Юлия Зайцева

29 Полцарства без коня

Когда я познакомилась с Ивановым, все его книги уже публиковались в питерском издательстве «Азбука». Главным редактором был Алексей Гордин. Работать с Алексеем оказалось легко и приятно. Весь бэклист Иванова регулярно допечатывался, тиражи радовали. Вы, наверное, уже знаете, что права на очередной роман автор передает издательству не навсегда, а только на три — пять лет. И когда этот срок заканчивается, обдумывает следующий шаг: продлить лицензию со старыми партнерами или подыскать новых.

Первые несколько лет вопрос выбора даже не возникал. В «Азбуке» нам с Ивановым жилось хорошо и комфортно. У Алексея издавалось уже семь книг. Лицензия на них подошла к концу, и мне не нужно было даже задумываться, кому дальше передавать права. Я собиралась продлить отношения с Алексеем Гординым. Правда, условия придумала нестандартные. Обычно самым выгодным бывает только первый договор на новое произведение. Издатель готов заплатить за него приличный аванс в несколько миллионов рублей. Но через пару лет тиражи, само собой, падают. И второй договор на книгу писатели заключают уже без аванса, рассчитывая только на роялти — процент с продаж. Каждые три — шесть месяцев автор получает отчет и какую-то сумму на счет.

Прежние контракты с «Азбукой» подписал еще старый агент Иванова Александр Гаврилов. А мне предстояло сделать это впервые. Я на книжном рынке была новичком и его еще не освоила. Так что, пораскинув мозгами, решила, что должна с порога установить свои правила. За моей спиной — топовый автор, каждая его книга — это гарантия качества. Поэтому я не согласна просто отдать ее на откуп менеджерам маркетинга и дистрибуции. Снаружи я не могу проконтролировать их эффективность в работе с произведением. Но мой автор уже выложился по полной, написав отличный текст. Дальше его успех будет зависеть от правильной рекламы, хорошей дистрибуции и своевременных допечаток тиражей. А это уже сфера ответственности издателя. Но если компания сработает плохо, пострадает ни в чем не повинный писатель, который рублем заплатит за нерасторопность книжных менеджеров.

Я поняла, что в такой ситуации у меня есть единственный способ влияния на издательские департаменты: не полагаться на результат, ожидая роялти, а установить свою планку. Это значит рассчитать, какое количество книг моего автора должно быть продано за несколько лет сотрудничества, вычислить общую сумму роялти за этот период и получить ее в самом начале — авансом. Только тогда у компании будет стопудовый мотив включиться в проект на полную катушку, чтобы вернуть потраченное. Высокий аванс — это страховка для автора и прекрасный катализатор активностей для издательства.

Схема мне показалась логичной, я честно предъявила ее «Азбуке», убедила и заключила красивый контракт на переиздание всех семи книг Иванова с авансом, сопоставимым с новинками. Наверное, это был самый выгодный договор на бэклист в истории книжного рынка. И я даже сейчас мечтаю его повторить. Дальше мне можно было не биться за тиражи, не контролировать их допечатку и наличие книг в магазинах. Издательство уже рассчиталось с автором за возможный провал, поэтому больше нас было заинтересовано его избежать. Я кайфовала, моя схема сработала, и я думала, что одним ударом закрыла все проблемы с печатью до конца своих дней.

Но как же я ошибалась. Через несколько лет питерцев выкупил олигарх Александр Мамут, и новых топов моя политика не впечатлила. Я поняла, что пора перекидывать яйца из корзины и подыскивать следующих партнеров. Иванов тогда работал над документальной историей Пугачёвского бунта.

Признаться, этот период для нас с Алексеем стал настоящей драмой, когда на время мы почувствовали себя дауншифтерами. Наши мечты притопил Леонид Шкурович, директор второй редакции «Эксмо», где мы и спланировали выпустить историю Пугачёвского бунта. Я очень хорошо запомнила нашу встречу в стеклянной переговорке издательства. Я — борзый продюсер, у которого за плечами мегапроект «Хребет России», Иванов — один из лучших российских авторов со стремительно разрастающейся библиографией и пачкой договоров на экранизации. «Хребет России» с рекордным рейтингом недавно прошел по телеку, в ближайшем будущем — премьера фильма «Географ глобус пропил» со звездным составом актеров. У меня эксклюзивный автор, передо мной авторитетный топ крупнейшего в стране издательства. Кажется, все совпало. У нас — товар, у вас — купец, и дальше все будет как в сказке: долго и счастливо.

Шкурович превзошел наши ожидания. Нам еще не успели доставить кофе, а Леонид заявил, что издательство, конечно, мечтает заполучить Иванова. А для большей убедительности выкатил на стол предложение на нон-фикшен о Пугачёве. И здесь нам с Ивановым пришлось собрать все силы, чтобы сохранить спокойные лица. Мне казалось, что сумма контракта своим весом раздавит стеклянный стол. Сто тысяч долларов за нон-фикшен — нереальное предложение. Алексей привык молчать на переговорах, деньги всегда были моей темой. Я изобразила задумчивость, потом обстоятельно поторговалась за процент роялти, хотя понимала, что при таком космическом авансе на документалку до них дело вряд ли дойдет, обсудила вложения издательства в рекламную кампанию и, вздохнув, объявила, что мы посоветуемся с Ивановым и сообщим о своем решении через пару дней. Алексей оглушительно молчал, в глазах читалась радостная тревога.

Через пять минут мы вышли навстречу весне на залитую солнцем улицу, в тишине прошли квартал подальше от издательских окон, остановились и начали радостно хохотать. Что это было? Неужели они рассчитывают продать сто тысяч копий документальной книги на совсем непрактичную тему? Может, все эти годы мы сидели не в том издательстве? Может быть, мы не знали реальных тиражей наших книг? Или гигантский российский холдинг «Эксмо-АСТ» настолько прекрасен, что рвет все шаблоны рынка? Мы попали в радугу новых перспектив. Впереди была работа со сверхмощным издательством и космические финансовые результаты, которыми, к слову, мы и так уже были более чем довольны. Прежние контракты обеспечили нас на годы вперед. Но теперь нас совсем уже оторвали от земли. И мы счастливо предвкушали безмятежный полет.

Я с трудом выдержала два дня паузы и только потом сообщила Шкуровичу, что мы готовы к контракту. Дальше был месяц нудных согласований, и наконец Иванов подписал договор, а я отправила его в издательство. А потом наступил жаркий май. Он неожиданно принес Шкуровичу завидную должность генерального директора новоиспеченного мамутовского холдинга «Азбука-Аттикус». И контракт ценой в сто тысяч «Эксмо» отменило, так и не подписав. Радуга продержалась в небе над нами всего один месяц и растворилась в горьком черемуховом цветении. Наша весна завершилась — холодом и неизвестностью.

Иванов закатал мечты и ударился в работу. А я замерла в тревожном ненастье, которое разом схлопнуло все перспективы. До сих пор непонятное мне предложение Шкуровича обратилось фейком и, казалось, перекрыло для нас пути сразу в два главных издательства: «Азбука-Аттикус» и «ЭксмоАСТ». Плюс меня накрыл мрачный внутренний кризис: меня вывели на космическую орбиту мечты, а потом без спасательной капсулы жестко выкинули на землю. Поддерживало лишь то, что на ближайшие несколько лет денег нам хватит, бэклист пока выпускается в Питере, книг Иванова в магазинах достаточно. А еще спасали автомобильные экспедиции с Алексеем по следам пугачёвщины. Работу над новой книгой нельзя было останавливать.

Настроение стремилось к нулю. Оставшиеся издательства были не очень крупными. И я сомневалась, что они потянут такого значительного автора. Конечно, Иванов — это предложение, от которого они не откажутся, и какой-то контракт мы подпишем. Но о фантастических гонорарах явно придется забыть.