Директриса поневоле. Спасти академию

Глава 13

Камилла тяжело вздыхает, явно не испытывая энтузиазма от предстоящей "прогулки", но покорно берет из моих рук список нарушений.

— Ну что ж, госпожа ректор, — ее голос звучит устало, — экскурсия так экскурсия. Следуйте за мной. И постарайтесь не падать в обморок.

Камилла идет впереди, сверяясь со списком и тыча пальцем то в одну, то в другую проблему. Я плетусь следом, лихорадочно пытаясь на ходу придумать хоть какие-то решения и делая пометки в блокноте огрызком чего-то среднего между перьевой ручкой и карандашом, который мне дала Камилла.

Мимо нас периодически шмыгают студенты – кто-то с любопытством косится на меня, кто-то угрюмо буравит взглядом пол. Проходят преподаватели — одни сдержанно кивают, другие делают вид, что нас не замечают.

Атмосфера, мягко говоря, не способствует оптимизму.

Впрочем, гораздо сильнее меня сейчас интересуют претензии инспекции.

К слову, первые пункты оказываются еще цветочками: «Разбитое окно в аудитории 315», «Отсутствие надлежащей маркировки на склянках с реактивами в лаборатории алхимии», «Протекает потолок в аудитории для практикумов».

— Так, ну это, вроде, несложно, — говорю я, делая пометку в блокноте. — Алхимикам поручим провести полную инвентаризацию и маркировку. Пусть это будет их практическим заданием. Заодно, проверим, чего не хватает. Разбитое окно заколотим досками, на время осмотра повесим табличку и напишем "Ремонт, не входить".

Камилла скептически хмыкает, но кивает:

— Просто и эффективно. Кстати, по поводу протечки, там дыра небольшая. Я бы предложила старым пергаментом в несколько слоев заклеить и горячей смолой залить. На пару месяцев хватит, если ливней сильных не будет.

— Отличная мысль! — записываю за ней предложение, втайне радуясь, что Камилла включилась в работу.

Следующий пункт: «Обвалившееся перекрытие в северном крыле библиотеки, секция древних манускриптов. Следы плесени на стенах и стеллажах».

— Вот это уже серьезнее, — вздыхает Камилла, приведя меня в просторное помещение, заставленное высокими книжными шкафами, пропахшее сыростью и кислятиной. Дальний угол крыши действительно просел и теперь по этой стене идет влажная полоса, вдоль которой расползаются темные пятна плесени. — Тут нужен капитальный ремонт крыши. А это… это очень дорого.

— Мы можем как-то отгородить проблемный участок? — спрашиваю я Камиллу, — Перенесем книги в сухую часть, а эту обработаем чем-нибудь и изолируем. У вас есть какая-нибудь антигрибковая химия?

— Антигрибковая химия? — Камилла хмурится, явно не понимая что я имею в виду. Но потом до нее видимо доходит и она щелкает пальцами, — Можем на первое время поставить там согревающие руны, просушить все. Но из-за постоянного тепла могут иссушиться и обвалиться оставшиеся балки.

— Нет, тогда не надо никакие руны ставить, — категорично мотаю я головой, — Значит, будем избавляться от плесени по-старинке: уксусом, лимонной кислотой и содой.

Мы идем дальше. И чем дальше углубляемся в этот список и в недра академии, тем мрачнее становится у меня на душе. Нарушения идут одно за другим, и большинство из них – это не просто мелкие недочеты, а настоящие катастрофы.

«Видимые трещины на несущих стенах, угрозы обрушения».

«Критический износ оборудования в лабораториях элементарной магии».

«Повреждение защитного купола малой арены факультета боевой магии».

Я закрываю лицо руками. Хочется выть. Это не академия, это минное поле! Проще, наверное, действительно снести все это к чертям и построить заново. Вот только на какие шиши? У нас и на латание дыр денег нет, не говоря уже о новом строительстве.

Мы выходим из основного здания и останавливаемся у ворот. Камилла вытягивает руку, показывает мне полустертые, едва светящиеся руны на стенах ограды. Они выглядят как светлячки на последнем издыхании.

— Так, тут у нас… — вчитывается Камилла в бумаги, — «Несоответствие системы магической безопасности современным стандартам Совета: устаревшие охранные руны на внешнем периметре».

— Это… как? — растерянно спрашиваю я, пытаясь перевести это на человеческий язык. — То есть, получается, что у нас нет никакой защиты и сюда может проникнуть любой злоумышленник? Да это ж просто какой-то проходной двор, получается!

— Был бы проходной двор, — невесело фыркнув, поправляет меня Камилла, — Если бы мы были хоть кому-нибудь нужны…

Отчаяние подступает к горлу. Кажется, я взвалила на себя непосильную ношу. Эта академия – как черная дыра, которая поглотит все мои силы, все мои старания, и все равно останется такой же развалиной.

Наконец, мы останавливаемся во внутреннем дворе, перед центральной башней – сердцем академии. Именно здесь, по словам Камиллы, находится главная магическая подпитка всего комплекса, его энергетическое ядро. И именно здесь, судя по выражению ее лица и жирному крестику в списке, нас ждет самый "смак".

— Вот, — Камилла кивает на башню, и голос ее дрожит. — "Критическое истощение главного энергокристалла академии. Высокий риск разрушения". Проще говоря, госпожа ректор, эта штуковина может рвануть в любой момент. Или просто потухнуть. И тогда академия останется без запасов магии и превратится в обычную груду камней.

Тут уже не выдерживает и она.

— Это полнейший ужас! — едва не плача, восклицает Камилла, заламывая руки. — Чтобы заменить этот кристалл не хватит и пятидесяти тысяч золотых солидов! Да что там пятидесяти – как бы в сто тысяч не обошлось! Откуда нам взять такие деньги?!

Я смотрю на древнюю башню, на тусклое красноватое мерцание, которое вырывается из узеньких вертикальных окошек и чувствую, как внутри все опускается. Пятьдесят тысяч… сто тысяч золотых солидов… Да я таких цифр в жизни не слышала!

— Полагаю, вы несколько преувеличиваете, госпожа Камилла, — раздается вдруг спокойный, чуть насмешливый мужской голос совсем рядом. — Ремонт и замена энергокристалла никак не может стоить дороже восемнадцати с половиной тысяч солидов. И это если использовать новую стабилизирующую оправу высокого уровня. А если взять попроще, то и в шестнадцать с половиной уложимся.

Мы с Камиллой одновременно оборачиваемся. Рядом с нами, прислонившись к уцелевшей части стены, стоит мужчина. На вид ему лет тридцать пять, худощавый, но с прямой осанкой. Темные волосы средней длины аккуратно зачесаны назад, открывая высокий лоб. Внимательные серые глаза смотрят на нас с легкой иронией и отстраненным любопытством. Одет он в простую, но чистую и аккуратную мантию темно-синего цвета и белоснежный камзол перехваченный кожаным поясом.

— Опять ты со своими расчетами, Райнер! — раздраженно бросает Камилла. — Что ты вообще понимаешь в энергокристаллах?

— Я понимаю в цифрах, госпожа Камилла, — мягко перебивает ее мужчина. — И в логике. Нам совсем не обязательно покупать готовый кристалл. Нам подойдет и необработанный – это около восьми тысяч солидов. Огранка и калибровка – еще тысячи три, не больше. Стабилизирующие оправы, даже самые лучшие, потянут максимум на пять. Монтаж и настройка – это работа для наших же магов, им платить не нужно. Плюс непредвиденные расходы – ну, пусть еще две с половиной тысячи. Итого, если округлять… — он на мгновение задумывается, словно производя в уме сложные вычисления, — …как я и сказал, восемнадцать с половиной тысяч. Так что, вы сильно преувеличиваете. Впрочем, как и всегда.

— Да что ты мне тут лекции читаешь! — вспыхивает Камилла. — Ты хоть понимаешь, что…

Я чувствую, что их спор вот-вот перерастет в полноценную ссору. А у меня и без того сейчас голова гудит. Вдобавок, этот Райнер… он меня очень заинтересовал. Спокойный, логичный, явно разбирающийся в цифрах. И, похоже, не боится высказывать свое мнение.

— Кхм… — я деликатно кашляю, прерывая их перепалку. — Прошу прощения, что вмешиваюсь. Камилла, будь добра, представь мне этого господина.

Камилла бросает на Райнера испепеляющий взгляд, затем поворачивается ко мне и понижает голос до заговорщицкого шепота:

— Это Райнер Валериан, госпожа ректор. Наш бывший преподаватель Арканометрии и Пространственных Вычислений. Его направление свернули не так давно, когда студенты стали уходить из Академии. У него не осталось ни одного ученика.

— А что же он тогда здесь делает? — так же шепотом спрашиваю я, с интересом разглядывая Райнера. Тот стоит с невозмутимым видом, терпеливо ожидая окончания нашего "секретного" совещания.

— О, это отдельная история, — кривится Камилла. — Госпожа Диарелла… ну, скажем так, положила на него глаз. Хотела, чтобы он стал ее мужем. А он ей отказал. Сказал, что она, "не соответствует ни его эстетическим, ни интеллектуальным критериям". Можете себе представить как она взбесилась? — Камилла закатывает глаза. — В общем, в отместку она оформила его на какую-то мизерную ставку младшего архивариуса. И контракт составила такой, что он ни уволиться не может без выплаты огромной неустойки за якобы ущерб, причиненный академии, ни другую работу найти, пока числится здесь. Вот и мучается тут теперь…

Услышав это, я чувствую, как внутри загорается огонек азарта. Мужчина с отличным знанием математики, логики, способный точно рассчитать стоимость сложнейшего ремонта, да еще и люто ненавидящий Диареллу!

Да это же просто подарок судьбы! Он мне не просто нравится, он мне жизненно необходим в команду!

— Господин Райнер, здравствуйте, — я делаю шаг к нему, — Полагаю, вы знаете кто я?

Он чуть удивленно смотрит на меня, но через мгновение приветствует меня ответным кивком.

— Конечно, госпожа ректор, — говорит он спокойно, но в его серых глазах я замечаю настороженность.

— Господин Райнер, — я улыбаюсь ему своей самой обаятельной улыбкой, на какую только способна. — У меня к вам есть одно предложение. Предложение, от которого, смею предположить, вы не сможете отказаться. И которое, возможно, поможет решить сразу несколько наших общих проблем!