Заложница дьявола

Глава 46: Сердечное тепло

Год спустя

Элеоноре всего три месяца, и она уже начала улыбаться, уверенно держит головку. Но у меня совсем пропало молоко — из-за переживаний, стресса, бессонных ночей. Она часто плакала, а я, хоть и старалась успокоить её, в конце концов передала кормилице. Так я перестала кормить её сама.

Я доверяла ребёнка только Кларе. Она знала, как заботиться о младенцах, и её помощь была для меня неоценима. Когда-то она потеряла собственного ребёнка сразу после рождения, и с тех пор зарабатывала тем, что выкармливала чужих детей. Теперь она кормила мою дочь, а я видела, с какой нежностью и заботой она относится к Элеоноре, словно к своей. Мне было жаль её. Потерять ребёнка — это самое страшное, что может случиться с матерью.

Сегодня мы с Кларой вышли в сад. Тёплое весеннее солнце согревало кожу, лёгкий ветерок ласково трепал мои волосы.

Весной Эмир ушёл на войну. Прошёл уже год.

Отец ничего не говорил мне прямо, но иногда давал осторожную надежду. Он всегда повторял, что подонки умирают последними. Хотелось в это верить.

Я не получала от Эмира ни писем, ни вестей. Не знала даже, знает ли он, что стал отцом. И если знает, как воспримет это, когда увидит её?

В последнее время я не ждала хороших новостей. И не спрашивала. Боялась услышать страшные слова: что всё кончено, что он проиграл, что его больше нет.

Но, несмотря ни на что, я продолжала ждать.

Клара осторожно поправила одеяльце на Элеоноре, защищая её от лёгкого весеннего ветерка. Я шла рядом, рассеянно касаясь кончиками пальцев распускающихся цветов на ветках. Сад был наполнен запахами свежей зелени, нежного жасмина и тёплой земли после утренней росы.

— Она растёт с каждым днём, — заметила Клара, поглаживая малышку по спинке.

Я улыбнулась, наблюдая, как Элеонора жмурится от солнечного света, её маленькие губки растягиваются в невинной улыбке.

— Да, совсем недавно она была такой крошечной, а теперь уже держит головку и улыбается.

Клара посмотрела на меня с лёгкой заботой в глазах.

— Ваше величество, вы должны заботиться и о себе. Вы ведь совсем не спите.

Я вздохнула, опустив взгляд на дорожку из белого камня.

— Как я могу спать спокойно, если каждую ночь думаю, где он сейчас? Жив ли? Знает ли о нас?

Клара мягко покачала головой.

— Я не могу сказать вам, что делать, но вы должны найти в себе силы жить дальше, ради неё.

Я перевела взгляд на дочь, и внутри что-то сжалось. Да, она была моим смыслом, моей надеждой. Но сердце не переставало болеть…

— Но, я живу же ведь. Со мной всё хорошо, — улыбнулась я.

Клара замерла первой, её рука рефлекторно сжала край одеяло. Я уловила напряжение в её взгляде и только тогда услышала этот звук — тяжёлый, низкий гул копыт, приближающийся со стороны главных ворот. Сердце подскочило к горлу.

— Кто это? — спросила я, но голос прозвучал глухо, будто не моим.

Стражники у ворот уже сжимали оружие, ожидая приближающихся всадников. Я сделала несколько шагов вперёд, чувствуя, как колени предательски дрожат. Их было много.

И вдруг я увидела его.

Среди воинов, покрытых дорожной пылью, впереди всех скакал высокий мужчина. Суровый, повзрослевший, с коротко подстриженной бородой и напряжённым взглядом. Сердце на мгновение замерло.

Аэрин.

Стражники открыли ворота и впустили их.

Он спешился на полном скаку, едва касаясь земли, и в следующий миг я уже бежала к нему, не думая о том, что полагается королеве. Не думая ни о чём, кроме надежды.

Аэрин улыбнулся, спрыгивая с коня.

— Аэрин! — сорвалось с моих губ, и я бросилась в его объятия.

Он крепко сжал меня, и слегка приподнял.

— Госпожа Лилиана, — хрипло выдохнул он.

Я отстранилась, вглядываясь в его лицо.

— Ты так повзрослел… — тихо сказала я, с удивлением отмечая, как сильно он изменился. Теперь он выглядел гораздо старше, чем год назад. Шире в плечах, крепче, выше. Он был точной копией своего брата.

Аэрин смущённо улыбнулся, почесав затылок.

— Да… — протянул он, а затем добавил с искренним теплом: — А ты похорошела. Тебе идут длинные волосы.

— Спасибо, — я улыбнулась, чуть отступая назад, соблюдая приличную дистанцию. — Я так рада тебя видеть.

— Я тоже, — он вздохнул. — Прошло столько времени.

Я кивнула, но, глядя на него, вдруг ощутила, как в груди сжимается сердце. Его голос, его улыбка, его манера общения — всё напоминало мне о нём… о человеке, которого я ждала.

Глаза наполнились слезами. Я не выдержала.

Аэрин заметил моё состояние, но ничего не сказал, лишь мягко взглянул на меня, а потом его внимание переключилось на Клару, стоящую чуть поодаль. Она бережно держала на руках Элеонору.

На лице Аэрина появилась тёплая улыбка. Малышка смотрела на него широко распахнутыми глазами и… улыбнулась в ответ.

— Кто это за чудо? — с удивлением спросил он. — Первый раз вижу ребёнка во дворце.

Я осознала, что Аэрин не понимает, что это его племянница. Я направилась к Кларе, забрала у неё малыша и подошла к Аэрину.

Я осторожно прижала Элеонору к груди, ощущая, как её маленькое тельце согревает мои руки. Она спокойно сопела, глядя на Аэрина широко раскрытыми глазами.

— Это моя дочь, Аэрин, — мягко сказала я, наблюдая за его реакцией. — Твоя племянница.

На его лице промелькнуло замешательство. Он моргнул, посмотрел на меня, затем снова на малышку, словно пытаясь осмыслить услышанное.

— Что?.. — выдохнул он, будто не поверив своим ушам.

— Её зовут Элеонора, — продолжила я, чувствуя, как у меня сжимается горло. — Она дочь Эмира.

Аэрин отшатнулся, будто я ударила его. В глазах вспыхнуло недоумение, затем что-то более глубокое — потрясение, осознание, растерянность.

— Это… — Он провёл рукой по лицу, глубоко вдыхая. — Ты хочешь сказать, что она его…?

Я кивнула, а он только медленно покачал головой, прикрывая глаза, словно пытаясь переварить эту новость.

— Эмир… Он… Он даже не знает? — его голос сорвался на полувопрос, полутвердое утверждение.

— Нет, — ответила я тихо. — Он ушёл, даже не подозревая, что оставил нас двоих.

Аэрин провёл рукой по волосам, шагнул назад, а потом снова вперёд, не зная, что делать. Его взгляд метался между мной и Элеонорой, и вдруг в нём появилось что-то новое — трепет, робкая, почти детская нежность.

— Можно… можно мне её подержать? — спросил он, и я заметила, как дрожат его пальцы.

Я осторожно передала ему малышку, наблюдая, как он с благоговением принимает её в свои сильные руки.

— Черт… — прошептал он, глядя на её крошечные черты. — Она… она похожа на него.

Я кивнула, чувствуя, как сердце болезненно сжимается.

— Да… У неё его глаза.

Аэрин тихо выдохнул, слегка покачивая девочку, и его взгляд смягчился.

— Эмир бы… Он бы обезумел от счастья, если бы знал…

Я отвела взгляд.

— Я только и думаю об этом… Но не знаю, как он воспримет её, когда узнает.

Аэрин взглянул на меня, и в его глазах промелькнуло что-то твёрдое, уверенное.

— Он должен узнать, Лилиана. Почему ты не сообщила ему?

— Отец запретил распространять эту информацию, — тихо ответила я. — Он боялся за нашу жизнь.

Аэрин посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на малышку, и его лицо смягчилось. Увидев его тёплую улыбку, Элеонора, словно чувствуя что-то родное, тоже улыбнулась в ответ.

— Но почему ты не сказала мне? — спокойно, но с лёгким укором спросил он. — Она наша кровь, Лилиана. Скрывать её от нас — это неправильно.

Я опустила глаза, чувствуя вину.

— Знаю, Аэрин… Просто… — я тяжело вздохнула. — Мне даже в голову не пришло, что должна сообщить тебе. Прости.

Аэрин долго смотрел на малышку, словно не веря, что держит в руках частичку своего брата. Его пальцы осторожно, почти робко коснулись её крошечной ручки, и Элеонора, не боясь, сжала его палец в своей миниатюрной ладошке.

— Ты только посмотри на неё… — прошептал он, улыбаясь. — Такая крошечная, но уже сильная.

Я наблюдала за ним, и внутри меня что-то защемило. Аэрин был похож на Эмира не только внешне, но и в этих нежных, пусть и неуверенных, движениях.

— Она чувствует тебя, — сказала я, глядя, как Элеонора внимательно смотрит на него своими огромными глазами. — Ты ей нравишься.

Аэрин тихо рассмеялся, нежно поглаживая её щёчку.

— Никогда бы не подумал, что смогу вот так держать ребёнка, а тем более свою племянницу… — он покачал головой, а затем, чуть понизив голос, добавил: — Эмир бы с ума сошёл от счастья…

Я отвела взгляд, сжимая руки в кулаки.

— Я знаю…

— Ну что ж, вскоре он её увидит, — сказал он мне с улыбкой на лице. — Мы одержали победу!

Я замерла, словно время остановилось. Слова Аэрина эхом отозвались в голове, но я не могла их осознать.

— Что?.. — мой голос прозвучал едва слышно, будто не мой собственный.

Аэрин всё ещё улыбался, глядя на Элеонору с какой-то новой, искренней радостью, но я… я не могла дышать.

— Мы победили, Лилиана. Всё кончено.

Я сделала шаг назад, потрясённо глядя на него.

— Нет… ты… ты сейчас серьезно?

Сколько ночей я провела в страхе? Сколько раз просыпалась в холодном поту, уверенная, что услышу худшее? И вот теперь — просто так, словно гром среди ясного неба, он говорит мне, что всё закончилось?

— Да, — снова улыбнулся он, смотря на меня, — Я приехал забрать тебя.

Сердце забилось быстрее, и я невольно прикрыла рот рукой, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Я не могла поверить своим ушам, но по его лицу было видно, что он искренен. Слёзы радости покатились по щекам, и я, наконец, могла отпустить всю ту тяжесть, что накопилась за время разлуки.

Я чувствовала, как ноги подкашиваются, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Всё это время я жила в страхе, в ожидании, в бесконечной боли… и теперь мне просто говорят: всё кончено?

— Эмир… — шепчу я, не в силах выговорить больше ни слова.

Аэрин лишь молча кивает, позволяя мне осознать происходящее. Я чувствую, как слёзы текут по щекам, горячие, обжигающие, но на этот раз это слёзы радости. Настоящей, чистой, освобождающей.

— Где он? — мой голос дрожал от волнения.

— Пока что в Серенвиле, — ответил Аэрин мягко. — Он прислал письмо, что они одержали победу и скоро будут дома.

Я судорожно всхлипываю и прикрываю глаза, словно боюсь, что если моргну, этот момент исчезнет, растворится, окажется всего лишь сном. Но нет. Всё реально.

Я чувствую, как руки дрожат, как колени ослабевают, но тёплые ладони Аэрина аккуратно удерживают меня за плечи.

— Он… он в порядке? — едва сдерживая эмоции, спрашиваю я.

— В порядке, — Аэрин улыбается, его голос полон уверенности. — Жив и здоров. Так он написал. И добавил, чтобы я вернул тебя во дворец в Тенебрисе.

Я не могу больше стоять на месте. Бросаю взгляд на Элеонору, она спокойно смотрит на меня своими огромными глазами, словно понимает, что происходит. Я нежно касаюсь её щёчки, шепча:

— Скоро ты увидишь папу, моя хорошая…

Она цепляется крошечной ручкой за мой палец, а я, не в силах сдерживать эмоции, снова плачу.

Но теперь это не страх.

Не боль.

А счастье.

Я поворачиваюсь к Аэрину, готовая идти. Моё сердце колотится, кровь пульсирует в висках, но я знаю: каждый шаг приближает меня к тому, кого я люблю.

К Эмиру.

И я больше не позволю судьбе нас разлучить.

Война наконец-то закончилась.

Аэрин бережно передал мне малышку, и я прижала её к себе, ощущая тепло её крошечного тела.

— Мне нужно сначала поговорить с королем Гектором. Где он? — спросил Аэрин, глядя на меня внимательно.

— Он сейчас не во дворце, но мы можем подождать, — ответила я, ощущая, как сердце всё ещё гулко стучит в груди от волнения.

— Кто это к нам пожаловал? — раздался знакомый голос матери. Я обернулась и увидела, как она приближается к нам, величественная и строгая, но в глазах читалось любопытство.

Аэрин тут же низко склонил голову.

— Королева Анна, большая честь видеть вас, — произнёс он с уважением.

— Принц Аэрин, добро пожаловать, — ответила она, сдержанно улыбнувшись.

Я шагнула вперёд, нетерпеливо сжимая руки.

— Мама, — сказала я с дрожью в голосе, чувствуя, как счастье переполняет меня. — Эмир одержал победу! Он возвращается домой!

— Что? — изумлённо выдохнула она, её глаза расширились. — Боже мой, какая чудесная новость!

— Я так счастлива, мама! — моя улыбка казалась бесконечной.

Мама, всё ещё не веря услышанному, обернулась к Аэрину.

— Аэрин, — произнесла она с теплотой, — поздравляю вас с победой. Пусть эти земли принесут вам лишь процветание.

— Благодарю, ваше величество, — сдержанно ответил он, вновь склонив голову.

— Это надо отметить! — объявила мама, расправляя плечи. — Я прикажу накрыть стол. Идёмте во дворец.

Аэрин кивнул, и мы вместе направились внутрь. Вдохновлённая радостной вестью, мама тут же отдала распоряжение слугам подготовить пир. Вскоре мы расположились в гостевом зале на диване, где царила уютная атмосфера.

Аэрин снова взял на руки Элеонору и нежно провёл пальцем по её крохотной ручке. Она смотрела на него с любопытством, а он улыбался ей с такой теплотой, что у меня сжалось сердце.

Я наблюдала за ними, и в тот момент поняла — Аэрин любит детей. Он станет замечательным отцом в будущем. Но больше всего меня грела мысль, что он уже всей душой полюбил свою племянницу.

В этот момент к нам присоединились Бибиана и Джанесса. Как всегда, Бибиана, полная энергии, бросилась к Аэрину, даже не обратив внимания на то, что он держит на руках ребёнка.

— Принц Аэрин, добро пожаловать! — воскликнула она, с улыбкой заключая его в крепкие объятия.

— Добро пожаловать, — мягко произнесла Джанесса, самая сдержанная и скромная из нас, чуть склонив голову в знак уважения.

Аэрин лишь усмехнулся, ловко удержав равновесие, несмотря на внезапный натиск Бибианы. Остранившись, он мельком взглянул на меня, и в его глазах промелькнул лёгкий оттенок смущения, но он быстро взял себя в руки.

— Рад вас видеть, леди Бибиана, — произнёс он с неизменной вежливостью, хотя в голосе послышались нотки веселья.

Бибиана кокетливо улыбнулась и провела рукой по своим идеально уложенным волосам.

— Я уж начала думать, что вы не приедете, — она наклонила голову в сторону, изучая его взглядом. — И знаете, принц Аэрин, вы куда более обаятельны, чем я себе представляла.

Я закатила глаза, а Джанесса, как всегда, лишь тихо вздохнула.

— Биби, хоть раз можешь не флиртовать?

— А что такого? — усмехнулась Бибиана, пожав плечами. — Мы же все знаем, что у Аэрина нет невесты, верно?

Аэрин усмехнулся, но ничего не ответил, продолжая нежно покачивать Элеонору на руках. Девочка спокойно лежала, цепляясь за его палец, и, казалось, чувствовала себя в полной безопасности.

Я воспользовалась моментом, чтобы сменить тему.

— Биби, Джане, — обратилась я к ним, улыбаясь, — у меня для вас хорошая новость.

Обе тут же перевели на меня заинтересованные взгляды.

— Ну же, говори! — поторопила Бибиана.

Я глубоко вдохнула, чувствуя, как тепло разливается внутри.

— Эмир возвращается. Война закончена.

На мгновение повисла тишина, а затем Джанесса ахнула, а Бибиана радостно хлопнула в ладоши.

— О боже! — воскликнула она. — Наконец-то!

Джанесса тихо улыбнулась, её глаза сверкнули счастьем.

— Это правда чудесная новость…

— Я не могу в это поверить, — продолжала Биби, сияя. — Это значит, что скоро во дворце будет настоящий праздник!

Я кивнула, чувствуя, как ком в горле снова подступает от переизбытка эмоций.

— Да, праздник… — кивнула я осознавая что для меня это будет особый праздник.

Я опустила взгляд на Элеонору, нежно коснувшись её щёчки.

— И он наконец увидит нашу дочь.

Аэрин с лёгкой улыбкой наблюдал за нами, а затем тихо добавил:

— Эмир и представить не может, какая радость его ждёт.

В этот момент в зал вошла мама, за ней слуги, неся подносы с едой и напитками.

— Прошу всех к столу! — объявила она радостно.

Я взглянула на Аэрина, на сестёр, на свою дочь… и почувствовала, как сердце заполнилось теплом.

Теперь всё будет хорошо.

Мы расселись за длинным столом, который слуги быстро и умело накрыли лучшими яствами. В воздухе витал запах свежего хлеба, запечённого мяса и пряных фруктов. Золотистые свечи мягко освещали зал, создавая уютную, почти домашнюю атмосферу.

Я устроилась рядом с матерью, держа Элеонору на руках, а напротив нас сел Аэрин. Бибиана заняла место рядом с ним, не упуская возможности снова обратить на себя его внимание.

— Как же я соскучилась по таким праздником! — вздохнула Бибиана, с удовольствием отпивая глоток вина. — Сплошные тревоги, ожидание… А теперь, наконец, можно выдохнуть.

— И радоваться, что всё закончилось, — мягко добавила Джанесса, бережно разламывая кусочек хлеба.

Аэрин усмехнулся, подняв бокал.

— За победу.

Все подхватили его тост, бокалы с лёгким звоном столкнулись, и я почувствовала, как волна тёплого счастья разливается по телу.

— И за возвращение домой, — добавила мама, улыбаясь мне.

Я благодарно кивнула.

— Да… Дом. Как же я мечтала снова оказаться в Тенебрисе.

— О, не сомневаюсь, — вставила Бибиана, хитро улыбаясь. — Ведь там тебя ждёт не только твой дом, но и кое-кто особенный…

Щёки мгновенно вспыхнули, но я не стала отрицать.

— Ох, — протянула Бибиана мечтательно. — Какая же это любовь…

— Настоящая, — тихо сказала Джанесса, с улыбкой глядя на меня.

— Слушай, — Бибиана повернулась к Аэрину и легонько коснулась его бицепса, — подкачался, что ли? Ты стал шире, чем год назад.

— Бибиана! — строго одернула её мама, бросив возмущённый взгляд. — Прекрати немедленно! Ты смущаешь парня.

— Всё в порядке, — с улыбкой произнёс Аэрин, явно не испытывая неловкости.

— А что такого я сказала? — возмутилась Бибиана, скрестив руки на груди. — Он уже взрослый мужчина, и я просто поинтересовалась, как ему удалось так накачаться. Почему вас это всегда так раздражает?

— Это не подобает леди, — холодно заметила мама.

— А я и не слежу за этими правилами! — фыркнула Бибиана. — Я такая, какая есть, и не собираюсь притворяться. Зачем мне эти дурацкие правила, если я могу говорить, что хочу?

— Потому что ты принцесса, — терпеливо, но твёрдо произнесла мама, отставляя бокал с вином. — А принцессе подобает вести себя достойно.

— Да ну? — Биби приподняла бровь. — Тогда почему Лилиана вон влюбилась в самого опасного мужчину на континенте, а я даже пошутить не могу?

Я не сдержала улыбки, наблюдая за этой перепалкой. В другой день, возможно, мне бы пришлось вмешаться, но сейчас… Сейчас мне было слишком хорошо, чтобы что-то портило моё настроение.

— Эмир — особый случай, — вставила Джанесса, осторожно. — И ты это знаешь.

— А вдруг и для меня найдётся «особый случай»? — продолжала горячиться Биби, бросая взгляд на Аэрина, который едва заметно усмехнулся.

— Возможно, но только если ты научишься держать язык за зубами, — поддела её мама.

— Это вряд ли, — прошептала Джанесса, и я едва сдержала смешок.

Бибиана же закатила глаза, явно недовольная, но спорить дальше не стала. Она схватила бокал и залпом выпила вино, всем своим видом демонстрируя, как её тут «притесняют».

В этот момент в зал вошёл отец, и мы все одновременно поднялись со своих мест, почтительно склонив головы.

— Принц Аэрин, — с улыбкой произнёс он, подходя ближе.

— Ваше Величество, — склонил голову Аэрин.

Отец остановился напротив него и похлопал по плечу.

— Как же ты вырос. Совсем недавно был мальчишкой, который носился по дворцу. Рад приветствовать тебя и поздравляю с победой.

— Большое спасибо, Ваше Величество, — с уважением ответил Аэрин.

— Садитесь, — позволил отец, и мы послушно заняли свои места.

Он устроился во главе стола и с лёгкой улыбкой обвёл нас взглядом.

— Ну что ж, это отличный повод собраться и выпить, — произнёс он, поднимая бокал. — Эмир одержал победу. Щенок вырос.

Я не сдержала улыбки.

— Я приехал лично поблагодарить вас, Ваше Величество, — начал Аэрин. — Вы очень помогли моему брату, и я никогда этого не забуду.

— Это заслуга твоего никчёмного брата, — усмехнулся отец, поднося бокал к губам. — Я здесь ни при чём.

— Но, тем не менее, вы помогли, несмотря на возможные последствия.

— Да, верно. Я сделал это ради своей дочери и внучки. А твоего брата терпеть не могу, ты же знаешь.

— Я всё понимаю, — спокойно ответил Аэрин. — И уже привык к этому.

Отец усмехнулся, покачав головой.

— Что ж, хоть кто-то в вашей семье обладает здравым смыслом.

Аэрин не ответил, лишь сдержанно улыбнулся, принимая его слова как должное.

Я наблюдала за ними, и в глубине души мне стало даже немного забавно. Мой отец никогда не скрывал своего отношения к Эмиру, но, несмотря на это, он всё же сделал для него многое. И пусть он не признается вслух, но я знаю — где-то глубоко внутри он уважает его.

— Лилиана, — вдруг обратился он ко мне. — Ты ведь счастлива?

Я замерла, встретившись с его внимательным взглядом.

— Да, папа, — уверенно ответила я. — Я очень счастлива.

Он кивнул, и в его глазах промелькнула тень облегчения.

— Тогда всё было не зря.

Бибиана театрально закатила глаза.

— Ну вот, а мне он не задаёт таких вопросов, — проворчала она.

— Потому что ты, Бибиана, и так счастлива, — с усмешкой заметила Джанесса. — Со своим старичком.

— А вдруг нет? — возмутилась она. — Может, у меня на сердце рана!

— Рана от чего? От отсутствия внимания? — съязвил отец, и все за столом засмеялись.

— Очень смешно, — фыркнула она, но было видно, что ей самой трудно сдержать улыбку.

Отец откинулся на спинку кресла и снова поднял бокал.

— Ладно, хватит разговоров. Сегодня мы празднуем. Завтра всё изменится.

Я опустила взгляд на свою дочь, которая мирно спала у меня на руках, и почувствовала, как сердце наполняется теплом.