Слабость духа

Глава 108. Древние

С каждым проходящим днём Дунгар всё яснее начинал понимать, почему демон оставил его безвольным наблюдателем в собственном же теле. То были не страхи практически всесильной сущности и не боязнь раскрытия, как он сам говорил, а банальнейшее наслаждение пыткой Астартес и муками, через которые он проходил в попытках освободиться. Шли долгие дни, но как бы космический десантник не старался, он так и оставался пленником, лишённым возможности сделать хоть что-то.

Единственное, что у него получалось, так это раздражать демона собственными мыслями и разговорами. Пока тот подобно совершенному хищнику вписывался в ряды Десятого легиона, играючи проходя все тесты на верность, любые проверки сканеров и не вызывая вопросов даже у самых близких братьев, только мысли Дунгара могли вызвать у демона хоть какие-то эмоции. Чаще всего смех из-за наблюдений за его отчаянным сражением, но в редкие моменты удавалось вызвать и раздражение с чистой яростью.

Последний и самый яркий раз произошёл спустя несколько часов после того, как они обнаружили тело мёртвого Примарха. Практически святой символ Империум, обезображенный чьим-то безумным сознанием. Дунгар ещё долго собирался с мыслями и пытался найти слова, которые заставят Вашторра раскрыть хоть что-то насчёт этого странного дела, однако тот, услышав мысли Астартес, бросил лишь одну фразу напоследок, и впервые в голосе тёмного божества было слышна настоящее беспокойство, смешанное с каким-то безумным наслаждением от лицезрения этой картины:

«Вот тебе урок, смертный. Повелитель перемен может казаться откровенным безумцем и глупцом, делающем всё ради несмешных шуток и интригующим ради самих интриг, но есть причины, почему когда-то именно он единолично правил всем Океаном душ. Первейший среди богов, владыка колдунов и повелитель всех изменений, что очень сильно не любит терять игрушки — никто не хочет встретить его лик, когда он перестаёт смеяться. Вы можете надеяться победить его, но это также лишь питает его и делает сильнее.»

«Однако и ты не получишь ничего, если враждебное божество получит артефакт, что ты ищешь? Ты станешь лишь проходимцем и пятном на полотне истории, которое не добилось ничего и не достигло своих целей. Можешь ли ты позволить себе остаться на вторых ролях до конца жизни?»

Демон начал смеяться. То был заливистый смех, полный грубых ноток и едва скрываемых рыков. Он эхом разносился в голове воина, и с каждой секундой становился лишь громче, отчего спустя время начал звучать подобно десяткам колоколов, бьющих одновременно.

«Хорошая игра, смертный, пусть и невероятно жалкая. Ты надеешься, что я помогу вашему поганому виду в этой войне? Что спасу вас от гнева самого Тзинча, раз в эпоху накнец-то ставшего серьёзным? Хоть ты и не понимаешь этого, но мы уже победили, когда Разлом расколол галактику и дал сынам Анафемы шанс вздохнуть своей грудью без пригляда отца. Ты даже понятия не имеешь, чем сейчас занимается Пентархия с Секундусом, но поверь — Империум уже не собрать обратно. Как разбитое стекло не восстановить из тысячи осколков, так и ваша империя погибла, едва ли родившись. Потому что это в вашей природе — разделять и влавствовать над всем, что сгребаете в свои жадные руки.»

«Мои слова это нисколько не меняет. Пусть твой вид и победит, но что это значит для тебя, если ты не получишь ничего от победы? Если другой демон или тёмный бог станет победителем и королем всего Имматериума, разве ты тогда не станешь всего лишь одной из его пешек? Или уже являешься ей, раз так покорно помогаешь им?»

Демон прекратил смеяться, и теперь в его голосе был слышен лишь гнев.

«Если бы я захотел, то весь твой легион, отец и этот флот рассыпались бы в пепел от одного моего желания. Вы верите в превосходство своих технологий и силу ума, но попытки с их помощью победить меня равны надеждам убить Слаанешита чрезмерной дозой наркотиков. Честно, это даже умиляет. Я выиграю, с помощью твоего отца открою путь к победе, и сама ваша вера в превосходство вашей техники лишь сделает меня сильнее. Вы сожгли тысячи миров в огне своих орудий, но сейчас настал ваш час пасть от превосходящего гения…»

Дунгар затем почувствовал, как саму его сущность дальше закинули в темноту, отчего он практически прекратил понимать, где находиться и что происходит. Теперь он мог ощущать лишь само порождение варпа, а также то, ради чего Астартес и сражался до последнего — демон начал сомневаться.

Вашторр до сих пор играл свою роль, скрываясь среди прочих сынов Десятого легиона, но в каждом его резком движении теперь так и виден безудержный гнев с чистейшей яростью. И хотя этого точно недостаточно, чтобы обнаружить истинный лик порождения, но пока что хватало и этого. Плевать на саму его жизнь — главное, чтобы демон оступился один единственный раз, чтобы в этот раз окончательно покончить с ним.

. . .

— …Должен признать, что ваши технологии впечатляют даже меня. Древние идиоты могли и большее, но честно не уверен, что они строили нечто подобное. Даже я едва ли понимаю, что ты понастроил на своей планете, а потому обязан отдать должное. Ваш вид, вполне возможно, первый после нас со старым врагом и их порождениями, кто поднялся так высоко.

— Ты помнишь Древних? — вопросительно подняв бровь, спросил я у резко заговорившего Орикана. Пока я знакомился с данными, которые доставили со Схеналуса, однако всё равно мог с лёгкостью параллельно вести разговор. — И какими же они были? Если отвечать честно и без предрассудков, вызванных вечной войной?

— Могучими. Настолько сильными, насколько мог развиться один вид. Сильнее величайших из нас, и при этом столь погано… милосердные, — без намёка на издевательство, задумчиво произнёс провидец, будто бы погрузившийся в свои воспоминания о давно сгинувшей эпохе. — Считавшие себя воплощением морали и вестниками порядка, которые одни единственные знают, как путь верный. Но встретив нашу империю ужаснулись от кошмаров, которые развились в ходе естественной эволюции, а не под их тотальным контролем. Однако в этом есть свой вселенский юмор, не так ли? Древние, мой вид и вы, люди — все мы взошли в ходе хаотичного развития природы, и при этом поднялись выше тех, кто был создан в искусственных идеальных условиях.

— Приятно слышать такую похвалу. Уверен, это как раз то, что необходимо для победы над силами, грозящими стереть всю галактику в своём безумном пламени. Работая сообща, можно сокрушить даже бога, не так ли?

Мы оба замолчали, так как явно думали об одном. Орикан не был дураком, а потому понимал, по какой это причине я позволил ему узнать про один из самых стратегических секретов человечества, способный перевернуть войну даже с некронами. Потому как я не планировал отпускать его живым, стоит нам решить вопросы с Хаосом. И видя бескрайние просторы голодного Призрачного ветра, мне кажется, он догадывался, что у нас есть способ его ликвидировать без возможности возврата. После заполучения легендарных артефактов это и так было очевидно, но теперь угроза прямо витала в воздухе.

Ведь сведения, полученные про них, оказались очень любопытными. К сожалению, Чтец Акаши не мог предоставить абсолютно всю информацию насчёт столь психических мощного объекта, и предоставлял данные до тех пор, пока использовавший машину мог сдерживать проходящую через него мощь. И даже со всеми улучшениями, которые мы с Зетой внесли в машину, связь со всей информацией во вселенной прожигало мозги смертного, пытавшего прикоснуться к источнику всех знаний. Однако имя того героя обязательно останется в хрониках Империума.

Он принёс нам конкретные сведения, чем является Ключ, и для чего он нужен.* По сути своей, он был предметом, расколотым на кучу эзотерических артефактов, утерянных после окончания Войны в небесах, и практически тотального истребления Древних Некронами с К’тан. Разбросанные по галактике осколки мистического предмета, который при правильном ритуале должен открыть врата величайшего хранилища, пока что скрытого в неизвестном подпространственном кармане, полном реликтов, оставшихся со времён пика империи могущественнейших чародеев в истории вселенной. И среди этих предметов есть также и самое опасное Оружие, которое так жаждет заполучить Орикан с силами Хаоса.

Чем оно было? Даже Чтец Акакши не мог полностью описать его функции. Именно стараясь заполучить сведения насчёт его устройства, и погиб псайкер, чьей мозг мгновенно вспыхнул от перегрузки информации. И единственной узнанной вещью было одно короткое предложение, которое полностью заполняло сознание чародея перед его гибелью. «Оружие может всё».

Было желание самому сесть и лично всё выведать, вот только нельзя бесперебойно использовать Чтеца без риска перегреть двигатели и сжечь сложнейшее устройство. Необходимо с максимальной аккуратностью подходить к технологии, которая возведёт человечество на роль новых владык вселенных. Ведь в любом случае он выполнил свою роль, и показал место, где должен находится последний осколок Ключа.

Теперь понимая, чем является Ключ, становилось ясно, почему хаоситы нанесли первый удар по дому Первого легиона. Все достаточно опасные артефакты, которые могли одним своим существованием принести вред, отправлялись именно на Калибан, который спустя сотни лет Великого Крестового похода стал главным место сбор всех этих предметов, представляющих угрозу человечеству. На Терре также находилось нечто подобное, но туда не посылали предметы, способные подорвать или опустошить сам мир. Как видно по родине Льва, возможно, что не зря решили так разделить.

Сейчас картина вырисовывалась такой. Примерно в момент появления Разлома или немногим позже него, Корвус со своими сынами атаковал Льва и Тёмных Ангелов, после чего каким-то образом стёр Первого из истории. Сам Коракс едва выжил, и с практически смертельными ранами его подобрали Русс с Магнусом, забывшие Джонсона и потому принявшие его сынов за неизвестных врагов. Это, разумеется, если в словах демона, надевшего на себя шкуру моего брата, была хоть капля правды.

Но я не видел ему смысла врать в этом вплоть до момента, как Магнуса не затащили в тень. Чтец сообщил, что Алый король погиб, однако получить детали не удалось из-за и так целой кучи разных тем, ради которых мой брат отдал свою жизнь. Напоследок, машине удалось лишь подтвердить тот факт, что на мире, указанном Ориканом, хранится последний осколок ключа, и что там нас ждёт угроза. Слишком скрытая и безумная, чтобы предугадать заранее, но нечто смертельно опасное.

Дело в том, что во время Похода не каждый из открытых мною миров становился частью Империума, даже если их прошлые жители более не могли возразить нам. Множество планет попадали под категории непригодных для человеческой жизни, отчего оставались навечно мёртвыми и брошенными даже без баз. Была тому виной непригодная для любой нормальной жизни среда или последствия существования ксено-жизней, но порой случалось и так, что даже наши лучшие техники терраформирования оказывались бессильны. В конкретном случае всё из-за опустошающей зоны анти-варпа, где любое существо с душой за пару часов умирало мучительной агонии.

Та планета даже имени настоящего не имела, лишь кодовый номер, засекреченный в самых забытых архивах Империума, куда имеют доступ всего два десятка разумных во всей галактике. Забытый и стёртый со всех карт мир, где, согласно всем моим попыткам разобраться в истине, когда-то исчезли два других моих брата в результате финала Рангданского ксеноцида.

Той самой войны, где Лев впервые показал себя как один из лучших наших воинов, и Первый легион достиг звания вернейших и достойнейших. Той же войны, где после которой Русс вернулся куда более тихим и задумчивым индивидом, а Альфарий… так и остался Альфарием.

Меня тогда не отправили на ксеноцид по простой причине, о которой, однако я узнал сильно позже во время разговора с техножрецами, посланными на войну, но всё равно оставшихся верными мне. Технологии Рангданцев подлежали тотальному уничтожению при первой же встрече, и малейшие попытки использовать их на благо человечества карались смертной казнью согласно приказу самого Императора. Якобы один взгляд на них может свести неподготовленного человека с ума, и превратить в марионетку для враждебных ксеносов.

Подозреваю, отец просто не верил, что я смогу остановиться, если встречу нечто действительно перспективное. Был ли он прав? Уже невозможно ответить, потому как ничего из технологических достижений Рангданцев мне найти не удалось. И во многом, подозреваю, потому как все их стоящие изобретения были спрятаны глубоко в недрах Калибана. Рядом с тысячами многих Тёмных Ангелов, больше всех понёсших потери во время этой войны, после которой они так и не смогли полностью восстановиться.

Всё сходилось, однако картина от этого не казалась менее подозрительной. Я лишь раз в жизни смотрел на тот мёртвый мир с орбиты «Буревестника», однако всё ещё прекрасно помню тёмные пустоши, среди которых не было даже намёка на жизнь. Тогда у меня не было причины рисковать и детально исследовать просторы столь необычной планеты, однако сейчас я ещё более не желал вступать на его поверхность. Особенно видя энтузиазм Орикана, который точно должен что-то знать про зоны анти-варпа на нём.

Очевиднейшая ловушка. Но какие ещё есть варианты кроме вступления в игру демонов и уничтожения мира путём орбитальной бомбардировки? В последнем случае мы сами лишались возможности заполучить оружие, что поможет человечеству, вот только даже тогда я не был уверен, что хаоситы не сбегут в самый последний момент. И тогда нам останется лишь молиться, чтобы они не забрали последнюю часть ключа с собой и одним взмахом стёрли всё, построенное нами…

Раздумывая над решением проблемы, я резко остановился, когда ко мне пришла одна идея, как переломать планы демонов, и не дать Орикану сорвать последний шанс человечества на победу. И стоило мне только закрыть глаза и вспомнить нужную систему, появились врата в материальный мир, благодаря которому флотилия покинула Призрачный ветер, двигаясь к тёмному миру, покрытому бесконечным тёмным смогом. Сейчас измерение пустоты было необычайно тихо, и более не страшил нас постоянным давлением, но от того становилось немногим легче.

* Каноничные артефакты, пусть про которые известно не особенно много. Ключ, что является сборищем кучи артефактов, которые нужно слить вместе с помощью одной странной машиной, а также Хранилище, которое является скрытым пакетом подпространства. Ну и само Оружие, про которое мы знаем лишь то, что оно невероятно сильно и способно из простого демона сделать бога — и всё в общем-то. Очевидно, я сам тоже не знаю, чем оно окажется на самом деле, так как продолжение книжки про Вашторра ещё не вышло… однако! Я помню про ещё один артефакт вселенского уровня, который был у Древних и появлялся всего в одной книжке, крутясь на случайном астероиде посреди космоса.

Пик их развития и, вполне возможно, самая великая технология/артефакт во всём Молоте Войны, по сравнению с которыми даже Небесный Планетарий с Дыханием богов покажутся чем-то не особо впечатляющим и откровенно примитивным. Хотя смешно, что я даже вики-статьи по этому макгаффину не нашёл, в то время как про некроновские гаджеты имеются целые кучи статей — вот насколько хорошую рекламную компании проплатили К’тан.