Стань Звездой!

Глава 18

Камерон еще крепко спал. Он не почувствовал, как Эрик осторожно выбрался из его объятий, и не проснулся даже когда из сада послышался дружный птичий гомон.

Эрик плотнее закрыл ведущую в сад дверь, чтобы шум не разбудил Зака. Ночью прошел ливень с грозой и ветром, и теперь трава была густо усеяна опавшими листьями, мандаринами и лимонами.

Не обращая внимания на этот беспорядок, Эрик сел на мокрый диван и запрокинул голову, подставляя лицо редким каплям, падающим с деревьев. В воздухе пронзительно пахло озоном и цедрой, и даже хмурое небо не портило очарования этого места. А отвратительное настроение ничуть не меняло отношения к хозяину этого лимонного мирка.

Эрику было слишком много лет чтобы не понимать, что происходит. И не догадываться, чем в итоге закончится стремительный и неосторожный роман. Даже если удастся избежать газетной шумихи, от разбитого сердца это не спасет. Странно только, что Камерон до сих пор не влип в скандал, с его готовностью отсасывать кому угодно на конюшне.

От воспоминаний об этом все внутри обожгло — кто еще мог быть на его месте? Сколько раз чертов Камерон вообще брал в рот чужой член?

От идиотской иррациональной ревности стало тошно. Если с ним происходит такое уже сейчас, то что же будет дальше? И что будет, когда Камерон действительно решит, что пора уже отсосать кому-нибудь другому?..

Единственно верным решением было прекратить все прямо сейчас. Свернуть общение, оставить только чисто деловые встречи для тренировок и репетиций. Закончить шоу и расстаться в чуть более теплых отношениях, чем после съемок того фильма.

Камерон — Эрик был в этом абсолютно уверен! — легко согласился бы на такой план. Уж он-то быстро найдет другого или другую, с кем будет пить лимонный ликер и спать в обнимку.

Тут дверь открылась, и в сад прошлепал босоногий и очень мрачный Камерон, завернутый в одеяло как в кокон. Он досадливо цыкнул на мокрый диван, и лег на него, кутаясь в одеяло. Улегся щекой Эрику на колени и закрыл глаза.

Через несколько секунд его дыхание стало глубоким и ровным, а тело расслабилось. Эрик плотнее укутал Камерона, поправив сползшее одеяло, и положил ладонь ему на плечо.

Пора было завязывать. Пока еще Эрик мог заставить себя сделать это. Нужно было снова привыкать к одиноким вечерам, правильной еде и многочасовым медитациям. Потому что еще несколько недель, и Эрик никогда не забудет аромат лимонной кожуры, смешанный с аппетитным запахом жарящегося мяса, ощущение тяжелого тела, навалившегося на него во сне, и смелые, бесстыдные ласки.

Камерон спал. От его щеки по телу разливалось тепло, и было совершенно непонятно, какого черта ему не спалось в своей постели.

Через четверть часа Эрик начал замерзать. Ужасно хотелось обратно в постель — закутаться в одеяло, обнять Зака, поцеловать его, сонного и расслабленного, в горячий висок. Словно услышав его мысли, с неба начал накрапывать дождь. Вздохнув с облегчением — вот и повод нашелся — Эрик потрепал Камерона по плечу.

Тот приоткрыл один глаз, оценил ситуацию и неохотно сел, прижимаясь к Эрику теплым боком. Ноги он поджал под себя, а большое одеяло завернул так, что места хватило бы на двоих — если бы Эрик тоже сжался в комок.

Чувствуя, как стройные мысли и незыблемые, казалось, доводы рассыпаются в прах, Эрик приподнял свободный край одеяла и нырнул в уютное сонное тепло. Сгреб Зака в объятия, уткнулся носом в его шею, вдыхая аромат кожи и почти незаметный — парфюма.

— Пойдем в кровать? — спросил шепотом. — Там тепло и сухо.

— Ага… — отозвался Зак хрипло, но вместо того, чтобы встать, прислонился щекой к его макушке.

Где-то далеко прогремел гром, а по одеялу застучали уже вполне весомые капли. Они попадали и на лицо, незакрытое плотной тканью, но почему-то это не казалось неприятным. Наоборот — сейчас, когда они вдвоем выступили против непогоды, отчаянно не хотелось потерять это ощущение маленького мирка на двоих.

— Иногда я ставлю тут палатку, — сказал вдруг Зак. — И притворяюсь, что иду в поход.

— Телефон отключен, чай и мясо на костре? — Эрик улыбнулся, снова подставляя лицо дождю. — Однажды я прожил в палатке несколько месяцев, до смерти надоело спать, ощущая каждый камень. Это было в Тибете.

— У меня отличный надувной матрас, — Зак хмыкнул — Эрик почувствовал это, а не увидел. — Так что будет желание — приглашаю в безумное путешествие. Нас ждет увлекательный сплав в надувном бассейне, кормление злобных страшных птиц в количестве одной штуки и покорение диванного Эвереста. И сон в палатке в саду как бонус.

— А как же страшные истории, рассказанные в полночь, жареный зефир и неумелый быстрый секс в палатке? — рассмеялся Эрик, не меняя позы. Сам он никогда не ходил в поход в школьные годы, потому что ему бы никогда не купили рюкзак и палатку, но слышал о них предостаточно от своих одноклассников.

— О, да ты, я смотрю, бывалый турист! — восхитился Камерон и сполз чуть ниже, кладя голову ему на плечо. — Так что?.. — спросил тихо. — Пойдешь?

— Сколько банок готовых обедов брать с собой? — Эрик погладил его по спине, щекой прижался к макушке. — А еще обязательно карты. Будем играть на желание.

Ну о чем он говорил! Какой поход, какие птицы?.. Эрик ощущал себя мазохистом, знающим, что ему причинят боль, но упрямо идущего на очередную сессию. Сейчас ему было плевать на будущее, он хотел получить и бассейн, и секс в палатке.

— Обеды я беру на себя, с тебя сумка с вещами и спальник, — Зак довольно улыбнулся.

— И на сколько дней запасаться?.. — уточнил Эрик со смешком.

— Ну, скажем, на неделю, а там как пойдет… — неожиданно серьезно ответил Камерон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Договорились, — прошептал Эрик и потянулся за поцелуем, упуская последний шанс выйти из битвы с минимальными потерями.

Снова грянул гром, на этот раз куда ближе, и дождь обрушился на них сплошной стеной.

Эрик хотел было встать и бежать в дом, но Зак его удержал, целуя.

Одеяло почти мгновенно промокло насквозь и прилипло к спине и бокам тяжелым неудобным коконом. С волос текли струи воды, спускаясь на спину и грудь. Эрик отбросил мешающее одеяло, подставляя тело теплому летнему ливню, и затащил Зака на себя, вжимая пахом в пах.

У поцелуя был вкус воды, а кожа Зака под пальцами была обжигающе-горячей.

Вот только диван оказался слишком маленьким. Камерон попытался оседлать бедра Эрика, но не сумел втиснуть колено так, чтобы не свалить обоих. Тогда он ухватил Эрика за плечи и потянул вниз, прямо на мокрую траву.

— Черт! — хмыкнул, вытаскивая из-под задницы раздавленный лимон, и затащил Эрика на себя.

— Точно, — согласился Эрик, едва не поскользнувшись, когда под колено попался мандарин. Ненадолго отстранившись, он расшвырял валявшиеся поблизости фрукты, и опустился на Зака. Просунул ладони ему под плечи, устроился меж приглашающе разведенных бедер, и принялся жадно, голодно целовать.

Дождь хлестал по спине, затекал в глаза, в рот, струился по ногам и между ягодиц. Все происходящее было больше похоже на очередные съемки красивого бестолкового фильма... Если бы не бухающее в висках возбуждение, распираемый кровью член и ощущение пьянящего восторга, захлестывающее с головой.

Зак подбадривал его, вскидывал навстречу бедра до звонких бесстыдных шлепков и скользил пальцами по мокрым плечам, пытаясь уцепиться крепче. А еще целовал — жадно, мокро, глотая с поцелуем дождь.

Снова и снова слышались раскаты грома, налетел ветер, терзая ветки деревьев. Их окатило целой волной листьев и веток, несколько новых плодов тяжело сорвались с веток, мокро шлепнувшись в пропитанную водой траву.

Ни Зак, ни Эрик почти не обращали внимания на творившееся вокруг. Они словно затерялись в пространстве и времени, и единственным незыблемым осталось одно на двоих удовольствие. Эрик шептал Заку на ухо неразборчивые слова, не задумываясь о том, слышит ли тот — простые, незатейливые и болезненно-искренние.

Особенно яркая молния распорола небо, тут же ударил гром. Зак выгнулся под Эриком, посмотрел расфокусированным взглядом куда-то мимо него и закричал в голос. Эрик толкнулся в него со всей силы, будто пытался пронзить членом насквозь, и застонал сам, когда по телу понеслась первая, самая острая и сладкая волна оргазма.

Пока они приходили в себя, дождь только усилился, и когда Зак открыл рот, чтобы что-то сказать, то закашлялся от попавшей в рот воды.

— Идем в дом, — просипел затем.

— В горячий душ, — Эрик поднялся, подал ему руку.

До гостевой спальни было ближе. Эрик втолкнул Зака в кабинку, открыл воду. Много позже они, закутанные в халаты, сидели на кухне. Кожа у обоих покраснела от тепла, а пальцы сморщились от влаги.

— Надо горячего чаю выпить, — сказал Эрик и включил чайник. — С медом и лимоном. И придумать, что на завтрак.

— Острый тайский суп? — Зак не улыбнулся, и только поэтому стало понятно, что он вовсе не шутил.

— Я пожалуй обойдусь привычным чаем и тостом, — Эрик даже представить боялся, во что ему может обойтись такое блюдо на голодный желудок. — Но могу помочь его готовить.

Он посмотрел в окно, потом достал телефон, проверил прогноз погоды. Город зацепило краем бушующего в океане урагана, сегодня погода явно не улучшится. О занятиях на открытом полигоне не могло быть и речи, надо что-то думать.

Варить ничего не пришлось. Зак достал из недр кухонного шкафчика банки — обе с непонятными иероглифами. Одну, красную, тут же распечатал и вылил в глубокую миску, а другую, зеленую, открыл и поставил перед Эриком.

— Попробуй, — предложил, протягивая ложку. — Если понравится — погреем. Это рисовый суп на кокосовом молоке, совсем неострый.

Пахло аппетитно — кокосом, какими-то пряностями, чем-то сливочным. Эрик взял ложку и зачерпнул немного супа и осторожно отправил ее в рот.

Зак оказался прав: суп был пряным, но не более.

— Очень вкусно, — похвалил Эрик и в свою очередь перелил суп в миску. По кухне уже плыл запах супа, который Зак грел для себя — и в нем явно было добавлено много перца.

— Ммм… — Камерон вынул свою миску и глубоко втянул носом воздух. — Обожаю!

На вид суп и правда выглядел аппетитно, но куски крупно нарезанного чили были видны невооруженным взглядом.

Едва Зак отправил в рот первую ложку, как его щеки раскраснелись, а глаза заблестели. Эрик поставил греть свой суп и заварил чай.

— Если честно, не думал, что супы в банках бывают вкусные, — сказал, садясь за стол и принимаясь за еду. В разогретом виде все-таки раскрылась небольшая острая нота, но такая концентрация перца Эрику была не страшна. — Или мне попадались неудачные.

Скорее, дело было в том, что Эрик покупал самые дешевые марки. В первые годы его самостоятельной жизни денег хватало на блюда из концентратов да койку в хостеле.

— Это лучшая тайская фирма, — улыбнулся Зак. — Моя экономка делает большой заказ раз в месяц. У них даже заварная лапша вкусная и почти полезная. По крайней мере, я регулярно ем ее уже лет десять, и никаких проблем. А вот с американской едой все куда хуже… — он поморщился и снова накинулся на суп.

— Я нашел нескольких поставщиков органических овощей и дикой рыбы, но это было трудно, поверь мне, — Эрик неспешно ел, даже не пытаясь угнаться за Камероном.

Тот за несколько минут опустошил свою миску и снова полез в кухонный шкаф. Достал упаковку готовых вафель, щедро полил их несколькими сладкими соусами и буквально утопил все во взбитых сливках из баллона.

Эрик на сладкое не соблазнился. Съеденный суп наполнил тело приятной сытой тяжестью, даже чай сейчас был бы лишним.

Правда, когда Зак все-таки поставил перед ним чашку с ломтиком подобранного в саду лимона, он не смог удержаться.

— Итак, — Камерон довольно откинулся на стуле с чашкой в руках. — Какие планы?

— Постараюсь найти нам крытый павильон для тренировки или попрошу соорудить подобие окна в зале, — Эрик побарабанил пальцами по столу. — Но все равно это будет не раньше двух часов пополудни, в одиннадцать у меня встреча на студии. Мне нужно будет вернуться туда и после тренировки, но часам к семи я освобожусь.

Камерон кивнул и отрешенно уставился в окно. Эрик убрал телефон в карман и встал.

— Мне пора. Сможешь приехать в клуб к двум? Надо все-таки потренироваться перед съемкой.

— А если я с тобой поеду? — Зак выглянул на улицу. — Вроде, стихает дождь… Или по сырому лесу на Мефисто лучше не ездить?

— Сегодня точно не стоит, думаю, это еще не конец, — Эрик с сомнением посмотрел на небо, затянутое низкими облаками. — Надень куртку или что-то вроде, клуб стоит на очень ветреном месте. Сегодня там будет очень холодно.

— Хорош… — начал было Зак, но вдруг чихнул. — Черт… пойду носки надену… — он отставил чашку и пошел в спальню.

Эрик настороженно посмотрел ему вслед, запоздало ругая себя за безрассудство. Похоже, Камерон простудился, и это было совсем неудивительно после того, как он лежал голышом на холодной мокрой траве.

— Давай поставлю иголки, — сказал он вернувшемуся Заку. — Если дождь не перестанет, отменим съемку.

— Да вроде не болит ничего, — удивленно посмотрел на него Зак и улыбнулся. — Вечером поставишь. Кстати, твой стол крепкий?..

— Рассчитан на нагрузку в четверть тонны, — Эрик еще раз оглядел его, пытаясь заметить признаки лихорадки. Но Камерон внешне был в порядке. Может, это и вовсе совпадение, и расчихался Зак из-за перца в супе. — Я поехал, а то в доктора мы будем играть далеко заполночь.

— Я буду в два, — пообещал Камерон и сел обратно на стул, явно не собираясь мешать ему одеваться. — Как штык.

— Договорились, — Эрик быстро оделся и вышел в гараж, радуясь, что не придется бежать к машине под снова усилившимся дождем.

В два часа стало ясно, что Камерон простыл. По прибытии в клуб он уже шмыгал носом и то и дело чихал. Но, к счастью, внял словам Эрика и оделся по погоде: плотные джинсы, высокие ботинки и куртка.

— Со студии звонили, у них накладка, и съемочная группа приедет к половине третьего, — сказал Эрик, когда они с Заком вошли в зал, где уже было обустроено подобие стены с оконным проемом и разложены маты. — Какой-то технический сбой, им придется переснимать всех остальных, так что для нас выделен только один час.

— Отлично! — Зак то ли действительно не замечал подкатившую простуду, то ли упорно делал вид, но держался бодро. — Больше и не надо — всего-то пару раз прогнать со страховкой и один без. И порежут как им надо.

— Без страховки мы работать не будем, — отрезал Эрик. — Для ролика это вообще неважно, а на шоу я сам поставлю камеры на точки, троса никто не увидит.

Если бы это был профессиональный каскадер, страховка бы даже мешала, сковывая движения и нарушая механику тела. Но Зак таковым не был, и Эрик был готов пожертвовать зрелищностью сцены в угоду безопасности.

— Ты издеваешься? — Камерон нахмурился. — Конечно, их будет видно! И скажи на милость, что такого опасного в простом кувырке? Пусть даже чуть выше обычного.

— Неудачное приземление с травматизацией шеи и спины, неправильно сгруппированные конечности с вероятностью повреждения суставов, а еще ты можешь вовсе не попасть в мат. — перечислил Эрик, начиная заводиться. Ну вот опять, будто и не было пятнадцати лет. “Что опасного в простом прыжке?..” — Как думаешь, насколько рухнут рейтинги шоу после того, как ты грохнешься на голый пол и все услышат хруст твоих костей?

— Да с чего вдруг я не попаду в мат? — нахмурился Зак. — И чем поможет в этом случае страховка?

— Ты не сможешь отталкиваться с одинаковой силой из раза в раз, этому за полдня не научиться, — Эрик постарался говорить спокойно: Камерон действительно этого не знал. — Хочешь без страховки — прыгни двадцать раз с того снаряда, — кивнул в сторону сдвинутого к стене гимнастического бревна. — Попадешь все двадцать раз в одно и то же место, плюс-минус полстопы — полезешь на платформу.

Зак оглянулся на снаряд, а потом вдруг положил руку Эрику на плечо. От неожиданности Эрик вздрогнул — почему-то он совсем не ждал прикосновений.

— Не заводись, — попросил Зак тихо. — Давай поработаем со страховкой и посмотрим, как пойдет, ладно?

Эрик мгновенно остыл, и теперь стало стыдно за свои слова. Ну в самом деле, им уже давно не двадцать, и Камерон не станет рисковать ради простой бравады.

— Давай, — спокойно ответил он и пошел к свисающим с потолка веревкам. — Первые пару раз я буду держать тебя достаточно сильно, потом ослабим. Но сначала давай разметим разбег, — он достал из сумки большой кусок мела. — Пойдем наверх.

Дальше шла рутинная работа — с той лишь разницей, что с каждой минутой становилось все гаже на душе. За свои неоправдавшиеся подозрения — Зак выполнял все безукоризненно точно по мере своих сил — и за его все больше шмыгающий нос. Ну что стоило схватить его в охапку и унести в спальню? Нет же, романтики захотелось. Безумного секса под дождем. Идиот!

Появление съемочной группы настроение не улучшило. Оператор снова и снова заставлял Зака прыгать и просил Эрика “работать агрессивнее” — то есть делать замечания и указывать на ошибки.

— Мистер Камерон, а теперь, пожалуйста, несколько неудачных прыжков, — явно войдя в раж, попросил приехавший с оператором один из помощников режиссера шоу. Эрик раньше с ним не работал и даже не знал его имени. — Зрители должны убедиться, что задание трудное и связано с риском.

— Нет, — рявкнул Эрик, останавливая поток мыслей помощника. — Прошу, покиньте зону приземления, — приструнил он оператора, пытавшегося взять ракурс снизу. — Никаких неудачных прыжков, и пожалуйста, не надо трогать страховочные тросы! — напустился на незадачливого помощника.

— Погоди, — остановил его Зак. — Давайте я просто попадаю на маты, а вы потом смонтируете? — предложил он оператору. Тот довольно кивнул.

В следующие несколько минут Зак делал очень сосредоточенное лицо, корчил болезненные гримасы и падал на мат, попеременно хватаясь то за руку, то за ногу. Несколько раз он даже грязно выругался и метнул пару ненавидящих взглядов в Эрика.

А тот смог выдавить из себя лишь несколько замечаний, изо всех сил стараясь не злиться, повторяя про себя, что это шоу, и у него свои законы.

— Думаю, достаточно, — сказал Эрик, когда Зак в очередной раз упал, не слишком удачно приземлившись на плечо, и его лицо исказила совсем не наигранная гримаса боли.

Он подал Заку руку, помогая подняться. К счастью, никто не стал требовать снять что-то еще. Съемочная группа резво сворачивала вещи, торопясь успеть на следующий адрес.

— Надеюсь, у Мефисто можно одолжить хороший бальзам, — поморщился Зак и вымученно ему улыбнулся. — И что-то мне подсказывает, что все-таки придется заехать в аптеку.

— Вожжи я бы у Мефисто одолжил, — Эрик укрыл Зака большим полотенцем, не давая коже остыть слишком быстро. — Сегодня ты лежишь на моем столе послушно и неподвижно, а от простуды у меня есть травы. Захвачу, когда поеду за одеждой.

— О, сегодня я под седлом? — усмехнулся Зак и снова чихнул. — Прости, — вздохнул покаянно.

— Вот вылечу — и прощу, — Эрик коснулся его лба. Лихорадки по-прежнему не было. — Доберешься до дома сам? Я схожу в медцентр клуба, принесу тебе порошок от простуды и мазь.

— Черт побери, это всего лишь простуда! — возмутился Зак. — Конечно, доберусь. И не покупай ничего — я продуктов заказал. В том числе твою любимую рыбу.

— Спасибо, — с чувством поблагодарил Эрик и накинул на плечи куртку, чтобы сходить за медикаментами.

Усталость, усугубленная простудой, накрыла, стоило перешагнуть порог дома. Зак скинул ботинки, бросил куртку на спинку дивана и поплелся в спальню, где без сил опустился на кровать. От души порадовавшись, что сходил в душ в тренировочном комплексе, он выпутался из одежды и написал Эрику сообщение с кодом от ворот. Глаза слипались, и сил хватило только чтобы заползти под одеяло и еще пару раз оглушительно чихнуть. И только закрывая глаза, он вспомнил об оставленных в коридоре снадобьях Эрика.

Ему снилось что-то непонятное, темное и неприятное. Зак бежал куда-то, боялся не успеть и никак не мог сдвинуться с места. Ему было холодно, и одновременно тело будто пылало изнутри.

— Да ты весь горишь! — встревоженный голос вырвал его из душных объятий кошмара.

Зак попытался открыть глаза, но тут же зажмурился — свет был слишком яркий. Сильно болело горло, в нос будто напихали ваты, а на груди прочно уселся кто-то большой и тяжелый.

Но спрятаться обратно под одеяло ему не дали: схватили за плечи, вздернули вверх и буквально силой влили в горло теплое пряное питье. Зак послушно проглотил все до капли и с облегчением опустился обратно на подушку, наконец открывая глаза.

— Привет, — шепнул, силясь улыбнуться. — Извини, что-то я расклеился.

— Ничего, я поставлю тебя на ноги, — Эрик выключил большой свет, оставив только ночник у кровати. Потом принес из гостевой спальни еще одно одеяло. — Сначала тебе надо согреться, — укрыл Зака, тщательно подоткнув одеяло со всех сторон.

За окнами снова бушевала непогода. Зак старался держать глаза открытыми, но получалось не очень. Питье сняло першение в горле и разлилось внутри приятным теплом.

— Ложись ко мне, — попросил было Зак, но тут же спохватился. — Ну если заразиться не боишься.

— Я подстраховался, — Эрик быстро коснулся губами его скулы, и Зак почувствовал в его дыхании пряные ноты эфирных масел.

Ласард быстро разделся, впрочем не забыв тщательно сложить одежду в идеальную стопку, и забрался под одеяла. Сел, широко расставив ноги, и втащил Зака между ними, удобно устраивая головой на своей груди. Снова тщательно укрыл, обнял за талию.

— Ты же в курсе, что простуду принято лечить хорошим сексом? — пробормотал Зак, безропотно позволяя Ласарду закутать себя в кокон.

— Где-то я читал, что это коварное заблуждение, — фыркнул Ласард, прижимая его к себе. — Травы, покой и сухое тепло. Надо было загнать тебя в сауну в клубе и самому отвезти домой.

— Ты и сам как сауна, — проворчал Зак, хотя как раз сейчас не имел ничего против горячего, как печка, тела в самое тесной близости. Он закрыл глаза и вслушался в мощный ровный стук сердца под щекой.

— Это хорошо, прогрею тебя, — большие ладони Эрика скользнули по его животу к груди, потом снова двинулись вниз. Зак вспомнил, как утром Ласард ласкал его — жарко и жадно, как он сам цеплялся за мокрые от дождя плечи, а недавно скошенная трава щекотала поясницу.

Воспоминания заставили кровь бежать быстрее. Зак свободно втянул носом воздух — от неизвестного снадобья Ласарда насморк будто высушило смесью пряностей, и в груди стало куда свободнее. Поерзал, устраиваясь удобнее.

— Ты точно не заразишься? — спросил Эрика. Надо было бы отправить Ласарда домой, но так не хотелось… — Или у тебя иммунитет ко всему на свете?

— Я заварил большой чайник отвара, выпью перед сном — и все будет в порядке, — Эрик снова погладил его по животу, очертил подушечками пальцев пупок, проследил пальцами тонкую дорожку волос, тянущуюся к паху.

— Не думал, что ты готов на такие подвиги ради меня, — Зак улыбнулся, стараясь не зацикливаться на перемещениях его руки. И правда — секс сейчас определенно бы не лучшей идеей.

— Болеть в одиночку — не самое приятное занятие, — пальцы коснулись лобка, мягко надавили и снова вернулись на живот, выписывая по коже круги и зигзаги. — Тем более, в какой-то степени я виноват в твоем состоянии.

— А еще у меня синяк на жопе, — хмыкнул Зак. — От лимона. И ты просто обязан прямо сейчас за это извиниться!

— Кровоподтеки отлично лечатся пиявками, — заявил Эрик. Его рука втиснулась между их телами, безошибочно находя болезненный участок. — Но я слышал об одной экспериментальной методике. Могу попробовать, если хочешь.

— Конечно, хочу, — Зак довольно улыбнулся и прижался к нему крепче. — Вдруг у меня снова будет нестандартная реакция?..

— Гарантирую, в этот раз она будет самая что ни на есть стандартная, — уверенным тоном сказал Ласард. — Ляг на живот, — попросил, понизив голос.

— Ммм… — Зак крутанулся в его руках и сделал как было велено — лег животом на живот Эрика. — Так?..

— Почти, — Эрик погладил его по спине от шеи до копчика. — Ты просто чудесно смотришься, но так я не смогу провести лечебное мероприятие, — он коснулся губами подбородка Зака и без видимых усилий переложил его на матрас рядом с собой, опрокинув на спину. Провел раскрытыми ладонями от горла до бедер, безжалостно игнорируя заинтересованно дернувшийся член, и перекатил Зака на живот. — Устраивайся удобнее, — посоветовал, подсовывая ему под голову подушку.

Зак с готовностью сгреб подушку и с удобством улегся, наблюдая за Ласардом через плечо.

— Ты меня обманывал, — заявил он со смешком. — Все у тебя в порядке с сексуальностью.

— Я не говорил, что с ней что-то не в порядке, — Эрик покачал головой. — Просто до тебя я считал, что духовное важнее телесного. И был абсолютно уверен, что по значимости секс куда ниже работы, самосовершенствования, тренировок, духовных практик и книг.

И прижался губами к ягодице Зака, обжигая кожу прикосновением.

— Ты всегда можешь положить книгу мне на задницу, — фыркнул Зак, с удовольствием прислушиваясь к ощущениям.

— Предпочитаю ее без дополнительных аксессуаров, — Эрик с явным удовольствием помял загорелую кожу, а потом скользнул пальцами между ягодиц Зака.

Это была чувственная, нежная ласка. Ожидания Зака оправдались в полной мере — длинные чуткие пальцы были ласковыми, сильными и безжалостными. С методичностью настоящего врача Эрик разминал, надавливал, массировал, не оставляя без внимания ни миллиметра чувствительной плоти. Заставлял стонать, задыхаться и ругаться, с хирургической точностью препарируя наслаждение на составляющие.

Когда он наконец навалился на Зака, прижимая к матрасу, и плавно, в одно движение вогнал в него член, сил осталось только облегченно выдохнуть и без сил опустить голову на подушку. Но Ласард и тут все решил по-своему. Раз за разом он доводил Зака до исступления, трахая идеально сладко, а потом оставлял задыхаться от возбуждения и разочарованно стонать, когда оргазм в очередной раз ускользал. Стоило Заку чуть успокоиться, как все начиналось снова — сильные мощные движения члена внутри него, крепкие объятия и поцелуи в шею и плечи.

— Ну хватит! Хватит уже! — наконец взмолился он и попытался дотянуть до члена.

— Еще немного, — хрипло ответил Эрик и схватил его за запястье. Вроде нежно, но крепко, не вырваться.

Он продолжал двигаться все в том же неторопливом ритме, и Зак почти отчаялся. Он пытался двигаться бедрами навстречу, тереться членом о простыню, но наверное, проще было выбраться из-под бетонной плиты. Возбуждение снова нарастало, но Зак уже почти отчаялся кончить и бессильно распластался под Ласардом.

А тот, вместо ожидаемого замедления, вдруг начал двигаться резко и быстро, вгоняя член почти вертикально.

ТАК Зак не кончал еще никогда раньше. Болезненно-жгучее наслаждение выкручивало жилы, заставляло выть на одной ноте и сотрясаться всем телом еще долго после того как судороги уже отступили. Даже сперма все лилась и лилась на простыни, и Зак вскрикивал, чувствуя путь каждой капли.

Ласард сгреб его в охапку, застонал в голос, двигаясь все быстрее. Зак ощущал, как пульсирует член внутри его тела, как выплескивает горячую влагу. Кажется, он чувствовал пульс Эрика и его дыхание как свои собственные.

— Я схожу за полотенцем, — прошептал Эрик, когда Зак перестал вздрагивать и расслабленно уткнулся лицом в подушку.

Зак честно хотел ответить — или хотя бы свести ноги — но в итоге промычал что-то невразумительное и закрыл глаза. Было жарко и хорошо настолько, что кружилась голова, а стоило смежить веки — закружилось и все пространство. Чувствуя, будто летит куда-то то ли вверх, то ли вниз, Зак отключился.

В первый момент Эрик решил, что Камерон потерял сознание: тот безвольной куклой лежал, уткнувшись лицом в подушку. Но оказалось, Зак просто спал — глубоко и безмятежно. Эрик сменил простыню, мягко перекатив так и не проснувшегося Зака, уложил его набок и укутал одеялом.

Щеки Камерона больше не пылали нездоровым румянцем, из дыхания ушел свист. Эрик сходил на кухню, наполнил привезенный из дома термос отваром трав. Самому ему не хотелось спать, получившее порцию эндорфинов тело требовало движений. Послонявшись по дому, Эрик взял найденные в гараже грабли, мешок для мусора и вышел в сад.

Пришлось выбросить почти все упавшие плоды — они были или неспелыми, или разбились при ударе о землю, но все равно набралась приличная кучка цитрусовых. Закончив с уборкой, Эрик устроился в кресле и принялся чистить самый большой мандарин.

В голове было пусто. Да, честно говоря, не хотелось в принципе о чем-то думать, ведь тогда неизбежно придется признаться себе в том, что всю жизнь он жестоко ошибался. В том, что важно в этой жизни, а что нет. В том, что вполне способен, как выяснилось, на нормальные человеческие чувства.

А еще — и позволить оформиться этой мысли было труднее всего — что так много потерял, многие годы подавляя эти самые чувства в зародыше. Глуша их медитациями, опровергая доктринами и учениями. И вся его идеальная, правильно выстроенная и филигранно отлаженная жизнь на самом деле — просто бесталанная черно-белая постановка с “картонными” героями и шаблонными персонажами.

Эрик бросил в пакет мандариновую кожуру и положил в рот одну дольку. Желудок голодно сжался, намекая, что неплохо бы добавить к мандарину что-то посущественнее и желательно не почти безвкусную куриную грудку на пару.

А к черту. Все равно это все продлится совсем недолго… Прикончив мандарин, Эрик решительно пошел в дом. Холодильник ломился от самой разной еды, и найдя тарталетки с икрой и розовый, потрясающе пахнущий ростбиф, Эрик с аппетитом поужинал. Питание он все-таки пересмотрит. А вот к медитациям рано или поздно придется вернуться.

Но сегодня можно было просто подкатиться под бок к Камерону, прижать его к себе и уснуть, вслушиваясь в дыхание. Складывая посуду в посудомойку, Эрик негромко усмехнулся, вдруг осознав, что куда приятнее спать с кем-то, чем одному. Раньше он считал это неприемлемым, думал, что совместный сон не дает возможности нормально выспаться, но только теперь понял, как ошибался. Взяв термос с собой, он направился в спальню.

Камерон спал все в той же позе, укутанный по самые уши в одеяло. Сейчас он казался гораздо моложе своих лет, каким-то беззаботным. Его телефон негромко пиликнул, оповещая о чем-то, потом его экран осветился и потух: автоматически перешел в ночной режим, догадался Эрик. Он разделся и забрался под одеяло, обнимая Зака со спины.