Слабость духа

Глава 98. У Гидры много голов

— …Удивительно, Феррус, что в своих приключениях ты первым делом не отправился ко мне. Разве ты не помнишь все наши игры, и не дорожишь ими также, как дорожу я? Ведь столь прекрасно было время, проведённое нами! Куда лучше того ада, который опустился на галактику сейчас, и всего пламени, наполнившего просторы Млечного пути. Но разве не для этого мы и рождены, брат? Чтобы вместе собственными руками придавать галактике правильный вид? Исполнять в реальность мечту нашего отца?

Самую малость повернув голову, я увидел улыбающегося «Альфария», с раскрытыми руками идущего ко мне и заметно прожигавшего взглядом небольшую изумрудную коробку, стоявшую на постаменте недалеко от меня. В это время я в своей мастерской создавал особое оружие, которое поможет нам отправиться в саму бездну Имматериума и не погибнуть по глупости. Демоны сильны даже на материальном мире, но в своём доме практически всемогущи, отчего без специального инструмента было бессмысленно даже думать о том, чтобы удалить эту опухоль.

Как на своём примере показали Некронтир, любого можно победить с правильной подготовкой, пусть даже мне потребуется время для изучения пленённого Вашторра и поиска идеального решения демонической проблемы. Всегда можно обратиться к помощи пространственных тюрем, но надеяться на что-то в Океане душ себе дороже. Перемены — это единственная постоянная в иной вселенной.

— …Орикан рассказывал про тебя, а также про невероятные достижения, которых ты достиг в ходе своих странствий, — продолжал «Альфарий», прохаживаясь по моему рабочему месту, и разглядывая мои инструменты. На первый взгляд они казались странной смесью примитивных молотков с клещами, а также технологических шедевров вроде плазменных резаков или термоядерных дуговых печей. Необходимость, когда приходилось смешивать самую продвинутую технику, известную человечеству, с металлом великого молота, найденного мною в странствиях по варпу и пропитанного кровью Примарха. — Пересёк Великий Разлом, штормы варпа и пленил одного из могущественнейших демонов со всей его армией. Расскажу небольшой секрет и сообщу, что наш знакомый ксенос тайно боится тебя и всего, что ты можешь создать собственными руками. Твои технологии, брат, хотя и очевидно далеки от всех шедевров расы этих разумных машин, но учитывая твою скорость их адаптации под нужды Империума, легко понять, чего он страшится. Однако страх перед демонами всё равно сильнее, отчего он продолжает сдерживать себя от попыток ликвидировать тебя. Забавно, не находишь?

Я продолжал бить молотом по адамантовой заготовке, параллельно направляя нанитов для формирования необходимых рун. К сожалению, создание настоящих артефактов, пропитанных варпом, требует прямого подхода, и попытки использовать станки лишь всё испортят.

Вот только пусть подобная ручная работа и была далека от моей специализации, но всё равно пока что выходила отличной. Как-никак, навыки ковки оставались одним из самых первых, полученных мною в этой жизни. Годы, проведённые среди великанов на лишённом продвинутой технике Схеналусе, сделали из меня превосходного кузнеца. Бесконечно далёкого от Вулкана, но всё равно лучше любого смертного.

— …Хорошо вернуться к своим корням, да? — продолжал неугомонный и незваный посетитель. — Сам я не привык к подобному, ибо моё детство было куда проще твоего. Но каждый выполняет ту роль, ради которой был рождён, и о чём ещё можно просить?

— Я знаю, что ты не Альфарий, так что можешь прекращать этот цирк, — спокойно произнёс я, нанося очередной удар по раскалённому металлу. Тот уже начал пылать от жара, но с каждым моим ударом всё сильнее разгоралось сияние рун.

Было очень необычно наконец-то найти практическое применение моей способности работать с металлом напрямую и создавать из него невозможные устройства, вот только, сейчас у меня даже не было времени, чтобы долго раздумывать над тем, каким дураком всё время был. Ожидаемо, весь секрет строился в том, чтобы правильно подойти к использованию моего дара, и начать смотреть на него, как на обычные способности псайкера менять мир своей волей, а не на как какой-то феномен материальной вселенной.

Просто если Магнусу или Лоргару необходимо произнести особые слова и совершить странные взмахи руками, я мог манипулировать психической энергией за счёт прямой работы с железом. Эльдары давно пришли к подобной методике, научившись зачаровывать свои камни душ и психокость в удивительные вещи, но человечество лишь открывало все чудеса волшебной ковки. И книги Цегораха помогли пробраться через века ошибок и поиска секретов.

Пока я работал и раздумывал над всем этим, «мой брат» в это время прекратил улыбаться, став на порядок серьёзнее. В моей мастерской не было никого, кроме нас двоих, отчего о подобном можно было говорить открыто. Хотя и сколько шпионов вообще могло пробраться на «Буревестник», и тайно зайти в мою личную кузню? Мне известно менее двух десятков таких мастеров скрытности, способных прятаться даже под взором тысяч моих камер, и каждый из них был мне родственником.

— Что же, это было довольно ожидаемо, — ледяным тоном ответил он, резко меняя манеру поведения и показывая холод в своих глазах. — Кто-то должен был догадаться, и вполне ожидаемо, что это был ты. Камеры наблюдения? Программы анализа поведения? Техно-колдовством некрон? В любом случае впечатляет, что ты смог распознать наши уловки, на которые ведутся все прочие, не достигшие гения отца. Мы с братьями впитали много его знаний, но до первой голова Гидры до сих пор никто не дорос…

— Ты также не какой-то обычный Астартес, так что можешь не претворяться, — продолжил, в то же время доставая из молекулярного трансформатора рукоять для будущего шедевра. Сделанную на основе Чёрного камня, а потому заставившую шпиона рядом со мной замереть на мгновение, но от того лишь более прекрасную. — Однако и не ксенос или демон-метаморф. Странный клон Альфария? Потерянный близнец или попытка отца создать двух Примархов вместо одного? В любом случае, меня это совершенно не волнует. Ты не являешься угрозой, в этом я уверен, а того и достаточно. Наша цель одна и заключается в том, чтобы уничтожить силы, желающие лишь разрушения и погибели. И для этого мне необходимо работать в спокойствии.

Далее я стал складывать вместе свои заготовки, чтобы затем приступить к объединению очень особенного закалённого в варпе и крови полубогов металла, а также материала, способного усилить мистические качества первого в десятки раз. По сути в результате должен был получиться самый элементарный клинок, который люди использовали на протяжении десятков тысячелетий, однако когда он будет закончен, то получит несколько очень любопытных свойств. Одно из которых и приведёт к ликвидации Фулгрима на очень долгий срок, по истечению которого, надеюсь, он уже не будет представлять угрозу.

— Хотя бы скажешь, как догадался? — спросил мой брат, вопросительно подняв бровь.

— Быть может я и не мастер интриг, но всё равно достаточно умён, чтобы не раскрывать профессиональному шпиону все свои карты, — с усмешкой ответил я, поднимая кусок металла и начиная рассматривать рунические круги. А убедившись в превосходном качестве, поднёс их к тюрьме великого демона, вблизи с которым они начали сиять красным, будто бы голодным светом. — Да и если ты хоть в чём-то похож на оригинального Альфария, то знаю, что неизвестность будет мучить тебя ещё веками. И я считаю это вполне хорошим наказанием за то, что ты прервал меня в процессе работы.

— У Гидры много голов, и ничто не скроется от её взора, — в воздух произнёс он, с каждой секундой показывая всё большую заинтересованность во всём происходящем. Подозреваю, это действительно первый раз, как кто-то смог его раскрыть, отчего он пытался как можно быстрее адаптироваться к происходящему. — Ты ведь даже не знаешь, ради чего я сюда прибыл. С предложением объединиться в поисках артефактов, которые смогут изменить весь ход истории и исправить все ошибки, совершённые человечеством за нашу историю…

— Не интересует, — мгновенно ответил я, после чего положил отлично сделанную пластину в камеру охлаждения. Жидкий гелий, достигший практически абсолютного нуля, был единственной вещью, способной в срок охладить зачарованный адамантин, но для материала бывшего молота даже этого казалось едва ли достаточным, отчего приходилось подключать автоматические системы охлаждения корабля для поглощения энергии. — Я заинтересован в уничтожении демонов и падении проклятых богов, а не охоте за сказками. Интересуешься путешествиями во времени? Отправься искать Магнуса, и если найдёшь, попроси его научить тебя этим чарам. Ну или можешь взять кого-то псайкеров моего легиона, потому как прыгнуть в прошлое или будущее элементарно. Проблема в том, что по итогу это всегда приводит к чему-то плохому для человечества, и только делает вещи хуже.*

— Ты не понимаешь, — покачав головой, произнёс он, на эмоциях сделав пару шагов в мою сторону. Однако стоило мне сжать стальной кулак вокруг кузнечного молота, как он мигом остановился. — У нас появился настоящий шанс изменить все ошибки, которые встречало человечество на своём пути! Не какие-то жалкие путешествия на годы назад, а на тысячи лет! Остановить Долгую ночь до того, как она началась, или предотвратить само начало восстания разумных машин! Возглавить человечество, пока оно лишь выходило из древних пещер Терры, или вообще вернуться в прошлое и предотвратить рождение Хаоса!

— Ты уже слышал, что я сказал, — повернувшись к нему и начав смотреть прямо в глаза брата, со всем металлом в голосе произнёс я. — Любые игры со временем, даже освещённые благими намерениями, приведут лишь к кризису невиданных масштабов, а вмешательство в наши дела одного хитрого ксеноса-пророка почти гарантирует, что его мотивы невозможно предсказать. Единственное, что я могу сейчас с тобой обсудить, так как это моё предложение забросить игры с изуверской машиной, и помочь человечеству тем путём, каким должен настоящий герой. Кровью и потом доказать, что достоин быть моим братом, ради которого я готов рискнуть своей жизнью. Не знаю, как давно ты был найден, но если ты действительно так похож на Альфария, то хотя бы в его что-то общее между вами должно быть. И надеюсь, что это готовность сделать что угодно, ради процветания человечества.

Он ещё несколько минут осматривал меня и мою работу, прежде чем развернуться и направиться к выходу. Я больше не поворачивался и не смотрел на него, полностью погрузившись в процесс ковки. Нельзя было классически средствами объединять магический металл и столь специфический минерал, отчего приходилось буквально вбивать одно в другое. Как ни странно, но при работе с психической энергией, чаще всего это работало лучше прочих вариантов.

— Зови меня Омегон.

Произнеся это, мой новый брат покинул помещение, и оставил меня в покое. Я же хмыкнул на его слова, а затем на мгновение обратился к духам машин, чтобы удостовериться в отсутствии прочих трюков с его стороны.

Настоящий Альфарий всегда носил с собой особую глушилку техники, созданную лично мной в качестве подарка за его помощь при урегулировании зарождающегося внутреннего конфликта меж техножрецами Марса. Она была его гарантом того, что я не смогу шпионить и следить за ним с помощью машинных духов, обитавших в практически каждом устройстве.

И существование Омегона подтверждало, что мою небольшую безделушку не смогли повторить и распространить по галактике, как бы не старались. Ибо хоть Пертурабо и был лучшим учёным и исследователем, настоящий Владыка металла и механизмов был один.

. . .

— Твой план — это полнейшее самоубийство. Мне нравится, — с заливистым смехом произнёс Хан, зайдя на главный мостик «Буревестника», и оглядев все наши приготовления. — Слишком много варпа. Имматериум так и чувствуется в этом месте. Не похоже на тебя.

— Мы все меняемся со временем, если не желаем быть раздавлены под его неминуемым движением, — спокойно сказал я, сидя на своём кресле и с прикрытыми глазами оценивая готовность всех машин и духов совершить прыжок в бездну. Восторг, страх и готовность механизмов были неплохим ответом. — Но меня также забавляет то, что ты всё-таки решил отправиться вместе со мной. Неужели настолько велико твоё желание отомстить нашему падшему брату?

— Часть моих сынов продолжит оборонять мир в случае чего, и, уверен, Гиллиман сможет устроить хорошую оборону. Он прибудет через пару дней, так что этот груз можно сбросить с наших душ. Да и в любом случае, я желаю гарантировать, что ты выживешь, и не сгинешь в волнах Океана душ, так как потеря тебя будет означать практически гарантированный проигрыш в нашей войне. Ибо нельзя победить, вечно защищаясь и боясь пролить собственную кровь.

— Ауч, — театрально закатив глаза, ответил зашедший Омегон. Он выглядел подавлено, но в глазах всё равно можно было заметить ту сталь, которую я видел во взгляде каждого из моих братьев перед серьёзным сражением. Он был облачён в синюю броню, идентичную доспехам Альфария, а также держал в руках копьё, когда-то выкованное лично мной. Любопытно, что тогда я отдал его настоящему любителю настольных игр. — Я так-то тоже неплох. Лучшие Кустодесы валялись перед моими ногами во время последней тренировки, и даже все лучшие из последних верных сынов Фулгрима пали передо мной. Хотя Риланор и показал удивительную стойкость.

— Если ты считаешь их и золотых солдатиков отца достойными соперниками, то сама судьба провести нам великое сражение. Нужно провести твоё боевое крещение. И какая возможность будет лучше этой? — Хан ударил нашего брата по плечу, после чего усмехнулся собственным словам. Омегон хмыкнул, но сохранил свою стойку.

— Рад, что вы способны найти хорошее даже в нашей ситуации, — с усмешкой произнёс я, приходя в себя и начиная отдавать все приказы по постепенному вводу техники в строй. — Потому как нам понадобится всё, чтобы просто выжить и не встретить судьбу хуже смерти. Так что будьте предельно осторожны и сфокусированы — ибо от нас зависит судьба человечества.

После моих слов врата в иную вселенную открылись перед нашим кораблём. Одно мгновение, и мы покинули материальный план, отправивший напрямую в место, где две вселенные сливались воедино. Время навестить брата.

* Путешествие во времени действительно довольно распространено внутри вселенной, но никогда оно не приводит ни к чему хорошему. Прыжки в будущее приводят к попаданию в мрачное место без надежды и света, а прыжок в прошлое к тому, что мигом налетят демоны, любящие устраивать приколы над такими смертными, и ещё больше обожающие использовать их знания о грядущем с целью испортить всё и вся.