Юлия Зайцева

7 Говорящие утюги

В двадцать семь я узнала, что родилась пиарщиком. Совершенно случайно. В начале нулевых само слово PR понимали только специалисты. В стране только что появились первые PR-ассоциации и агентства. Мой университет планировал открыть свою кафедру связей с общественностью, но ни у одного из преподавателей не было профессионального диплома. Я была молодым активным кандидатом филологических наук, организовывала со студентами разные городские движухи. Поэтому именно меня отправили в питерский университет на второе высшее — постигать основы новомодной профессии. Два раза в год я летала на сессии. После первой же поняла, что PR — это я. Лекции и учебники только подтверждали правила, которым я и так уже следовала — интуитивно. Поэтому в 2007-м накануне съемок проекта теперь уже с командой Парфёнова я готова была взять всю PR-составляющую на себя.

Для того чтобы объяснить Парфёнову ключевые уральские смыслы, Иванов написал серию эссе. Я, конечно, тоже их изучила, впечатлилась структурностью и глубиной и решила, что будет непростительным расточительством использовать эти тексты только в качестве рабочего материала. Тем более первая пресс-конференция показала, что журналисты совсем не в теме. Я связалась со СМИ и запустила цикл статей Иванова «Уральская матрица». Ее из номера в номер публиковали целый год на фоне новостей со съемочной площадки. Так журналисты постепенно освоили тему и прониклись значимостью и масштабом проекта, а читатели подсели на ивановские смыслы и начали ждать их воплощения на экране.

Но этого мне показалось мало. Я предложила Иванову подготовить к премьере фильма документальную книгу и включить в нее не только авторские эссе об уральских феноменах и локациях, но и фото со съемок в этих локациях, а также путеводитель по следам наших экспедиций. Я задумала убить двух зайцев одним ударом и сделать книгу не только об Урале, но и о нашем фильме. Алексей поддержал идею, и мы пригласили в команду фотографа. Он фиксировал все экспедиции для будущего издания и обеспечивал яркий фоторяд для моих пресс-релизов со съемок.

Сейчас книги о фильмах и репортажи со съемочных площадок — обычное дело. Но в далеком 2007-м до этого еще никто не додумался. Киношники снимали тихо, без лишних свидетелей, а потом предъявляли публике результат. Меня такой расклад не устраивал. Чтобы окупить команду Парфёнова, нам нужно было привлечь дополнительное финансирование. Но мы сможем добиться этого, только если о нашем проекте будут вещать из всех утюгов.

Я придумала превратить закрытый съемочный процесс в реалити-шоу для журналистов и будущих телезрителей. Мы замахнулись на роуд-муви, география путешествия огромная. Тысячи километров дорог, больше сотни городов и поселков Челябинской, Свердловской, Тюменской областей, Башкирии и Пермского края. Впереди целый съемочный год, десять автомобильных экспедиций. Раз в месяц на десять дней мы планировали выезжать на съемки на одну из территорий проекта. И я решила перед каждой сессией отравлять в СМИ яркий релиз экспедиции со списком телелокаций, презентацией тем и смыслов, чтобы журналисты могли стать свидетелями нашей работы и написать интересные репортажи.

Макс поддержал идею с особым энтузиазмом и предложил разделить продюсерские функции. Я буду раздувать шумиху и генерить вокруг проекта увлекательный контент, а он займется логистикой, бытом и техническим сопровождением экспедиций. Позже Макс заявил, что для эффективной работы ему потребуется отдельный офис, завел трех помощников и съехал подальше — в другой конец города. В моем штабе остались фотограф, помощник-администратор и команда моих преданных студентов. Работая над «Хребтом России», мы продолжали каждый год проводить фестиваль «Сердце пармы» в Чердыни. И моя студенческая группа работала над программой.

Всю осень 2007-го мы готовились к съемкам. Иванов переписывал диалоги в соответствии с речью Парфёнова и сокращал эпизоды. Леонид сказал, что больше четырех серий о провинции никакой федеральный канал не возьмет, поэтому нужно уложиться в четыре и рассказать историю более компактно. Определился состав ведущих. Парфёнов — путешествующий столичный гость, я — универсальный спортсмен уральского экстрима, Иванов — эксперт. Леониду каким-то чудом удалось убедить писателя засветиться в кадре.

Осенью мы должны были получить первый транш от РАО «ЕЭС» и заранее подготовились с Максом, зарегистрировав ООО «Июль». Открыли счет, завели бухгалтера, но в последний момент Макс убедил Иванова, что деньги должны перечислить не в «Июль», а в его собственную контору, потому что именно его офис будет заниматься гостиницами, билетами и арендой техники. Так им проще оперативно принимать решения. У меня эта неожиданная рокировка вызвала подозрения. Но я была для Иванова человеком новым, а с Максом он дружил уже много лет и безгранично ему доверял. Так что бюджет проекта поступил в распоряжение Макса.

Я спорила, нервничала, мучилась подозрениями: разные команды, офисы в противоположных концах города, деньги на недоступном нам с Ивановым счете. А вскоре до меня докатились непроверенные слухи, что роль экстремала приглянулась подруге Макса и он начал лоббировать ее в разговорах с Парфёновым, который поможет убедить Иванова.

Эта новость оглушила меня на несколько дней. Я часами бродила по снежным улицам и пыталась собраться с мыслями. До начала съемок оставалось три месяца, я два года билась за них и вот перед самым стартовым выстрелом поняла, что ближайший друг и партнер меня кидает.