Слабость духа

Глава 126. Всех сразу

Находившийся за золотыми дверьми тронный зал кардинально отличался от всего остального дворца. Тысячи проводов выходили из гигантского устройства в центре помещения и вели к сотням камер, расположенным у будто бы кристаллических или просто стеклянных стен. Лишь искусственный свет освещал это место, при этом фокусируясь на гигантском стуле посередине комнаты, где и сидел мой брат.

Сангвиний сидел на троне, прикрыв глаза и держа очевидную маску боли на лице. Десятки проводов были подключены к его телу, однако идеальный образ ангела до сих пор сиял и привлекал к себе всё внимание. Казалось, мозг просто отказывался обращать внимание на технику и сотни умирающих людей вокруг, фокусируясь лишь на образе сфокусированного Примарха, не утратившего своей ауры.

Разумеется, мои способности понимать технику и общаться с духами тоже сыграли здесь свою роль. Я с любопытством ознакомился с духом этого псевдо-астрономикона, который хотя и был заметно слабее истинного маяка человечества, но всё равно впечатлял своей древней силой.

Даже не обладая навыками астропатов или навигаторов, я ощущал лёгкое покалывание и теплоту в этом месте, где была сфокусирована невероятная психическая сила тысяч псайкеров и одного полубога. И хотя с инженерной точки зрения меня не могла не восхитить идея этого устройства, однако понимание того, к какой судьбе оно привело моего брата, забирало весь восторг от осознания всей гениальности этой конструкции. В любом случае, сейчас меня интересовал не холодный металл и куча проводов, а мой брат.

— Сангвиний, ты слышишь меня?

— Он предпочитает молчать, — подойдя поближе ко мне, ответил Хорус. — Использование дара в качестве маяка требует огромных сил даже для него, отчего он не в состоянии двигаться и практически не может говорить. В редкие моменты случаются исключения, но не уверен, что сейчас у него достаточно сил для этого. Времена нынче действительно тёмные…

— Феррус.

Казалось, воин Ваала двинулся лишь на миллиметр, однако мы все заметили эти изменения. Сангвиний всё держал глаза закрытыми, и говорил он с невероятной слабостью в голосе, но сейчас и этого было предостаточно.

— Я рад видеть тебя, брат, — не скрывая своей радости, произнёс я. — Был бы куда счастливее, если бы наша встреча прошла при более радостных обстоятельствах, но кто мы такие, чтобы бороться с судьбой? Не так ли?

Ангел молчал около минуты. Свет вокруг нас начал сгущаться вокруг него, пока я кожей ощущал электричество, проходящее по проводам, а также колоссальную психическую мощь, постепенно наполнявшую воздух. И когда мой брат собрал достаточно силы, он продолжил говорить.

— Никто… Я видел будущее. Тебе необходимо отправиться туда, где всё началось, и где умерли мечты всей галактики. Только там ты сможешь найти Оружие, что сможет изменить всю Великую игру… Древние боги именно там оставили свой величайший инструмент. И нет никого во всей галактике, кто сможет использовать его лучше тебя.

Некоторые камеры с пленёнными внутри псайкерами начали вспыхивать к концу его предложения. Целые провода перегорали, пока свет вокруг начал моргать с каждым словом моего брата. Кровавые слёзы пошли из его глаз, что, очевидно, было не самым лучшим знаком.

И чтобы облегчить его муки, я стремительно поднялся по лестнице к его трону и подошёл к своему брату. Вблизи были куда заметнее трещины, начавшие покрывать его кожу и испускать внутренний свет. И чтобы он не сгорел изнутри и не треснул под весом тяжелейшего груза, я коснулся этого псевдо-астрономикона и начал передавать свою силу духу внутри. Хотя этого однозначно было недостаточно, чтобы полностью снять груз, давящий на душу моего брата, но короткий момент облегчения это предоставило.

— Благодарю, — куда более расслабленным тоном ответил Сангвиний. — Я давно уже потерял надежду на то, что смогу побороть своего внутреннего зверя. А те ужасы, что мне показал демон в мириадах внутренних кошмаров… Они показали мне, что есть лишь один вариант разрушить круг насилия и выйти за пределы того, ради чего мы были созданы — пожертвовать собой во имя высшего блага. И я верю, что ты также понимаешь, что необходимо сделать, когда всё человечество будет зависеть от одного твоего выбора.

На мгновение Сангвиний открыл глаза, и мы с ним переглянулись. На меня смотрели два серых стеклянных глаза, в которых больше не было былой силы и уверенности в светлое будущее. Только вселенская усталость и тяжесть от осознания вечного долга.

— Ты знаешь, куда нам необходимо отправиться? — спросил я, продолжая смотреть ему в глаза. — Скажи точнее, ибо от этого зависит судьба всего человечества.

— Туда, где всё началось. К звезде, где пожиратели звёзд впервые обрели плоть, а некроны создали тела своим богам. Именно там, где зародилась сама бесконечная империя, Древние чародеи спрятали своё величайшее Оружие… Однако проклятые и падшие также знают об этом, а потому готовятся устроить последнюю битву за судьбу вселенной. И понадобятся все силы, чтобы выиграть это сражение. Абсолютно все, Феррус. Независимо от наших прошлых обид, от того, что было разрушено и какие идеалы мы предали, человечество лишь объединившись имеет шанс остановить Конец времён и не дать Колесу истории смять всех нас.

— Я услышал тебя, брат. И клянусь сделать всё, чтобы твоя жертва не оказалась напрасной, — кивнув, мигом ответил я. Слова пророков всегда были опасной вещью, которая требовала долгого осмысления, однако сейчас пророчества моего брата казались самой кристально ясной вещью во вселенной.

Сангвиний ничего не говорил напоследок, и всего лишь слабо улыбнулся. После этого он прикрыл глаза, вновь начал фокусироваться на поддержании работы Астрономикона и окончательно замолчал.

Я не желал более и секунды проводить в этом месте, а потому молча развернулся, и отправился на выход. Нахмурившийся Хорус же стоял на своём месте, смотря на Ангела, и продолжил это делать даже после того, как я покинул тронный зал. Впереди было много дел, и больше не было времени на сентиментальности. Пора спасать человечество, и готовиться к финальной битве. Человечество пожертвовало достаточно, чтобы заполучить этот один единственный шанс.

. . .

— Владыка! Мы молимся во имя твоё, чтобы прославить машину и каждого смертного, что решается вступить на путь познания вселенной и попыток вернуть былые достижения, утерянные в Долгой ночи! И, разумеется, для нас будет величайшей честью помочь построить творение, что превзойдёт достижения даже Тёмной эпохи!

— Скажу честно, это поражает меня, что именно ты являешься величайшим техножрецом Секундуса. Удивительно, как высоко кто-то вроде тебя смог подняться в иерархии Механикума, — стараясь скрыть весь сарказм в голосе, через силу произнёс я.

— Чистая вера и преданность идеалам Омниссии сделали из меня вернейший инструмент Машинного бога, — глубоко поклонившись, ответил мне местный архидоминус, на чьём лице навечно застыла железная маска покорности. В отличие от обычной аугментации, он заменил себе только кожу с мышцами, зачем-то оставив неизменённым всё остальное. Из-за этого он смотрелся странно даже на фоне остальных местных техножрецов, смешавших разные учения в нечто совсем непознаваемое. Вот только пусть он и был более похож на ожившую медную статую, чем на человека прогресса и разума, но мне всё равно приходилось работать с ними, чтобы успеть закончить свой проект в срок.

А успеть нам необходимо было многое. Пока Хорус и Лоргар использовали все ресурсы своей Империи, чтобы успеть собрать как можно больше сил для финальной битвы всей Ереси, я готовился к тому, чтобы найти место, куда нам надо добраться, и как гарантировать то, что силы Хаоса и проклятых богов не сотрут нас в порошок, пытаясь остановить от того, чтобы заполучить тайник Древних.

С первым было более-менее понятно — стоило мне сказать Орикану, что бывшие заклятые враги некронтир спрятали своё главное Оружие вблизи звёзд их прародины, как он ещё несколько часов гневно ругался и проклянал уже вымерших чародеев за подобное оскорбление. Некроны до сих пор считали себя победителями в Войне в Небесах, лишь решившими не тратить время на разборки с живым оружием своих врагов и заснувшими на миллионы лет только ради нежелания разбираться с «остатками сил», коими являлись империи эльдар и крорков.

Поэтому стоит хотя бы как-то намекнуть, насколько эта логика хрупка и не особенно разумна, как в железяках что-то переключаются и они начинают придумывать сотни аргументов, почему реальность не сходится с их словами. А когда и отговорки кончаются, они просто начинают ругаться и проклинать всеми известными терминами. Но точку на карте астромант всё-таки показал.

Удивительно, но то была самая граница галактики, куда едва ли доставал Астраномикон, и где практически не было человеческих планет. Сектор Вурдалачьих звёзд всегда обладал слишком высоким количеством исчезновения кораблей прямо в варпе, частыми вспышками безумия, а также непрекращающимися восстаниями по поводу и нет.

Люди могли более века строить успешное общество, чтобы затем в один день увидеть чёрное солнце, появившееся из ниоткуда, и затем начать поклоняться «Великому Червю». Далее обычно шла череда каннибализма, массовых убийств и прочих безумных ритуалов, последствия которых затем зачищались орбитальными бомбардировками. Некоторые магосы пытались изучить эти феномены, но, разумеется, по итогу просто сходили с ума и начинали срывать с рабов кожу, которую затем использовали как плащи.

Лично я подозреваю, что всё связано со странными звёздами в секторе, многие из которых излучают неизвестную даже мне радиацию. Подозреваю, это излучение также потом не позволило некронтир избавиться от врождённых болезней и обрести долголетие, которое ускользало от них даже после покорения космоса и постройки невероятно продвинутой империи. Подобное свойство их родного мира и сделало их культуру столь продвинутой на смерти, богах, а также дало одно единственную надежду и мечту — любой ценой обрести истинное бессмертие. Именно поиски последнего и заставили их пойти на конфликт с покорившими смерть Древними чародеями, а также согласиться на сладкую ложь К’тан.

Жажда вечной жизни привела к тому, что пожиратели звёзд подчинили вторую по силе империю в галактике, напитались силой их душ, после чего устроили самую кровавую и жестокую войну, которую только видел Млечный путь. Ту самую войну, которая столь сильно вывела Имматериум из равновесия, принеся столь много ужаса, боли, страха и тёмных эмоций, что в варпе начали формироваться не просто жалкие демоны, а полноценные тёмные боги. По своему даже иронично, что самые страшные сущности, которые питаются чужими страданиями и болью, родились из одной мечты.

И ограничив кусок космоса, Чтец Акаши смог выполнить свою работу без перегрузки и необходимости переворачивать весь Океан душ в поисках одного места. А заполучив прямо в мозг информацию об этом месте, у меня была возможность открыть порталы туда. Если бы не одно но…

— Вся твоя флотилия сгинет, если ты отправишься сражаться без сторонней помощи. И даже если ты возьмёшь с собой все наши силы, этого всё равно будет бесконечно недостаточно, — прикрыв глаза, с улыбкой сказал мне Кёрз, стоило ему только увидеть меня после долгих странствий в варпе и подойти поближе. Магос рядом со мной мигом упал на колени и начал молится нам обоим, чем ещё более вывел меня из себя. К его счастью, Кёрз привлекал куда больше моего внимания.

Как ни странно, среди всех моих братьев, он изменился более всего. За века бесконечного истребления неверных, он явно наполнился жизнью, отчего практически пропала его врождённая бледность, исправилась осанка и во всей фигуре появилась уверенность в себе и своих действиях. Судя по запаху сожжённой плоти, пропитавшей его, он не избавился от своих разрушительных привычек, но получив моральное обоснование своей бойни в виде религии и идеологии, он истреблял людей с куда меньшим грузом на душе.

— Приятно знать, что наши пророки сходятся в одном — даже если это наша неминуемая кончина, — с усмешкой ответил я. — Рад видеть тебя, Конрад, и хочу убедить, что нет никаких проблем. Я и не планировал один бросаться в бездну, что разверзнется. В идеальных условиях меня вообще не будет у поля боя, так как задача моей защиты ляжет на ваши руки, и руки наших прочих союзников. Мне и моим людям придётся разбираться с самим хранилищем Древних, и тем, что ожидает нас внутри.

— И где же ты собрался собирать всех союзников? Потому как высоки шансы, что если ты начнёшь по одному открывать свои порталы, и приводить сюда один легион за одним, то силы проклятых богов одной единой атакой попытаются сразить тебя. И тогда мы не только окажемся отрезаны от большей части сил, но и лишимся последней надежды на выживание.

Я просто повернул голову и взглянул на чертежи гигантских двигателей обратного поля Геллера, которые в глазах любого другого инженера показались бы откровенным безумием, способным работать лишь очень короткий промежуток времени, и то лишь при наличии практически неограниченных источников энергии. Как-никак, попытка одновременного создания нескольких порталов через Призрачный ветер требует настоящего безумства для успешной работы…

— Именно поэтому мы призовём всех сразу, — с усмешкой ответил я.