатился к Заку с другого бока и тоже обнял, накрывая ладонь Курта своей.

Зак обхватил его рукой за плечи и простонал:

— Я не знаю, что делать! Усыпить, а на месте привязать к кровати?

— Она вместе с кроватью сбежит, знаешь ведь, — Курт погладил его по голове, коснулся губами виска. — Пока сама не захочет, толку не будет, — он длинно выдохнул. — Сам же знаешь, проходил. Сколько я запирал тебя дома и выбивал тебе контракт за контрактом, чтобы минуты свободной не было... Ты за секунду успевал. А потом справился сам, без врачей и клиник.

Эрик посмотрел на Курта поверх плеча Зака. Что случилось с Деб, и что было с Заком?..

"Он имеет право знать"... — прозвучали в ушах слова Курта и вспомнилось, как Зак ушел от ответа.

Что нужно было так тщательно скрывать в Голливуде, где никого не впечатлишь алкоголизмом, психическими расстройствами и сексуальными извращениями?..

Ответ пришел сам собой. Секс, наркотики и рок-н-ролл… Кто же не знает эту знаменитую фразу?

— Мне было, ради чего справляться, — напряженно ответил Зак. — Ради чего и ради кого. Моя челюсть до сих пор помнит твой кулак, — он усмехнулся. — А Деб… — он помолчал, а потом развернулся к Эрику. — Героин, — сказал коротко, понимая, видимо, что должен объясниться. — Я улетал недавно — помнишь? Уговорил ее лечь в хорошую клинику, но она оттуда сбежала. И кажется, остается только смириться, что моя сестра закончит жизнь от передоза в самом ближайшем будущем.

— Какие методы пробовали? — Эрик сел, приготовившись внимательно слушать. Несмотря на нелестную характеристику, выданную Деб Куртом, он видел, как сильно привязан к ней Зак. И хотел быть уверенным, что испробовано все.

— Да все мы пробовали, — вздохнул Курт устало. — За эти двадцать лет мы попробовали все. Зака я вытащил, а она… — он махнул рукой. — Ей нравится, когда за ней бегают. Нравится, срывать Зака со съемок, нравится быть в центре внимания. И наркотики ей тоже нравятся!

Зак молчал. На его лице застыло хмурое сосредоточенное выражение, и на злые слова он лишь горько улыбнулся, признавая их справедливость.

— Я очень давно завязал, — сказал он все-таки после паузы и посмотрел на Эрика так, будто боялся, что тот сейчас уйдет. — И ничего не подцепил благодаря Курту.

— Это были самое поганые годы моей жизни! — скривился тот.

— Как же вас угораздило... — выдохнул Эрик, хотя в годы их юности наркотики были модными. И на них сидели почти все. Лучше было спросить, как у Курта хватило сил выдернуть из этой трясины хотя бы Зака. — Иглоукалывание тоже не дало результата? Тяга не ослабевает? — спросил он.

— По-моему, она только сильнее становится, — фыркнул Курт. — Все равно что лечить диабетика формочками для пряников.

— Она не подпустит тебя, Эрик, — вздохнул Зак. — Курт прав. Она просто не хочет лечиться, и заставить ее можно только насильно. А результатов это не дает.

— Она сейчас чистая? — спросил Эрик. — Если да, то давайте попробуем продержать этот период как можно дольше. Возможно, у нее стресс на сами клиники, и дома она немного успокоится. А там попытаемся уговорить. Если не сорвется первые пару сеансов, потом будет проще, — он с силой потер ладонями шею. — Я знаю о чем говорю, не раз видел пациентов своего учителя.

— Предлагаешь запереть ее в доме и устроить круглосуточное дежурство? — Курт насмешливо вздернул бровь и рассмеялся собственной шутке.

— Я могу настроить дом так, чтобы ворота и калитка открывались только из этой комнаты… — задумчиво протянул Зак.

— Ты серьезно? — Курт даже сел от возмущения. — Я умоляю тебя, не надо! Пусть делает уже что хочет!

— Прекрати, — Эрик успокаивающе погладил Курта по бедру и заглянул в глаза. — Давай просто попробуем. В последний раз.

Какой бы ни была Деб, сбежав из клиники, она не рванула в знакомый притон. Она приехала к брату, искала у него поддержки и защиты. Если бы не этот визит, то наверное и правда, надо было бы предоставить ей самой решать, что и как делать со своей жизнью. Но Зак никогда не простит себе, если сейчас отвернется от сестры.

— Не переживай, — неожиданно усмехнулся Зак. — Он всегда кричит, ворчит, возмущается, но в итоге первый же завтра и встанет на дежурство.

— Но ты же понимаешь, что это совершенно не ради нее! — отрезал Курт, но смягчился, когда Зак крепко сжал его руку.

— Что сейчас? — Эрик решил не давить дальше. Похоже, в каждом углу их треугольника водились темные истории. — Пойдем ее кормить? Кстати, вы же не забыли купить корм для птицы?

— Не забыли, — фыркнул Курт. — Корм для птицы, корм для нас и теперь нужен еще корм для нахлебницы.

— Продолжишь в том же духе, и она нам житья не даст, — поморщился Зак.

— А они и так не даст, — заявил Курт. — Уже не дала! Я собирался весь день трахаться!

Эрик промолчал, потому что в чем-то был согласен с Куртом. Он тоже предполагал, что вечером их троих ждет очередной секс-марафон, а день будет посвящен ленивому времяпрепровождению в кровати и объятиям.

И Деб могла бы представиться как-нибудь иначе, без слишком очевидных намеков. Например, сказать, что она сестра Зака, Деб Камерон. Или спросить, мол где мой брат. Но она вошла в дом на правах хозяйки, а Эрику отвела роль бродячего кота, без ее ведома проскочившего в дверь.

— Я кажется, нашел альтернативу бассейну, — сменил он тему, потому что было очевидно, что о Деб никто не хочет разговаривать. — На территории моего жилого квартала есть отличный бассейн. Крытый правда, но зато народу почти никогда не бывает.

— О, поверь, стоит там один раз появиться Заку, и на следующий день народу будет полно, — фыркнул Курт. — Ладно, я пошел за едой. А ты, мой невезучий друг, перенастрой пока систему, — он похлопал Зака по бедру. — Я от своих планов так просто отказываться не собираюсь!

Он вышел в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. Зак некоторое время лежал неподвижно, а потом со стоном закрыл лицо руками.

— Ну почему сейчас?.. — выдавил глухо.

— Такое вряд ли случается вовремя, — Эрик сгреб его в охапку, прижимая к себе. Совсем как сам Зак вчера обнимал его, отогревал своим теплом. — Я постараюсь ее убедить.

— Эрик… — Зак обнял его, зачесал пальцами волосы, а потом серьезно посмотрел в глаза. — Я очень тебя прошу. Держись от нее подальше.

— Не волнуйся, Курт меня уже предупредил, — ответил Эрик, хотя и не понимал, неужели Деб на самом деле такая, как о ней говорят. Внешне она больше походила на его мать, разве что одевалась по-другому да стригла волосы.

— Вот и хорошо, — Зак снова крепко его обнял. — Она имеет удивительное свойство находить самые болезненные мозоли и с размаху врезать по ним шпилькой.

— За последние недели я залечил их почти все, — Эрик подумал, что появись Деб на несколько недель раньше, поводов его зацепить было бы больше. — Она намного младше тебя? Навскидку ей и тридцати не дашь.

— Всего на год, — покачал Зак головой. — Тридцать четыре. И послушай, — он взял его лицо в ладони и тихо сказал: — Что бы она ни говорила, ты мне нужен. И я думаю, что у нас может получиться. У всех у нас.

— У нас все получится, — ответил Эрик и качнулся вперед, накрывая его губы своими.

Он не был уверен, что сможет ли запросто отмахнуться от слов Деб например о том, что решил пролезть в Голливуд через постель или что он всего лишь очередная игрушка великого Камерона. Не потому, что боялся их или действительно хотел использовать ситуацию себе на пользу. Эрик столько раз сам себе говорил о том, что Камерон или Курт могут так подумать, и несмотря на происходящее, пока не считал, что по праву занимает свое место. Чувствовал, знал, что и со стороны Зака, и со стороны Курта все основано на чувствах, а не на расчете, сам почти задыхался от распирающих его доселе незнакомых эмоций и ощущений, но все равно не забывал, что Камерон — знаменитость.

Почти не забывал. Кончая под ним, или натягивая на свой член, лаская руками и ртом, укрывая его во сне и помогая готовить лимонад, Эрик видел лишь Зака. Хмурого с утра, умудряющегося создать бардак даже из разделочной доски и двух половинок лимона, хрипло стонущего и жадно хватающего воздух пересохшими губами, доверчиво подкатывающегося под бок и уютно обнимающего поперек груди. Простого человека, остро нуждающегося в счастье, как и большинство живущих на планете.