Стань Звездой!

Глава 59

Дождь перерос в самый настоящий шторм. Улицы превратились в каналы, повсеместно запруженные заглохшими автомобилями. Те, кто еще мог передвигаться, застряли в почти безнадежных пробках.

Эрик досадливо ударил по рулю, уткнувшись в хвост очередной очереди на светофор. Посмотрел на экран навигатора: предлагаемые системой маршруты объезда были ничуть не лучше.

С момента окончания разговора с Куртом прошло уже два часа, и если верить навигатору, до квартиры Зака он доедет еще через полтора. Эрик не хотел даже думать о том, сколько успеет принять Зак за это время и чего именно. И упрямо отталкивал от себя неприятную мысль, что скорее всего не застанет Зака и Деб дома — они наверняка уедут искать нового кайфа в развлекательные клубы или на квартиры к дилерам.

Когда оставалось полчаса до цели, снова позвонил Курт.

— Ну что там? — спросил он быстро, явно торопясь.

— Не знаю, я еще не доехал, — Эрик увидел свободное место в соседнем ряду и поспешил перестроиться. — Город накрыло штормом, пешком и то быстрее… Твою мать, да куда ты прешь! — рявкнул Эрик, резко давя на тормоз и выкручивая руль, чтобы уйти от столкновения с микролитражкой, внезапно вырулившей перед ним из-за автобуса.

Сидевшая за рулем молодая девчонка, казалось, не обратила внимания, что ее машину едва не подмял под себя огромный джип. Вцепившись в руль так, что побелели костяшки пальцев, она смотрела вперед. На пассажирском сидении была установлена автолюлька, и Эрик услышал надрывный плач младенца, несмотря на закрытые окна и льющийся дождь.

— Спокойнее, мой неспокойный друг, — выдохнул Курт, кажется, скорее по привычке. — Долго тебе еще?

— Минут двадцать, если больше под колеса никто не бросится, — Эрик посмотрел в зеркало заднего вида: девчонка свернула на подъездную дорожку к госпиталю. — У тебя когда заседание? — он пристроился за фургоном UPS.

— Прямо сейчас, — Курт тихо фыркнул. — Перерыв. Не иначе как судье отлить приспичило.

— Понятно, — Эрик улыбнулся и в очередной раз глянул на навигатор. Дорога впереди из безнадежно-алого окрасилась в почти благословенный желтый. — Давай, заставь своих оппонентов просить перерыв, чтобы не обгадиться прямо при судье. Я напишу, как найду Зака.

Если он его найдет. Но Эрик не хотел сейчас озвучивать Курту свои опасения. Ему нужна холодная голова, чтобы не проиграть дело после того, как он уже столько сделал.

— Все будет хорошо, — тихо сказал Курт и снова вздохнул. — Поверь моему опыту.

В его голосе было что-то такое, что на плечи Эрика будто легла бетонная плита. Сколько раз Курт уже проходил через это? Не нужно было спрашивать, чтобы узнать ответ. Не десять и даже не двадцать. Очередной срыв Зака, поиски его по притонам, врачи, лекарства и очередные обещания, что в этот раз точно все.

И тут впервые за все время их знакомства Эрика внезапно посетила мысль, что, возможно, не только Зак все эти годы держал дистанцию. Каким бы сильным ни был Курт и какой бы глубокой ни была его любовь, человеческое терпение имело твои пределы.

— Вы ведь встречались в юности… — протянул он, зная, что не должен задавать этот вопрос сейчас, когда у Курта заседание суда, а сам он вот-вот доедет то квартиры Зака. И все же удержаться не хватило сил. — Так почему расстались?

В трубке послышалось негромкое ругательство и щелчок зажигалки.

— Деб… — Зак чувствовал, что улыбка выходит истерично-шальная. — Хотел бы я сказать, что рад тебя видеть, да не могу, сама понимаешь.

— Да ладно, братишка, — Деб бесцеремонно уселась рядом с ним. — Я думала, ты ее продал, — она зарылась пальцами в высокий ворс напольного покрытия. — Уверена была, что все концы обрубил.

Крыть было нечем, и Зак промолчал. Дебора же ухватила его за подбородок и развернула к себе, цепко заглядывая в глаза.

— Надо же… — протянула она то ли удивлением, то ли с удовольствием. — Чистый.

— Я — не ты, — отрезал Зак и вывернулся из ее рук.

— Ну да, ты у нас символ торжества воли над желаниями, — фыркнула она, кажется ничуть не расстроенная его резкостью. — Знаешь, что в квартире есть нычка, и не трогаешь ее десятилетиями, работаешь сколько скажут, снимаешься в фильмах, которые должны выстрелить по мнению твоего агента… — она достала из кармана пачку сигарет, прикурила. — Ты, мать твою, даже влюбляешься по расписанию. И исключительно взаимно, твою мать.

— Она и твоя мать тоже, — бессильно огрызнулся Зак и отнял у нее сигарету. А потом поднес собственную зажигалку к еще одной для Деб. — И какое, к херам, расписание? — поинтересовался все-таки.

— А сам не понял еще? — Деб выпустила струю дыма. — Первый раз как все. Когда от гормонов голову сносит и любой, кто обратил на тебя внимание, кажется принцем на белом коне. А потом — когда достиг в жизни всего, поборол все свои пороки и исправил ошибки юности. Уже основательно, с расчетом встретить вместе старость, — она снова затянулась. — Ты конечно отличился, вместе со взрослой любовью и детской решил искусственное дыхание сделать. Но тебе всегда везло, и тут сработало.

— Сама ты… — Зак поморщился. — Детская. Детская заканчивается вместе детством. А я… — и он умолк, так и не решаясь озвучить очевидное.

— Да нет, детская как раз самая крепкая, — Деб откинула голову назад, упираясь затылком в стекло. — Она, сука, вцепляется в тебя, как раковая опухоль, и с годами отращивает новые и новые метастазы.

Зак невесело усмехнулся такому сравнению, пережидая острый спазм в груди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты тоже все еще его любишь? — спросил он глухо, впервые осмелившись задать этот вопрос вслух.

— Еще как, — шепотом ответила Деб и снова потянулась за сигаретой. Потом резко выпрямилась и посмотрела на Зака. — Погоди ты о ком? — спросил она. Сверкнула молния, и в ее холодном свете лицо Деб показалось мертвенно-бледным.

— О Курте, — Зак тоже развернулся к ней. — А ты?..

— Этот тощий очкарик? — фыркнула Деб и расхохоталась. Затянулась, поперхнулась дымом и закашлялась. — Брат, я думала, ты меня лучше знаешь, — она придвинулась ближе, коснувшись плечом его плеча. — Нет, Курт Льюис был героем исключительно твоих мокрых снов.

Тогда кто? — бился в голове вопрос, но Зак отчаянно боялся его задать. Потому что совершенно точно знал: в юности Деборы — в той юности, которую они провели вместе — никаких других парней не было. Только Курт и… он сам.

Дебора поняла его молчание правильно. Усмехнулась горько, затушила сигарету прямо об пол.

— Давай, — не глядя на него, она пихнула Зака под локоть. — Делай, что хотел. Я ведь знаю, зачем ты сюда приехал.

Зак покосился на нее и опустил глаза на железную коробочку из-под леденцов.