Директриса поневоле. Спасти академию

Глава 56.1

А потом, губы Эдгара касаются моих.

Этот поцелуй — горячий, требовательный, пьянящий. В нем – вся его скрытая нежность и вся его первобытная, драконья сила. В нем – вкус дорогого вина, ночного ветра и чего-то еще, совершенно нового, головокружительного.

Мир вокруг исчезает.

Есть только вкус его губ, тепло рук, которые теперь обнимают меня, прижимая к себе, и это оглушительное, всепоглощающее чувство… чего-то неземного.

В голове вспыхивает непрошеное воспоминание из другой, прошлой жизни. Мне шестнадцать. Выпускной. Мой первый поцелуй — совсем неуклюжий, быстрый, с одноклассником Сашкой за углом школы.

Тогда мне казалось, что это – что-то важное. Что это пропуск во взрослую жизнь.

Но сейчас, в объятиях этого сильного, сурового мужчины, я понимаю, что все это было лишь детской игрой. Даже тот мужчина, с которым я надеялась построить свою будущую жизнь, теперь мне кажется чем-то мимолетным и ненастоящим, по сравнению с Эдгаром и его чувствами.

Потому что сейчас мне кажется, будто мой настоящий первый поцелуй, тот, от которого замирает сердце и подкашиваются ноги, происходит именно в эту самую минуту.

Я никогда прежде не испытывала ничего подобного.

Это что-то совершенно иное.

Это – как прыжок в бездну, от которого захватывает дух и замирает сердце.

Когда мы, наконец, отстраняемся друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, я просто смотрю в его потемневшие глаза, и не могу вымолвить ни слова.

Все слова кажутся лишними, ненужными.

— Я скоро вернусь за тобой, — шепчет он, и его голос звучит хрипло.

Я лишь молча киваю, не в силах вымолвить ни слова.

Я выхожу из кареты, как во сне. Просто стою и смотрю, как она растворяется в ночной темноте, и чувствую странную, ноющую пустоту.

Я прижимая пальцы к губам, на которых все еще горит его поцелуй и ощущаю как в груди разгорается непреодолимое желание, чтобы он вернулся.

Как можно быстрее.

Желательно, прямо сейчас.

Я медленно иду к воротам академии и в голове у меня калейдоскоп из огней города, звуков скрипки, его голоса, его прикосновений. Я чувствую себя невероятно счастливой.

И в этот самый момент, когда я уже почти дохожу до ворот, из темноты за моей спиной вырастает тень.

Все происходит в одно мгновение.

Сильная рука зажимает мне рот, прерывая мой запоздалый крик. Вторая рука обвивает мою талию, прижимая к крепкому, мускулистому телу.

И я снова, как и в тот страшный день, чувствую у своей шеи холодное, острое прикосновение стали.

Нож.

— Я же предупреждал тебя! — яростный, искаженный шепот обжигает ухо. — Предупреждал, чтобы ты бросила это дело!

Ледяной ужас сковывает тело.

Но самое страшное в том, что я стою буквально в паре шагов от спасительных ворот академии. Тех самых, на которых Громвальд установил новую, усиленную систему защиты.

— Но ты меня не послушала… — шипит неизвестный, и лезвие ножа сильнее впивается в мою кожу. — Так что теперь, мне не остается ничего другого, кроме как избавиться от тебя. И виновата в этом только ты сама!

Мозг отчаянно ищет выход из этой безнадежной ситуации, но как на зло в голову ничего не приходит.

Что делать?!

Единственная мысль, которая проносится у меня в голове, это: «Тяни время!».

— Постойте… — пытаюсь я промычать сквозь зажимающую мой рот ладонь.

Неизвестный насмешливо фыркает за моей спиной и чуть убирает руку от моего рта, будто заинтересовавшись тем, что я хочу ему сказать.

— Я правда не понимаю в чем дело… кто вы… и в прошлый раз мы так и не договорили…

Я несу какой-то бред, отчаянно пытаясь выиграть себе хотя бы несколько минут, чтобы придумать что делать дальше, но неизвестный внезапно теряет всякий интерес к нашему разговора.

— А в этот раз нам никто уже не помешает, — рычит он мне в ухо. — Тем более, что это не займет много времени.

Лезвие ножа давит сильнее.

И в этот момент страх уступает место первобытной, животной ярости.

Нет, я ему не дамся! Не сейчас! Не после такого вечера!

Я собираю все свои силы и резко, всем телом, выгибаюсь назад, впечатывая свой затылок ему в лицо. Он на мгновение теряется, его хватка ослабевает.

Я пользуюсь этим, со всей силы всаживая локоть ему под ребра. Он издает сдавленный хрип.

Я вырываюсь, отталкиваю его руку с ножом и пытаюсь закричать, но из горла вырывается лишь сиплый стон.

Я срываюсь с места, но далеко убежать не успеваю. Он хватает меня за волосы, с силой дергает назад.

Я теряю равновесие и с криком падаю на холодную, мокрую от росы землю.

В следующий миг он наваливается на меня сверху, придавливая к земле своим тяжелым телом.

— Сколько же с тобой проблем, дрянь! — рычит он, пытаясь перехватить мои отчаянно отбивающиеся руки.

Я в ловушке.

Он тяжелый, сильный, и я понимаю, что мне не вырваться.

Запах пота и злобы бьет в нос.

Я задыхаюсь.

И в этот момент я вижу ее.

В каких-то двадцати сантиметрах от моей головы я замечаю слабо пульсирующую голубым светом руну на каменном столбе ворот. Защитный барьер Громвальда.

Спасение так близко.

Я перестаю отбиваться.

Я вцепляюсь пальцами в землю, в траву, и тянусь.

Тянусь изо всех сил, пытаясь дотянуться до этого спасительного света.

Еще немного… еще чуть-чуть…

Мои пальцы почти касаются холодного, вибрирующего от магии камня…

— Куда?! — раздается над ухом злобный шепот.

Он хватает меня за ногу и с силой оттаскивает от ворот.

Надежда гаснет.

Я вижу, как над у него над головой взлетает лезвие ножа.

И в этот самый миг, на грани между жизнью и смертью, в моей голове вспыхивает безумная, отчаянная мысль.

«А зачем именно мне пересекать черту? Ведь гораздо эффективнее будет наоборот…»

Адреналин обжигает вены.

Я бросаю попытку дотянуться до ворот и вместо этого я подгибаю свободную ногу, а когда лезвие уже начинает опускаться, со всей силы бью неизвестного каблуком, целясь в пах.

Я немного промахиваюсь, нога соскальзывает и ему прилетает по бедру. Но даже так раздается глухой хруст и яростный болезненный рык. Хватка неизвестного на мгновение ослабевает.

Этого оказывается более чем достаточно.

Я группируюсь и толкаю его. Толкаю его тяжелое, обмякшее тело от себя. Прямо на невидимую линию защитного контура.

Есть! Сработало!

В тот же миг земля под ним вспыхивает ослепительно-голубым светом. Из камней ворот выстреливают десятки светящихся нитей, которые, как змеи, обвивают его тело, пригвождая к месту.

Он яростно ревет, пытается вырваться, но магические путы держат его крепко.

Я отползаю назад, тяжело дыша, не в силах поверить, что у меня получилось.

Но мое торжество длится недолго.

— Тварь! — рычит он, и его голос искажается от ярости.

Он поднимает руку, и в его ладони вспыхивает сгусток опасного фиолетового света. Он что-то выкрикивает на незнакомом мне, гортанном языке.

Его магия бьет в голубые путы.

Раздается оглушительный треск, как будто лопнуло гигантское стекло. Голубое сияние гаснет.

Защитный контур Громвальда… разрушен.

Я в ужасе смотрю на него. Этот человек… он одним заклинанием уничтожил защиту уровня магистра-протектора! Кто он такой?!

От этого осознания у меня внутри все леденеет. Я смотрю на него, на эту фигуру, окутанную остатками темной магии, и понимаю, что сил у меня больше нет.

Даже чтобы просто встать. Я парализована ужасом.

Он делает шаг ко мне, и я вижу, как в его глазах пляшет безумие.

И в этот самый миг на него, с ревом ярости, откуда-то сбоку, из темноты, обрушивается что-то огромное, как скала.

Громвальд!

Слава богам! Он, видимо, почувствовал, как разрушили его защиту!

Они сталкиваются с таким грохотом, что, кажется, содрогается земля. Передо мной разворачивается самая настоящая первобытная схватка двух титанов. Я вижу лишь смазанные силуэты, слышу глухие удары, взрывы магии, рычание и хруст.

Но мой недолгий прилив облегчения быстро сменяется новым, еще более диким ужасом.

Громвальд. Этот громила, который в одиночку разнес целое здание… он… он уступает неизвестному.

Он ему проигрывает.

Я вижу, как замедляются движения моего магистра-протектора, как на его лице, помимо ярости, появляется усталость. А неизвестный, наоборот, кажется, только распаляется.

Раздается глухой, влажный звук удара. Неизвестный наносит короткий, усиленный магией удар Громвальду под ребра. Гигант кашляет, изо рта у него летит кровь.

А потом следует еще один сокрушительный удар и Громвальд, как срубленное дерево, с оглушительным грохотом падает на землю и замирает.

Все.

Тишина.

Внутри меня обрывается последняя ниточка надежды.

Если уж Громвальд не смог его остановить…

Неизвестный медленно поворачивается ко мне. Он пошатывается, из уголка его рта стекает струйка крови, но его глаза, скрытые в тени капюшона, горят адским огнем. Вокруг него клубится видимая, черн-фиолетовая аура, от которой исходит такая волна чистой, незамутненной жажды крови, что у меня леденеет душа.

Он идет ко мне.

Я отползаю назад, по-животному, на четвереньках, ничего не соображая от ужаса.

Я громко кричу, зову на помощь. Но я понимаю, что никто не придет. А даже если и придет, то никто не сможет его остановить…

Неизвестный медленно подходит ко мне, будто наслаждаясь моим ужасом. И в тот самый миг, когда он заносит над головой руку, в которой снова клубится фиолетовое пламя…