Стань Звездой!

Глава 51

Губа лопнула, не выдержав пластиковости улыбки, и противно щипала каждый раз, когда Зак слизывал с нее очередную капельку крови. Зажить ей не давали. Весь день он кивал, как китайский болванчик, улыбался направо и налево и был самым примерным в мире мальчиком. Звездным мальчиком, конечно, что не отменяло необходимости соответствовать выбранному амплуа.

Он и раньше знал, что эмоциональная усталость сильнее физической, но сегодня, кажется, впервые ощутил это на своей шкуре. Даже голод отступил на второй план. А может, диета Ласарда наконец начала действовать?

Или этот его чай?.. В последние дни Зак даже перестал пить кофе, опустошая чайник за чайником. Утром — со вкусом имбиря, днем тот, с запахом земли и почти неощутимым уже дерьма, а вечером — пряный, ни на что не похожий. Зак и не предполагал, что может выпить столько жидкости, если речь не шла об алкоголе.

Самое смешное, что вроде помогало. Курт сказал, что скорее всего это самовнушение. Заку было все равно. Он довольствовался тем, что вес уходил, а настроение позволяло не только не разосраться с Ласардом в пух и прах, но и быть вполне адекватным в общении с другими.

Он обдумывал, не пора ли добавить к кардионагрузкам и растяжке еще и упражнения с собственным весом, когда услышал басовитый рык мотора тяжелого джипа.

Было ужасно лень вставать, но Зак себя пересилил. Но выйдя встречать Эрика, без сил опустился на траву, скрестив ноги.

— Привет, — он улыбнулся было, но проклятая губа снова лопнула, и он зашипел.

— Привет, — Эрик вышел в сад. Улыбнулся, ощутив траву босыми ступнями и опустился на газон рядом с Заком. Вытянул длинные ноги, скрестив их в лодыжках, подставил лицо лучам заходящего солнца. — Ну что, тебя не растерзали на тысячу маленьких Камеронов? — он привычно сгреб Зака в медвежьи объятия. — Как тебе день в начальной школе?

— Прекрасно! — скривился Зак. — Великолепно! Замечательно!

— Что, пятилетки не теряют дар речи от осознания встречи со звездой, как делают более старшие фанаты? — Эрик аккуратно уложил Зака головой себе на бедро, едва ощутимо коснулся лопнувшей губы. — У меня есть хорошая мазь, но это на ночь. Она горькая, а я рассчитывал на пару поцелуев.

— Иди сюда, — Зак обхватил его рукой за шею и потянул к себе. — Я чертовски по тебе скучал весь день, — прошептал в губы. — Придумал сотню номеров, которые мы могли бы поставить, и которые были в сотню раз лучше этого детского сада.

От поцелуев губа заболела сильнее, но Заку было на это плевать — так хотелось ощутить тепло и нежность чужих губ.

— Мы могли бы поставить шикарный трюковой номер в стиле Детсадовского полицейского, — ответил Эрик. Он улегся на траву, приподнял Зака. укладывая головой себе на грудь. — Мне немного жаль, что нам так и не досталось больше ничего юмористического. Наша пьяная сценка вызвала фурор.

— Мне кажется, сейчас ты сыграл бы ее намного лучше, — улыбнулся Зак, кладя руку ему на грудь. На Ласарде была совсем простая белая футболка, но его спортивная сухощавая фигура делала ее простоту весьма сексуальной. Тем более, что природа щедро наделила Эрика ростом и статью.

— Наверное, именно поэтому меня отправляют на кухню, — Эрик забрался Заку под майку, накрыл ладонью живот. — Ты сегодня хорошо себя вел? — спросил вкрадчиво и скользнул пальцами под резинку штанов. — Впрочем, не отвечай, я все равно намерен тебя наградить.

— Нет, я вел себя ужасно, накажи меня! — вырвалось само собой, хотя сегодняшним днем Зак действительно гордился. Он ни разу не сорвался и сейчас тоже чувствовал себя вполне сносно. И даже под ложечкой не сосало.

— Чистосердечное признание? — ухмыльнулся Эрик. — Это смягчающее обстоятельство, но все равно наказание будет суровым, — он наклонился, легко коснулся губами губ Зака, но резко выпрямился, едва тот попытался углубить поцелуй. — Сегодня ты лежишь и отдыхаешь. Три нарушения — и я останавливаюсь на тридцать секунд, — и снова легко поцеловал Зака.

— Черт! — выдохнул Зак восхищенно. — Не думал, что ты способен на такой откровенный садизм!

— Сильна власть темной стороны, легко свернуть и нет пути обратного, — задумчиво выдал Ласард, копируя манеру одного магистра из далекой галактики. — Ни единого движения, — предупредил он и коснулся лба Зака кончиком указательного пальца — точно между бровей.

Это было совершенно не то, чего он ожидал. Вторая рука Эрика была по-прежнему у Зака в штанах, и некоторое время он мог думать только об этом. Но потом ощущения от пальца, осторожно растирающего круговыми движениями какую-то одному ему ведомую точку, все-таки пробились сквозь напряженное предвкушение. Зак и сам не заметил, как все его существо сконцентрировалось в этой самой точке. Он вытянулся на траве, соскользнув с широкой ласардовской груди, и закрыл глаза.

Эрик убрал руку из его штанов, сел. Теперь он начал медленно гладить Зака кончиками пальцев от пульсирующей точки на лбу вверх, проводя линии к волосам.

Он менял нажим, скорость, где-то проходился всего пару раз, на каких-то участках задерживался надолго. Потом переместился к области вокруг глаз и к скулам.

Зак вспомнил давний разговор Эрика и Курта. Ласард тогда сказал, что все тело человека — это одна эрогенная зона. И кажется, Зак прямо сейчас был готов поверить в его правоту.

Правда, настоящее возбуждение действия Эрика не несли, но вот его лицо, так отчетливо ощущающийся сейчас жар тела, запах каких-то трав, входящих в очень дорогое крафтовое мыло, которое Эрик использовал для своего опасного бритья… Заку казалось, что палец Ласарда магическим образом расплавил кости и теперь массирует напрямую мозг, обостряя чувствительность и восприятие, разгоняя усталость и головную боль.

— Лежи смирно, — прошептал Эрик, склонившись к его уху.

Теперь он массировал шею Зака, неторопливо спускаясь к груди. Точка за точкой, линия за линией Эрик будто чертил на его теле какую-то невидимую карту.

Это все еще не было возбуждающим в привычном смысле слова, но Заку казалось, его кожа истончается, оголяя нервы. И вот-вот он не просто почувствует прикосновения Эрика, но и услышит его мысли, ощутит чувства, попробует их на вкус.

Если вот это и есть тантрический секс, Зак не прочь иногда им заниматься, мелькнула мысль, и тут же была сметена ураганом ощущений и эмоций, когда Эрик потянул вверх футболку Зака и накрыл его живот теплыми ладонями.

Вопреки обещанию, он не сдержался. Вскинулся, схватился за руки Эрика и подтянул к груди.

— Я не хочу просто лежать, — прошептал, ловя осуждающий взгляд, и буквально затащил Эрика на себя, целуя.

— Терпение, юный падаван, — с улыбкой сказал Эрик, снова не дав углубить поцелуй. — Обещаю, ты не разочаруешься.

И он снова начал с шеи Зака. Только теперь повторял путь своих пальцев губами. То едва касался, то ощутимо прихватывал кожу чуть оттягивал ее.

Зак не понял толком, когда Эрик снял с него штаны. Из теплого, почти сонного марева его вырвало ощущение прохладной колкой травы под задницей и влажная теплая теснота, что обволокла член.

Это было чертовски здорово… и чертовски мало. Зак больше не видел Эрика, не ощущал жар его тела, не чувствовал запаха разгоряченной кожи. Наслаждение послушно копилось внизу живота, но сегодня возобладала жадность.

— Подожди, — выдохнул Зак, садясь. — Иди сюда, — он заставил Эрика развернуться вверх ногами и стащил с него джинсы. — Мне мало, — признался честно и улыбнулся, целуя его в живот.

— Я весь к твоим услугам, — Эрик уткнулся лбом ему в бедро.

А потом плавно подался назад, так чтобы Заку было удобно поймать губами головку его члена. Шумно выдохнул и в точности повторил движение Зака.

Вот теперь всего хватало в избытке. Зак с наслаждением водил языком по стволу, терся об него небом, губами, пускал головку в горло и выталкивал обратно. Для удобства он обхватил было ноги Эрика обеими руками, но быстро понял, что не дает ему двигаться, в то время как сам с удовольствием толкался бедрами Ласарду в рот. Тогда он снова лег на спину, отбросил в сторону мешающие джинсы и затащил Эрика на себя.

— Подожди, — попросил Эрик. Отстранился, оперся на колени и локти.

Дышать стало легче, но его член теперь был слишком далеко. Зак выгнул шею, запрокидывая голову назад, поморщился от вновь прошившей виски боли, и с силой толкнул Эрика вперед, заставляя лечь грудью себе на живот.

Ласард послушно скользнул вперед, кажется, даже не осознавая, насколько он открыт сейчас перед Заком. Кажется, его тоже занимал в первую очередь член, и Зак застонал, когда самая чувствительная часть головки проехалась по горячему языку. Наверное, и сам Эрик почувствовал тоже самое — толчок бедер был совершенно инстинктивным, но Зак схватил его за задницу и застонал снова, не позволяя отстраниться.

Это было сродни игре — они то пытались догнать друг друга, повторяя движения, то наоборот, принимались действовать вразнобой, когда в ответ на ласки головки Эрик проводил кончиком языка по всему члену. Свое удовольствие подстегивалось чужими стонами, толчками бедер и все более шумным дыханием Эрика.

Зак с удовольствием вминал пальцы в его ягодицы, гладил сильные бедра, ощущая, как мелко подрагивают мышцы. Обхватывал ладонью мошонку, мягко касался нежных складок ануса, не пытаясь проникнуть внутрь. Чувствовал, что Эрику, как и ему самому, в этот раз хотелось кончить только членом, ощущая, как вокруг головки сжимается горло.

А потом игра кончилась. Удовольствие оттеснило разум и стало задавать собственные правила. Эрик распластался на нем, навалился всем весом, не позволяя двинуться, не давая ни на сантиметр приподнять бедра. Сам он еще помнил, что Заку нужно дышать, и упирался коленями в землю, но казалось, еще чуть-чуть, и Эрик забудет и об этом. Зак держался за едва ощутимо дрожащие ноги, с упоением сосал член и ждал, когда же Ласарда окончательно сорвет.

Эрик толкнулся ему в рот, больше не жалея и заботясь только о своем наслаждении, когда Зак уже почти уверился, что этого не произойдет. Раскинув руки в стороны и дав Эрику полную свободу, Зак максимально запрокинул голову назад и расслабил горло, позволяя трахать себя со всей силы: глубоко и быстро, почти грубо.

Казавшийся просто огромным член каким-то невероятным образом помещался в нем весь — до самых гладко выбритых яичек, и Заку хотелось дать этому члену и его обладателю все, на что он только был способен. Удовольствие, наслаждение, ласку. У него уже сводило челюсть, но он этого просто не замечал, задыхаясь в своем и чужом удовольствии. В ушах шумело, не хватало кислорода, но если бы Зак мог, он бы оттягивал и оттягивал финал до бесконечности.

Оргазм обрушился на него с первыми каплями спермы, попавшей на язык. Эрик зарычал, стиснул его так, что на бедрах наверняка останутся следы, и задвигался еще быстрее, всаживая член Заку в горло, и одновременно сам буквально надевался на его член, пропуская невероятно глубоко и плотно обхватывая губами.

Зак снова схватил его за задницу и подталкивал вниз на каждом движении, делая его более сильным и резким, и сглатывал льющуюся в горло сперму.

Чтобы сделать вдох, Эрика пришлось сбросить на траву. Зак обнял его за ноги и перекатился на бок, прижимаясь отчаянно пульсирующим виском к влажной коже. И только слегка отдышавшись, нашел в себе силы развернуться и вытянуться, устроившись макушкой у Эрика на животе.

Эрик положил руку ему на грудь, накрывая горячей ладонью сердце.

— Придется ждать Курта, чтобы воплотить в жизнь мой замысел, — его голос был хриплым, а слова звучали прерывисто из-за сбитого дыхания. — Одному не справиться, уж больно… — Эрик окончательно осип. Он попытался откашляться. — Надо сделать чаю.

— И я даже знаю, куда Курт в итоге пристроится, — усмехнулся Зак. Его горло тоже саднило, и он несколько раз натужно сглотнул.

— Теперь и я это знаю, — усмехнулся Эрик и снова закашлялся. — Подъем, чай нужен срочно.

— Да, сейчас… — протянул Зак, но вместо того, чтобы встать, обнял его руку и закрыл глаза, улыбаясь неожиданно выглянувшему из облаков лучу закатного солнца.

Даже если они неделю не смогут говорить и сорвут съемки полуфинала, сейчас на это было ровным счетом наплевать.