Стань Звездой!

Глава 43

Зак лежал на кровати и играл на планшете. Это его увлечение неизменно удивляло Эрика, хотя он знал, что в современном мире в игры играют далеко не только дети.

— Не думал, что ты настолько зависим от еды, — бросил Эрик пробный шар. Скандалить совершенно не хотелось, ему хватило вчерашней сцены, но он уже привык доверять Курту. К тому же, он знал Зака лучше, чем кто-либо другой.

Зак стиснул зубы, кинул на него затравленный взгляд и промолчал.

— Хватит сидеть букой, — Курт улегся с другой стороны кровати и отобрал у него планшет.

— Да отъе… — Зак умолк на полуслове и с трудом поправился: — Отвали!

— Мне казалось, ты достаточно повзрослел, чтобы не злиться на весь мир из-за какого-то пирожного, — Эрик присел на свободный край кровати. — И уж Курт точно ни чем не виноват, — он накрыл ладонью колено Зака.

— А ты мне кто, папочка? — огрызнулся Зак, дернув ногой.

— А тебе что, подгузники менять надо? — Эрик посмотрел на Зака. Краем глаза он увидел, как Курт ободряюще кивнул, а потом устроился удобнее, откинувшись на подушки.

Зак обвел их обоих взглядом, кажется, сообразив, что происходит, резко сел.

— У самого еще молоко на губах не обсохло! — прорычал он и дернул Эрика за руку, беря в неожиданно цепкий и сильный захват.

Инстинкты сработали раньше, чем разум успел остановить тело. Эрик дернул Зака на себя, одновременно выворачивая его руку.

Но Камерон оказался быстрее и, к полной неожиданности Эрика, сильнее. Он предугадал его действия и буквально взвился в воздух, оседлывая бедра Эрика. Усилил захват, завел руку Эрику за спину, а потом опрокинул его на матрас лицом вниз.

Боль вспыхнула в месте старого перелома, растеклась от плеча вниз, к локтю, поползла к шее. Камерон навалился на Эрика всем весом, по-настоящему злой, тяжело дышащий. От него волнами расходилась слишком долго подавляемая ярость и смешивалась с бушующим в крови Эрика адреналином.

Он мог бы сбросить Зака с себя, сил хватило бы, и плевать на боль. Но злое, такое неправильное возбуждение оказалось тем самым неожиданным бонусом, обещанным Куртом. Они — Льюис и Камерон — хорошо знали, что последует за резкими словами, но для Эрика это оказалось полной неожиданностью. Разумеется, он знал, что бывает злой секс и даже насилие, но никогда не представлял ничего подобного по отношению к себе самому. Тогда почему, черт побери, член уже рвет штаны от одного лишь звука тяжелого дыхания? Почему боль в руке отдается в паху едва ли не удовольствием? И почему оказалось так сладко уткнуться лицом в простынь и ждать, что же последует дальше?..

— Да, мои хорошие, покажите класс! — послышался хриплый голос Курта.

Зак, будто пришпоренный конь, рванулся вперед, буквально вдавливая Эрика в матрас. В поясницу уперся твердый, горячий член, дыхание опалило кожу.

Чтобы освободить руки, Зак придавил его руку коленом, и это почему-то завело его больше — настолько, что Камерону пришлось постараться, чтобы стащить с него штаны. Колом стоящий член никак не желал выпутываться из ткани.

— Думаешь, самый умный? — прорычал Зак, наклонившись, и коленом широко развел Эрику ноги.

— Нет, но я знаю, кто тут самый болтливый, — выдохнул Эрик, подтягивая колени чуть ближе к животу, чтобы принять хоть сколько-нибудь устойчивую позу. — Все утро только языком и треплет.

По телу прокатилась очередная горячая, колко-сладкая волна предвкушения. Эрику хотелось заставить Камерона окончательно потерять голову, одним движением засадить член до самого основания и тут же, не дав и секунды, чтобы привыкнуть, начать трахать. Чтобы скрипели пружины матраса, а спинка кровати ощутимо ударяла о стену.

Он так настроился на резкое грубое вторжение, что совсем не ожидал мягких прикосновений чутких пальцев. И это совершенно точно не была рука крепко сжимающего его локоть и бедро Зака. Курт обильно и мягко смазал анус, с явным удовольствием провел ладонью по члену и осторожно отогнул его вниз. Эрик задохнулся от незнакомых ощущений. Теперь лобок терся о простыню, а загнутый член пульсировал между ног, еще больше налившись кровью. Курт хмыкнул, придавил ствол ладонью и хлопнул Зака по заднице свободной рукой.

— Держи крепче, ковбой, — сказал хрипло и вытянулся рядом.

Эрик не увидел, почувствовал, как Зак потянулся к Курту за поцелуем. А потом горячие, чуть подрагивающие пальцы оттянули в сторону ягодицу Эрика и в чувствительные складки ануса ткнулась горячая головка.

Хотелось податься назад, самому насадиться на твердый член, ощутить, как чужая плоть раздвигает мышцы и заполняет его, но Камерон еще сильнее заломил руку Эрику, заставляя оставаться неподвижным, а потом толкнулся вперед так мощно, будто хотел проткнуть насквозь.

Пружины наверняка скрипели, а кровать билась о стену, вот только Эрик всего этого не слышал. Неудобная и казалось бы унизительная поза, рука Курта на вывернутом члене, безжалостная порывистость Камерона — от всего этого он рычал и выл, заглушая все звуки собственным голосом. В какой-то момент Зак отпустил его руку, навалился ладонями на плечи, вжимая в матрас еще сильнее, и Эрик почувствовал, как сквозь разбухший до предела член проталкивается сперма.

Оргазм опаздывал. Между бедер уже стало мокро, когда по позвоночнику стегнула первая горячая волна и понеслась по телу. Эрик выгнулся, жадно хватая воздух онемевшими губами и забился, едва не сбрасывая с себя Зака.

Только дождавшись, когда его перестанут сотрясать судороги удовольствия, Зак наконец притормозил и дал ему немного свободы. Облегченно выдохнув, Эрик поднял голову, чтобы глотнуть воздуха, и обнаружил, что Курт сидит рядом и неспешно ласкает себя, глядя на них во все глаза. Поймав взгляд Эрика, он улыбнулся и негромко застонал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Иди ко мне, — одними губами прошептал Эрик. Курт услышал его, кивнул, как зачарованный, и двинулся к ним.

— Ты насытился кровью, мой воинственный друг? — спросил у Зака. — Поделишься добычей?

Зак проворчал что-то невразумительное и наконец выпрямился, останавливаясь.

— Ты как? — спросил у Эрика, погладив его спине.

— Отлично, — Эрик оглянулся через плечо, медленно поднялся на колени. Голова кружилась, а тело ощущалось невесомым. Он поймал Зака за руку, притянул к себе, быстро поцеловал в пересохшие губы. Потом накрыл рукой все еще твердый член. — В седло, ковбой, — прошептал, глядя в мутные, расфокусированные глаза. — Я вырвался вперед, надеюсь сделать тебя на целый круг.

Он опустился на локти и поднял взгляд на неподвижно застывшего возле них Курта.

Зак медленно двинул бедрами, снова входя в него до упора, а Курт придвинулся ближе и накрыл ладонью его горло.

— Пустишь меня? — спросил хрипло. — Ненадолго…

— Въезжай, — шепнул Эрик и поймал губами головку его члена. Обвел языком вокруг, собирая солоноватую смазку, позволил скользнуть дальше, протиснуться в горло.

Курт со свистом выдохнул сквозь стиснутые зубы. Он так и оставил руку на горле Эрика, и наверняка ощущал свой член под натянувшейся кожей. Зак застонал, до боли вцепился пальцами в бедра Эрика и снова набрал темп. Вбиваясь в Эрика, он толкал того на член Курта, а когда подавался назад, тянул за собой, так что во рту оставалась только головка.

Эрик мог контролировать только горло, заставляя мышцы оставаться расслабленными. В остальном он всецело принадлежал сейчас Камерону и Льюису, был их общей игрушкой. И эта беспомощность и бесправность неожиданно заводила. Член, еще минуту назад безучастный к происходящему, снова налился кровью и тяжело бил по бедрам и животу в такт движений Зака.

А потом оба вдруг остановились. Эрик ощущал оба члена глубоко внутри — их пульсирующие стволы и головки. И дернулся было в погоне за прерванным наслаждением, когда вдруг понял причину остановки: Курт и Зак целовались над его спиной.

А потом Зак буквально распластался на нем и сунул руку под живот. Прежде чем обхватить член, погладил по животу, взвесил на ладони мошонку. А потом с силой протиснул через кулак головку. Эрик застонал от почти болезненного удовольствия.

— Простите, но я все, — выдохнул Курт и начал быстро, рвано двигаться. Его член, ставший невозможно твердым, проскальзывал глубоко в горло.

Эрик принимал его уже совершенно спокойно — лишь глубоко дышал через нос, зажмурившись и надеясь не потерять сознание от удовольствия, своего и чужого. Кулак по-прежнему скользил по его члену, а чужой — твердый, горячий — распирал все внутри. В этот раз Эрик кончал молча — изливающийся в горло член не давал произнести ни звука.

Руки ослабели, подламывались, но Эрик заставлял себя сохранять позу, чтобы не причинить никому боли.

Курт осторожно отстранился, как только Эрик сглотнул последние капли. Сел прямо перед ним, так что колени уперлись в плечи Эрика.

— Немного подстрахую, — голос Курта звучал хрипло. — Кончай, наш ненасытный друг, — сказал, глянув на Зака через плечо Эрика.

Эрик потянулся к нему за поцелуем, жалея, что не может обнять его.

— Еще немного, — шепнул Зак Эрику и поцеловал его между лопаток.

Чувствовалось, что вся его злость испарилась, и осталось только чистое, ничем незамутненное желание. Ему действительно понадобилось совсем немного времени и еще один поцелуй Курта, который поспешил сорвать с его губ самый сладкий стон первой оргазменной судороги. А потом Зак обхватил Эрика за плечи и потянул его вбок, роняя на кровать.

— Прости, — прошептал он. — Я не хотел на тебя рычать.

Руки и ноги затекли и не слушались. Эрик неуклюже развернулся, ложась лицом к Заку, обнял его.

— Ты очень горячо рычишь, — шепнул в ответ, почти касаясь губами щеки Зака. — Кажется, стоит провоцировать тебя почаще.

Ответная улыбка Зака была довольно кислой, и Эрик уже начинал понимать, почему.

— Главное — довести до катарсиса, — Крут лег рядом и подсунул руку им под головы.

— Это непременное условие, — Эрик поймал его вторую руку, потянул на себя, устроил у Зака на талии, и накрыл своей ладонью сверху. — С остальными проблемами мы разберемся по мере их поступления.

Надо было вставать. Просмотреть почту и мессенджеры, съездить в клуб и на студию. Но сегодня Эрику, едва ли не впервые в жизни, хотелось послать весь мир к черту и весь день провести с Заком и Куртом. Валяться в кровати, посмотреть какой-нибудь фильм или даже попытаться понять, что к чему в так обожаемой Заком игре.