Заложница дьявола

Глава 20: Властный голос

«Когда я понял, что ей нравится мой враг, внутри меня всё закипело. Я потерял контроль над собой, словно разум помутился. Гнев захлестнул меня с головой, и я больше не понимал, что делаю. Внутренний дьявол шептал, подталкивал, требовал одного — наказать её, жестоко и безжалостно.»

Эмир стоял за спиной девушки, сверля меня пронзительным, холодным взглядом. Казалось, что в его глазах горел необъяснимый, почти дьявольский огонь. Его лицо, обычно безупречно хладнокровное, теперь выражало нечто пугающее — смесь тёмного удовольствия и скрытого гнева. Было такое чувство, будто в него вселилось нечто нечеловеческое. Это был не просто человек, а воплощённое зло.

Я не знала, чего ожидать, но, глядя на дрожащих от страха девушек, почувствовала, как сердце забилось быстрее. Их ужас словно передавался мне, цепляясь за каждый нерв.

Эмир медленно провёл пальцами по шее стоящей перед ним девушки, словно изучая её страх.

— Прекрасно, правда, Лилу? — его голос был низким, хрипловатым, пропитанным издевательством. Он наклонился ближе к девушке, вдохнув запах её волос. — Мои девочки знают, что мне нравится.

Я сглотнула, чувствуя, как ком в горле становится всё больше. Его палец продолжал лениво скользить по её коже, оставляя за собой холодное напряжение, словно он мог в любой момент сменить ласку на жестокость.

— Страх, — продолжил он, не отрывая от меня взгляда. — Лучший учитель. Он делает людей покорными, ломает их гордость и учит смирению. Ты ведь это понимаешь, правда, моя дорогая женушка?

Его слова были словно лезвие, разрезающее воздух, обжигающее каждую клетку.

Я открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Эмир вдруг грубо толкнул девушку вперёд, и она, вскрикнув, упала на колени перед мной.

— Вставай, Мария! — рявкнул он. — Ты же знаешь, что я не люблю слабость.

Девушка, всхлипывая, попыталась подняться, но ноги её подкашивались. Остальные наложницы стояли как каменные изваяния, боясь пошевелиться.

— Что ты делаешь⁈ — закричала я, бросаясь к девушке, чтобы помочь ей подняться.

— Стоять, — резко приказал Эмир, схватив меня за локоть и грубо толкнув в сторону. Его хватка была железной, а голос — холодным и властным. — Сама справится.

— Почему ты так поступаешь? — спросила я, в голосе дрожала смесь гнева и отчаяния. Девушка подняла глаза, полные слёз, но тут же опустила их, будто боялась, что один лишь взгляд разозлит его ещё больше.

Эмир медленно вынул кинжал из ножен, его движения были нарочито неторопливыми, словно он смаковал каждое мгновение. Он подошёл к девушке сзади, держа оружие в руке, заставил ее подняться и, не торопясь, провёл лезвием вдоль её шеи. Он не касался кожи, но расстояние было настолько минимальным, что Мария зажмурилась и задрожала, словно почувствовала холод стали. Её всхлипы стали тише, превратившись в слабые, едва слышные звуки, которые казались эхом в удушающей тишине зала.

— Эмир, хватит! — закричала я, чувствуя, как ледяной страх окутывает меня. — Ты совсем сошёл с ума⁈

Он медленно повернул голову в мою сторону, его синие глаза горели пугающей уверенностью. Уголки его губ изогнулись в едва заметной, но зловещей улыбке.

— Сошёл с ума? — его голос был низким и хриплым, словно из самого ада. — Возможно. Но именно эта «безумная сторона» всегда заставляет всех подчиняться.

Кинжал продолжал скользить по шее Марии, и на её лице появилась крупная слеза.

— Скажи, Мария, ты готова умереть за меня? — спросил он хладнокровно.

Девушка всхлипнула, но покачала головой, с трудом произнеся:

— Да, мой господин…

— Умница, — кивнул он, проведя кинжалом по ее плече. Девушка дрожала и боялась.

Я не могла больше этого выносить. Внутри меня поднялась волна гнева, сильнее страха.

— Эмир! — я сделала шаг вперёд, стараясь держаться уверенно. — Отпусти ее.

— Лилу, за твою ошибку будет отвечать она, — прошептал он, — за каждое твое неповиновение будут отвечать другие. Ты хочешь этого, а, Лилу?

Эмир усмехнулся, заметив мой гнев. Его улыбка была лишена тепла, она только подчёркивала его холодный и беспощадный взгляд. Он снова повернулся к Марии, медленно провёл кинжалом по её руке, оставляя тонкую, едва заметную царапину. Девушка вскрикнула, но тут же прикусила губу, чтобы не выдать себя.

— Нет! — я шагнула вперёд, но он резко поднял руку, останавливая меня.

— Стой на месте, Лилу. Ещё одно движение — и она пострадает.

Его голос был холодным, каждое слово обжигало, как раскалённый металл.

— Не наказывай других из-за меня! — выкрикнула я, отчаянно пытаясь удержать голос ровным. — Я здесь. Делай со мной что хочешь, но оставь её в покое!

— В этом и есть суть, — ухмыльнулся Эмир. Он медленно провёл пальцем по лезвию кинжала, собирая каплю крови, а затем с демонстративной неторопливостью слизал её. Я невольно отшатнулась назад, ужасаясь его действиям. Его поведение казалось безумным, жутким, как будто в него вселился сам дьявол.

— Когда я наказываю другого, — продолжил он, глядя на меня пронзительным взглядом, — это больнее. Намного больнее, чем если бы я взялся за тебя. Ты чувствуешь это, правда, женушка?

Я с трудом подавила дрожь, чувствуя, как жалость и страх переполняют меня. Мне было жаль эту девушку, чья жизнь могла оборваться в любой момент из-за моего поступка.

— Я просто хотела помочь! — выкрикнула я, пытаясь донести до него свои чувства. — Я не хотела дерзить! Я только хотела спасти королевство!

Эмир сделал шаг ко мне, и его синие глаза засверкали гневом.

— Нет, Лилу. Ты хотела меня учить. Ты заявила, что я не хороший правитель. А ещё осмелилась назвать Аспера достойным! Твою мать, — он коротко рассмеялся, но смех этот был ледяным. — Я до сих пор удивляюсь, как я тебя не убил после этих слов.

Резким движением он схватил меня за горло, не сжимая сильно, но достаточно, чтобы я почувствовала себя загнанной в угол. Он притянул меня ближе, так близко, что я могла уловить запах табака и его тяжёлого, пряного парфюма.

— Что у тебя было с Аспером? — его рука медленно подняла кинжал, и он начал проводить окровавленным лезвием по моей щеке. Ощущение холодного металла, смешанного с липкой влагой крови, заставило меня сжаться от страха. — Отвечай!

Моё дыхание сбилось, но я старалась не поддаваться панике.

— Ничего, — ответила я, стараясь держать слёзы под контролем.

— Ты врёшь, — его пальцы сильнее сжали моё горло. — Я видел тебя насквозь на нашей свадьбе. Видел, как ты смотрела на него. Ты улыбалась, наслаждалась каждым мгновением, когда он был рядом. Это было написано на твоём лице!

Я попыталась убрать его руку, но его хватка была железной, и с каждым моим движением становилось только больнее.

— Тебе он нравится, да? — его взгляд проникал прямо в душу, требуя ответа. — Ну же, скажи мне!

— Нет, — прохрипела я, пытаясь сохранить хоть крупицу достоинства, но страх сковывал тело. Я всеми силами пыталась оттолкнуть его руку, но это было бесполезно.

— Ты лжёшь, — прошептал он, его лицо приблизилось настолько, что я ощущала его дыхание на своей коже. — Я чувствую это. Видел, как ты наслаждалась его вниманием, как твои глаза светились. Теперь ты хочешь доказать мне, что это не так?

Я смотрела прямо на него, из последних сил стараясь выдержать этот взгляд.

— Я не вру, — прошептала я, но голос предательски дрожал.

Кинжал снова коснулся моей кожи, на этот раз чуть ниже подбородка. Эмир провёл им по шее, оставляя едва заметный след, будто предупреждение.

— Я могу сделать с тобой всё, что захочу, Лилу. И никто, даже Аспер, не сможет тебя спасти.

Моё сердце билось так громко, что казалось, его могли услышать все в зале. Я видела, как другие девушки смотрят на нас, испуганные до глубины души, но не смея пошевелиться.

— Если ты хочешь доказать свою силу, — тихо сказала я, набираясь смелости, — делай это со мной. Но оставь других в покое.

Эмир замер на мгновение, его глаза изучали моё лицо, словно он искал в моих словах подвох. Затем его губы растянулись в пугающей улыбке.

— Ты хочешь быть героиней? — спросил он. — Как благородно.

Он резко толкнул меня, и я едва удержалась на ногах, пошатнувшись.

— С этого дня ты будешь делать всё, что я скажу. Иначе, — его взгляд впился в наложниц, а в руке блеснул кинжал, — за каждый твой проступок они расплатятся. Ты поняла?

Я нехотя кивнула, потому что теперь мне было действительно страшно. Не за свою жизнь, а за тех, кто пострадает из-за меня.

— А теперь, дорогая женушка, иди в баню, надень платье, через которое я увижу каждую деталь твоего тела, и приходи в мои покои. Я жду тебя, — Эмир холодно взглянул на наложниц, — Нарядите её, так, как мне нравится. Пусть она будет сексуальной, или лишу вас всех головы!

— Как прикажете, ваше величество, — ответили они в унисон.

Слезы катились по моей щеки, и я почувствовала небывалый страх. Я прижалась к ближайшему стулу, не в силах больше сдерживать эмоции. Я знала, что сегодня он не оставит меня в покое. Он сделает это специально. Я обняла себя руками, пытаясь успокоиться.

— Ваше величество, — подошла одна из наложниц, — Пора в баню.

Я закрыла лицо руками, чтобы скрыть свои слезы. Я всегда старалась быть сильной, но сегодня меня одолели сомнения и страх. Я не знала, что ответить, ведь я сама не понимала, как мне справиться с этим ужасом.

Я собралась, поднялась со стула и отправилась прямиком в баню. Несколько девушек сопровождали меня.

В бане меня встретила теплая влажная атмосфера, наполненная ароматами масел и цветов. Я стояла неподвижно, пока наложницы готовили все необходимое. Они молча взглядывали на меня, их лица были лишены эмоций, словно они давно привыкли к этому обряду подчинения. Затем они помогли мне раздеться.

— Садитесь, ваше величество, — мягко сказала одна из них, указывая на низкий мраморный стул у большого медного таза.

Я не двигалась. Ноги будто приросли к полу. Что он сделает, когда я войду в его покои? Как далеко зайдет эта ночь?

— Пожалуйста, — другая девушка осторожно взяла меня за руку, её голос звучал умоляюще. — Нам нельзя медлить.

Сделав глубокий вдох, я подчинилась. Пусть это всего лишь обряд, говорила я себе. Всего лишь очередной приказ, который я выполню ради того, чтобы избежать худшего.

Они начали процесс. Поливали меня теплой водой, добавляя в неё благоухающие масла, а затем нежно натирали кожу ароматными пастами. Всё это казалось обыденным, если бы не моя тревога, давящая изнутри, словно огромный камень.

— Вам не стоит бояться, — прошептала одна из наложниц, склонившись к моему уху. — Просто сделайте то, что он хочет.

Я встретилась с её взглядом.

— А если я не смогу? — шепнула я в ответ, едва сдерживая дрожь.

— Вы сможете, — коротко ответила она, продолжая натирать мои руки.

Когда обряд омовения был завершен, они принесли прозрачное платье из тончайшей ткани, которое больше напоминало паутину, сверкающую в лучах солнца. Каждая деталь подчёркивала всё, что я хотела скрыть.

— Наденьте, — приказала одна из наложниц, протягивая наряд.

Мои руки дрожали, когда я взяла платье. Казалось, что с каждым новым действием я теряю кусочек своей силы, своей личности.

— Всё будет хорошо, ваше величество, — снова прошептала та девушка, которая ранее поддержала меня.

Когда всё было готово, наложницы поднесли зеркало. В отражении я едва узнала себя. Лицо было бледным, глаза покрасневшими от слёз. Но где-то глубоко внутри ещё теплилась искра — слабая, но живая.

И это платье… Оно почти ничего не скрывало. Бельё телесного цвета сливалось с кружевной тканью, делая меня практически обнажённой. Сердце сжалось при мысли, что мне придётся предстать перед ним в таком виде.

— Накиньте на меня халат, — тихо, но твёрдо приказала я.

— Госпожа… — нерешительно начала одна из женщин.

— Я сказала, накиньте халат, — повторила я, глядя прямо на неё, давая понять, что обсуждать это не намерена.

Наложницы поспешили выполнить мой приказ, накинув на меня тонкий шёлковый халат цвета слоновой кости. Он едва скрывал прозрачное платье, но этого было достаточно, чтобы я могла чувствовать себя хоть немного защищённой.

Сделав глубокий вдох, я направилась к его покоям. Коридоры были погружены в полумрак, и каждый шаг отдавался эхом, усиливая моё беспокойство.

Я остановилась перед массивными дверями, толкнув их створки и вошла внутрь, чувствуя, как ноги стали тяжелыми, словно налились свинцом. Просторная комната была погружена в мягкий свет ламп. В центре, на низком диване, сидел он — Эмир.

Он расслабленно откинулся на спинку, раскинув руки, в одной из которых держал сигарету. Тонкая струйка дыма лениво поднималась вверх, растворяясь в воздухе. Его массивное, мускулистое тело полностью заполняло диван. На нём был чёрный свитер и тёмные брюки, подчёркивающие его силу и уверенность. Его взгляд сразу же нашёл меня. Глубокий, тёмный, пронзительный — он словно проникал под кожу, заставляя моё сердце колотиться быстрее.

— Ты пришла, — спокойно произнёс он, затягиваясь сигаретой. Его низкий, хрипловатый голос был пропитан самодовольством и властью.

Я остановилась в нескольких шагах от него, чувствуя, как его взгляд медленно скользит по моей фигуре. Кажется, он видел всё насквозь.

— Халат, — коротко приказал он, указывая сигаретой на мою одежду.

— Это… — попыталась я возразить, но он поднял руку, прерывая меня.

— Я сказал — сними халат. Или мне повторить?

Моё тело напряглось. Пальцы машинально вцепились в ткань халата, как в последнюю защиту. Я медленно развязала пояс и, борясь с внутренним протестом, позволила халату соскользнуть вниз. Его взгляд прошёлся по моему телу, задержавшись на каждом сантиметре. В его синих глазах мелькнуло что-то дикое, необузданное.

Я скрестила руки на груди, стараясь скрыться от его взгляда, чувствуя себя беззащитной и уязвимой.

— Умница, — произнёс он, вновь затягиваясь сигаретой. — Видишь, можешь, если захочешь.

— Я не хочу, — резко ответила я, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Я просто выполняю приказ.

— Мне всё равно, Лилу. Главное, ты делаешь то, что я хочу. А хочешь ли ты этого, мне плевать.

Я кивнула, глядя ему прямо в глаза, словно говоря: «Мне тоже плевать». Хотя на самом деле внутри всё сжалось от страха и ненависти.

— А теперь сними лифчик, — спокойно произнёс он, выпуская изо рта тонкую струйку дыма. — Я хочу видеть твою грудь, соски через прозрачное платье.

Его слова резанули по нервам. Я невольно сжала руки в кулаки, в груди поднялась волна ярости. Мне хотелось врезать ему, кричать, но страх за девушек, за их жизни сковал меня. Я знала, что Эмир способен на всё.

— Я знаю, ты мечтаешь меня убить, — продолжил он. — Но это сделаешь потом. Сейчас не заставляй меня повторять.

Мои пальцы дрожали, когда я ухватилась за тонкие бретельки платья и потянула их вниз. Стараясь не встречаться с его взглядом, я сняла лифчик, чувствуя, как кожа покрывается мурашками. Не теряя ни секунды, я надела платье обратно, сжав руки на груди, чтобы хоть как-то прикрыться.

— Убери руки, — коротко бросил он, голос его прозвучал как удар хлыста.

Я замерла, борясь с желанием ослушаться. Но перед глазами тут же возникли лица девушек, и я заставила себя подчиниться.

— Я сказал убери руки, Лилу, — повторил он. Его синие глаза сверкали так, будто он наслаждался каждым моментом моего унижения.

Медленно, дрожащими пальцами, я опустила руки вдоль тела, оставив свою грудь под тонкой прозрачной тканью платья на его обозрение. Его взгляд замер, изучая каждую деталь, и от этого чувства мне стало невыносимо стыдно.

Он усмехнулся и снова затянулся сигаретой, выпуская дым кольцом, словно демонстрируя своё полное превосходство.

— Красота, — хрипло произнёс он, прищурившись. — Ты должна гордиться собой, Лилу. С такой внешностью ты могла бы править миром.

Я сжала кулаки, стараясь не показать своих эмоций.

— Развернись, — приказал он вдруг.

Я замерла, не в силах двинуться.

— Развернись, — повторил он, на этот раз его голос стал холоднее. — Я хочу увидеть твою аппетитную задницу.

Медленно, словно в тумане, я выполнила его приказ, чувствуя, как его взгляд прожигает мою спину. Каждое движение давалось с трудом, словно я шла на казнь.

Когда я вновь оказалась лицом к нему, он усмехнулся снова затягиваясь.

— Хорошая девочка. Мне нравится, — усмехнулся он, не отрывая от меня хищного взгляда.

— Что-то ещё прикажете, ваше величество? — я произнесла это сдержанно, скрывая всё, что бурлило внутри.

Он молча отбросил окурок в стоящую рядом пепельницу, затем лениво поманил меня движением пальца.

— Подойди.

Сжав зубы, я сделала шаг вперёд, остановившись рядом с ним.

— Садись ко мне на колени, — сказал он с той же холодной уверенностью. — Дай мне потрогать это прекрасное тело.

Я знала, что сегодня он не отпустит меня. Сегодня он решил наказать меня по-своему. Я чувствовала это давно. Этот момент был неизбежен. Он ждал, а я оттягивала, но ночь всё же настала. Пусть она закончится сейчас.

Я не хотела быть с ним. Не хотела его касаний. Ненависть внутри меня разрывала на части, но я понимала, что сопротивление лишь усугубит ситуацию. Пусть всё закончится сегодня. Я сделаю то, что он хочет, а затем это будет просто ещё одна рана, которую придётся залечить.