Слабость духа

Слабость духа. Финал.

Ситуация сложилась непростая. У меня имелись планы на тот случай, если мы проиграем или если придётся уничтожить Оружие, лишь бы оно не досталось врагам. Но вот реализация его? Я лишь примерно представлял его функционал, используя в качестве теорий слова, брошенные Ориканом и прочими ксеносами. Но теперь, чувствуя его потенциал и возможности, которые открылись мне… Было трудно решить, как именно поступить дальше.

Имея в руках инструмент, способный за особую цену реализовать почти всё, что я захочу, было трудно решить, какая именно судьба принесёт наибольшую пользу человечеству и всей галактике. Потому как я не был уверен, что существует такой исход, который может решить все наши проблемы и на который хватит даже всей почти безграничной силы Потустороннего. Оружие было ограничено его мощью, и лучшего источника энергии мне просто не найти.

Что сейчас было важнее всего? Однозначно, что решить проблемы с Хаосом и Звёздными богами. Было недостаточно просто оттеснить конкретно варп или некронов, так как ликвидация одной из сторон означает лишь то, что человечество погибнет от другой.

Я мог закрыть Разлом, но к чему это приведёт в долгосрочной перспективе? Демоны продолжат жрать души, боги так и будут вести свои интриги, и человечество всё равно будет обречено, когда некроны проснуться и соберут свои силы в единый кулак, что сокрушит Империум. Это не решит ничего, и просто выиграет человечеству лишний десяток тысяч лет.

Попытаться полностью уничтожить обе стороны? Не менее сомнительная идея, так как даже почти бесконечной силы К’тана не хватит для уничтожения двух измерений, критически важных для выживания рода людского. Ни без душ, ни без стабильных законов вселенной, выживание людей попросту невозможно. Именно по этой же причине глупо пытаться реализовать план Дракона, желавшего свести вместе обе реальности — невозможно предсказать последствия подобного на всю человеческую расу. И хотя это, в теории, поможет остальным разумным видам во вселенной, но выживание ксеносов ценой людей меня не волновало.

Ну и что ещё остаётся? Пытаться подобно Древним творить богов и верить, что они защитят Империум от всех врагов? Как показала судьба эльдар, даже такое средство как настоящее божество, не может решить все проблемы. И хотя идея лично вознестись и обрести практически всемогущество и была забавно, но она далеко выходила за границы того, ради чего я был создан…

Хм.

Прикрыв глаза, я попытался отстраниться от всех этих дикий и штурмующих мой разум идей, и начал думать о том, в чём заключилась моя цель. Для чего отец создал лично меня? Ради какой задачи?

Я, как и все мои братья, очень часто задавал себе этот вопрос. Поиск своей цели является натурой всех людей, и в этом плане даже мы не были исключением. Порой я даже задумывался насчёт того, не специально ли отец вложил в нас желание узнать ответ на этот вопрос, чтобы быть ближе к тем, ради защиты кого мы все были созданы?

Потому как я догадывался, что моя суть — создавать и чинить вещи. И имея в руках величайший инструмент, вместе с практически безграничным хранилищем знаний, у меня была возможность починить саму галактику, сломанную после древнейшей войны. Именно Война в Небесах является корнем всех проблем, по результату которой Океан душ не только переполнился болью и страданиями, но и целые законы вселенной были изничтожены руками некронов, считавших себя равными богам.

Однако одна только подготовка к подобному не будет быстрой, и любая попытка кардинально изменить устройство реальности потребует колоссального времени для расчётов и проверок даже для меня. Также было бы неплохо исследовать галактику на предмет прочих осколков, что смогут запитать Потустороннего до его предела.

Сейчас мне требовалось время, и, к счастью, мой «близкий друг» Орикан однажды уже показал, что вполне возможно путешествовать во времени без создания парадоксов, петель и альтернативных реальностей. Требуется достаточно энергии и ресурсов для изменения моего корабля и подгонки его для выживания после подобных прыжков, но сейчас это было последней проблемой.

Ведь раз уж тогда я планировал вернуться в прошлое, чтобы выиграть немного времени, можно было как раз заглянуть к самому себе, чтобы отдать несколько советов и не дать шанс допустить кое-какие ошибки. Придётся, разумеется, для начала создать средство, что предупредит о слишком явном нарушении хода истории, но это также вопрос каких-то пары минут. Для того, кто заполучит целую вечность, это не стоит ничего.

Решено. Благодаря всего одному желанию, мой корабль изменился и обзавёлся нужными модификациями, «подсмотренными» мной через Чтеца. Ещё одна мысль и энергия Пожирателя звёзд начала окутывать сам корабль, готовясь к финальному акту. Последняя команда, и весь «Буревестник» вспыхнул, направившись ещё глубже в варп, где время и пространство были вещами субъективными. Сперва нужно встретиться с самим собой, но далее была запланирована встреча с одним единственным человеком, способном мне сейчас помочь и подсказать, что делать дальше…

. . .

— …Любопытная технология. Скажу честно, вполне возможно, что она превосходит всё, сделанное людьми даже на пике Тёмной эпохи технологий. Некоторые технологии по пожиранию времени и стиранию реальности могут сравниться с ней, но это вопрос для другого дискурса. Я действительно впечатлён, Феррус.

Отец спокойно разгуливал по капитанскому мостику моего корабля, и со взглядом настоящего исследователя оглядывал каждую мелочь. Строго говоря, я вернулся всего на несколько дней назад, когда Император пытался вернуть в строй Магнуса с Руссом. Повелитель человечества буквально собирал осколки души первого, что рассыпались по всему варпу, а потому и для меня было нетрудно встретиться с ним посреди Океана душ, где не было угроз вызова всяких парадоксов. Причём, судя по блестящему огню чистой колдовской мощи, что отец держал в руках, наш главный чародей скоро вернётся в строй, чтобы вновь вечно спорить с Волчьим королём.

— Благодарю, — кивнув, спокойно ответил я. — Попытки заставить всё работать более-менее стабильно заняли около тридцати прыжков в прошлое. Но главное, что вроде бы всё проверено… Однако меня более интересует твоё мнение насчёт моего плана, как спасти человечество с помощью этих артефактов. Он рискован, однако это единственный вариант, с помощью которого я вижу вариант спасти человечество в долгосрочной перспективе. Была ещё идея вернуться на миллионы лет назад и забомбить мир некронтир, пока они только копались в грязи, да не уверен, что подобное вмешательство в ход времени не вызовет катастрофы. А потому я решил…

— Можешь не продолжать. Я верю тебе, и если ты решил поступить как решил, то я полностью поддержу тебя. Ты провёл действительно воистину блестящую работу, сын мой, — с улыбкой произнёс отец, разворачиваясь и смотря прямо в мои глаза. — Твоя машина пусть пока и в экспериментальном состоянии, однако я уверен, что с её помощью всё получится. Никто другой не понимает механизмы на твоём уровне, а значит пока ты уверен в собственном труде, проблем не будет. Но перед началом конца, хочу спросить — желаешь ли ты задать мне другие вопросы? Обещаю сейчас отвечать честно.

Я молча смотрел на отца, обдумывая его слова. И хотя я чувствовал, что сейчас он мог раскрыть мне почти все свои секреты, но какой сейчас был в том смысл? Пожалуй, меня волновал ответ лишь на один вопрос. Он не имел какого-либо практического смысла, но просто волновал меня с самого конца Великого похода. И начало Ереси только подожгло мой интерес:

— Ответь на мой последний вопрос, отец. Понимаю, что твой оригинальный план уже не имеет особого значения, учитывая как всё обернулось, но просто скажи. Какова была наша роль после завершения похода? В чём именно была бы наша задача после того, как человечество будет спасено?

Император повернул голову в сторону, и будто бы сквозь стены начал смотреть в хаотичный поток варпа, окружавший нас. И когда он заговорил, его речь была за очень долгое время была полна настоящих эмоций и даже намёка на радость, одновременно смешанную с печалью:

— Я лично попросил Дорна построить двадцать обителей для вас. Места прямо в дворце, где мы смогли бы все вместе проводить время. Потому как это действительно всё, чего я когда-либо мечтал — найти кого-то, с кем можно разделить остаток вечности. И вся наша роль в том, чтобы гарантировать, что однажды остальное человечество присоединится к нам в вечной жизни познания и развития. Это всё, чего я когда-либо хотел.

— Благодарю. За всё, — в последний раз произнёс я, на мгновение отводя взгляд в сторону. Через секунду я вновь посмотрел на место, где ранее стоял отец, но, ожидаемо, здесь более никого не было. У нас обоих были свои дела и дальше откладывать их не стоило.

Отдав мысленный приказ кораблю, я сам расслаблено выдохнул и стал просто наблюдать за тем, как мой линкор нёсся вперёд, прорываясь через потоки варпа и самих пространство со временем. Корабль разгонялся, пока энергия напитывала Оружие. Варп вокруг меня смешивался в бесконечный хаотичный поток красок, однако я не обращал на всё это внимания и концентрировался лишь на одной идее.

Когда я искал способ раз и навсегда покончить как с демонами, так и с некронами, ко мне пришла только одна мысль, лишённая слишком больших рисков погубить человечество в далёкой перспективе. И заключалась она в том, чтобы наконец вернуть баланс во вселенную, и вернуть границы между варпом, пустотой и материальным миром.

Будь то Древние, слишком долго игравшиеся с Имматериумом, или некроны, использовавшие бесконечную энергию Призрачного ветра ради поддержания своей империи, но две этих реальности слишком сблизились с нашим домом. А уж когда некроны объявили войну К’тан, буквально ожившим законам вселенной, и даже уничтожили один из них, механизм работы нашей реальности окончательно поломался.

После своей смерти души более не лишались груза эмоций и памяти, набранной за свою жизнь, отчего варп со временем наполнялся грязью и негативом, которого всегда больше, чем чего-то положительного. Это и приводило как к усиливанию демонов, питавшихся подобным, так и к рождению целых проклятых богов. К’тан же тоже слишком смело разгуливали по нашей вселенной, поглощая звезду за звездой, да наслаждаясь сладкими душами смертных, именно из-за некронов, давших им плоть и вовсю использовавших их дары в своих технологиях.

А потому единственный способ окончательно покончить с ними — так это максимально уменьшить нашу связь, предотвратить вмешательство богов и ограничить возможности порождений питаться нами и становиться сильнее от каждой пребывающей в варп души. Ну а если отрезать канал, передающий бесконечную энергию Пустоты в нашу вселенную, вся техника некронов резко потеряет свой источник энергии, и Бесконечная империя из величайшей угрозы в галактике резко станет кучей мёртвого металла. Сами К’тан также резко потеряют свои бесконечные силы, и станут очень ограничены в том, на что способны.

Разумеется, человечество также пострадает от подобного. Путешествия в Призрачный ветер станут просто-напросто невозможны, силы псайкеров упадут на порядок, и даже сами странствия в варпе станут куда сложнее. Множество секторов, находящихся слишком далеко от центра галактики, окончательно будут отрезаны от остального Империума из-за ослабления света Астрономикона, однако пока мои ретрансляторы работали, ничто полностью не будет потеряно. Всё можно будет вернуть, пусть и задача станет в десятки раз сложнее.

Для значительной части людей наступит вторая Долгая ночь, однако теперь ситуация в галактике была другой. Хотя и не признавал средства большинства моих братьев, но не мог не согласиться, что они были отличными лидерами, искренне заботящимися об обычных людях. Во многом, это куда больше, чем сделал я сам для собственного народа. Ведь пусть я и даровал людям защиту, однако в своих попытках добиться абсолютной защиты стал немногим лучше Лоргара с его тоталитарной инквизицией. Пусть я был кузнецом, но мои братья были куда лучшими лидерами.

Прикрыв глаза, я погрузился в чувства великих машинных духов, работающих сейчас в унисон, чтобы выполнить мою просьбу. Не приказ, а просьбу спасти человечество и восстановить, то, что было когда-то сломано. Потоки энергии с каждой секундой увеличивались, и со временем все датчики начали показывать критическую перегрузку. Вот только Оружию этого всё равно было слишком мало.

Мне самому приходилось служить одним из проводников этой космической силы, и, фактически, именно я был главным фокусом всей проходящей мощи, придававшем мощи материальную форму. Силы, что превосходит всё, с чем я работал ранее, было достаточно, чтобы даже моя плоть начала плавиться и гореть от перегрузки. Кровь начала идти из моего носа и глаз, пока нервная система начинала работать на пределе даже моих возможностей.

Я сидел и с усмешкой терпел любую боль, просто вспоминая ради чего в очередной раз жертвовал собой. Безусловно, было забавно второй раз умирать, сидя на троне и надеясь, что у людей появится шанс на лучшую, мирную жизнь. Разница была лишь в том, что теперь я понимал, чего собираюсь себя лишить.

Я использовал Оружие, чтобы вернуть в норму «расшатанные» законы вселенной, сделавшие плоть и духом слишком слабыми для нападок варпа. Фокусировал весь свой разум на одной идеи, которую постепенно реализовывал артефакт — чтобы все души, входящие в варп, сначала очищались от любого груза, что мог питать поганых демонов и богов. И, следовательно, если я сейчас умру, то никакого более нового шанса или надежды, что отец сможет меня вернуть — я стану един с варпом и навечно сольюсь с Имматериумом подобно душам всего остального человечества и всех прочих рас галактики.

Безусловно, я мог бы стать бессмертным всемогущим богом с помощью своего устройства, но был ли в этом смысл? Ещё сам Утор давно меня научил тому, что всё однажды подходит к концу, и важно лишь быть уверенным, что по итогу выполнил свой долг до последнего. Таковы догмы великанов, являвшихся Хранителями пика Карааши, и я собирался придерживаться их до последнего вздоха.

…Чем сильнее разгонялся корабль, и чем ярче начинало сиять Оружие, тем хуже становилось мне самому. Лишь тело Примарха могло выдержать такую нагрузку, но при этом никто из моих братьев не был в такой тонкой связи с машинами, чтобы не совершить ошибку и всё не испортить. А потому, как обычно, мне приходилось работать за всех. Однако когда было по-другому?

Подобными шутливыми мыслями я отвлекал себя, когда моя плоть вспыхнула сиреневым пламенем, начавшими плавить доспех и мою кожу с мышцами. Боль была безумная, но не было смысла останавливаться. Оставалось лишь краем глаза следить за небольшой кустарной бомбой, установленной возле Оружия.

Изменённый мною пистолет, стирающий из памяти всё, что попадёт в радиус, должен будет гарантировать, что никто не заполучит мощь Оружия. Ни смертные, ни боги, ни тем более демоны — никто не должен иметь власть менять вселенную ценой риска обрушить реальность. И если быть честным, то я тоже не достоин её.

Однако меня прощало лишь то, чем я пожертвовал ради своего последнего дара человечеству, и всем другим расам, которые страдали от Хаоса, некронов и звёздных богов. Даже если я не мог уничтожить ни кого из них, так как очистка одного варпа казалась невозможной, то я мог испортить им жизнь, заставив голодать. Одно это стоило бесконечно многого.

…Когда корабль наконец вышел из варпа и достиг материальной вселенной, потоки энергии, исходившие от перегруженного Оружия, начали выжигать электронику и устраивать полноценные пожары. Я чувствовал грохот от медленно просыпающегося Потустороннего, стремительно терявшего все силы и распадавшего в пустоту, но ничто не имело сейчас значения.

Потому как когда волны силы наконец вырвались из древнего артефакта, сама вселенная начала меняться. «Буревестник» окончательно погрузился в пламя, и сам Чтец Акаши разорвался на тысячи осколков, оставив в целостности лишь последний специально сохранённый мной пакет памяти. И последней своей мыслью я успел лишь попросить машинного духа направить меня к той точке, куда конкретно я хотел упасть.

Чувствуя, как остатки моего тела догорают, я выдохнул и взглянул на самую дорогую для меня планету в галактике. Телстаракс и бескрайние просторы Схеналуса были последним, что я увидел в своей жизни. И картины жизни и цивилизации, построенные мной, наполняли меня спокойствием до самого конца, затмевающем любую боль и будто бы уносящие меня бесконечно далеко от этого места. А уже после этого я окончательно растворился в потоке света.

. . .

Дуран прошёл через множество битв за более чем полтора века бесконечных сражений. И хотя он всем шутливо говорил, что забыл про страх, но правда была в том, что он боялся каждый раз, как выходил в поле. Боялся за свою жену, за детей и, что уж врать, за самого себя. Любой, кто не боялся умереть, был либо глупцом, либо полным сумасшедшим, кому нечего терять.

Однако, несмотря на свой страх, он продолжал сражаться. Как и миллионы своих братьев, он лицом к лицу встречал силы Хаоса, и делал всё в своих силах, чтобы дать им отпор и не допустить их тлетворное влияние до того, что было действительно важно.

Разогнавшись в «Уравнителе», он, ещё двигаясь, смог изрешетить подоспевшего демона. Однако в самый последний момент прыгнув и извернувшись в воздухе, у него появился идеальный момент, чтобы затем располовинить тварь одним взмахом своего клинка. Рядом стоящий Астартес, который в это время был занят разделкой другой гигантской твари, вылезшей из разрыва в реальности, явно был ему за это благодарен.

Они сражались как воины из мифов и легенд, не знавшие слабости, усталости и поражения. Каждый шаг они прорезались через легионы врага, вот только насколько бы храбры они не были, но сама реальность трещала вокруг них, отсчитывая немногие оставшееся время до самого конца.

Прыгнув в сторону, Дуран в самый последний момент успел увернуться от гигантского чёрного щупальца, вылезшего из трещины во вселенной, появившейся буквально из ничего. Им занялись последние живые псайкеры, ведомые остатками Тысячи сынов, Космических волков и Несущих слово, сразу же начавшие творить свои чудеса и зачитывать какие-то молитвы. Дуран расстреливал всех тварей, решавшихся подобраться вперёд, но даже под адреналином он понимал, что вечно подобное продолжаться не будет.

Даже несмотря на крики Вашторра, которого пленил Лоргар, уже начавший готовить особую пытку для демона, они проигрывали. Несмотря все на волны силы и света, исходившие от встречи Императора и Ангрона. Всё потому, что картины локальных побед не значили ничего, так как сама планета под ними крушилась из-за встречи чистого варпа и пустоты.

Демоны миллионами выходили из своих трещин, тут же направляясь на кровавую войну с щупальцами чистой тьмы, также пытавшимися выбить себе кусочек материальной вселенной. И хотя было хорошо, что две стороны в первую очередь интересовались друг другом, но звёздная система явно не выдерживала этой битвы.

Дуран уже поверил, что встретил свой конец, когда сама земля под ними дрогнула и начала расходиться в стороны. Магма извергалась в сторону, пока планета крушилась из-за всё расползающихся трещин во вселенной. Он успел забросить гранату прямо в пасть одной из гнилых тварей, и это одно уже было неплохо, потому что его как раз отбросило взрывом, спасая от судьбы быть заваленным извергнувшейся горой. Однако груды камня всё равно повредили «Уравнителя», отчего ему оставалось лишь наблюдать за тем, как он подобно кукле летел в сторону. Боли он также не почувствовал, так как сразу же потерял сознание от чересчур жёсткого приземления.

…Дуран понятия не имел, через сколько времени он пришёл в себя. Инстинктивно, он попытался проверить своё состояние, вот только машина окончательно сдала и прекратила подчиняться его приказам. Приводы прекратили работу, и лишь чудом проблемы с проводкой ещё не похоронили самого мужчину.

Крехтя и кашляя, Дуран кое-как смог вылезть из поломанного доспеха и выбраться на свободу. Вот только хотя он ожидал просто встретить свою смерть, при этом успев сделать свой последний глоток воздуха, то действительность оказалась совершенно другой.

Разрывы в реальности сами собой закрывались один за другим. Что в варп, что бесконечная чёрная пустота, но они постепенно исчезали, начиная с самых малых и заканчивая колоссальными брешами в реальности, уже начавших поглощать целые миры. Имматериум отступал, и демоны, следуя за ним, с криками ужаса и боли покидали материальный мир.

Демон, который уже был насажен Лоргаром на кол, просто распался на составляющие, и даже тварь, за которой гнался сам Император, каким-то чудом оказавшийся здесь, со стонами боли медленно растворялся на части. Казалось, что Океан душ решил наконец-то забрать себе всех своих порождений, при этом совершенно не интересуясь их мнением. Разумеется, Повелитель человечества помог этому процессу, и одним движением пробил его своим клинком, вызвав в процессе новую волну света, разошедшуюся из тела уже мёртвого Примарха и «архитектора Ереси». Но самое забавное, что из-за происходящих резких изменений, никто так и не заметил смерти Ангрона, фокусируясь на другом.

Вселенная лечилась, изгоняя из себя чужеродные элементы, и Пустота также не была исключением. Щупальцы постепенно утягивались обратно в своё измерение, пусть они явно при этом были раздражены и желали принести как можно больше вреда в процессе. Твари чистой тьмы хаотично разрушали всё, до чего дотягивались. Однако спустя пару минут они также исчезли, оставив в покое изуродованную реальность.

Дуран же в это время просто присел на остатки «Уравнителя», и с уставшей улыбкой смотрел на звёздное небо. Он уже очень давно не получал наслаждения от обычного наблюдения за звёздами, но сейчас был иной случай. Сын Схеналуса просто сидел и радостно смотрел, как когда-то вдохновившее его ночное небо принимало свой привычный вид. Великий разлом закрывался, пока варп медленно уходил из материальной вселенной. Пусть и не полностью, но того было сейчас вполне достаточно.

Стоило битве остановиться, как все резко остановились и начали смотреть за медленно заживающей реальностью. И только Несущие шторм выделялись на общем фоне — вместо того, чтобы просто стоять, каждый из сотен тысяч Астартес в один миг резко опустился на одно колено и с ликом великой скорби все взглянули в одну точку в небесах. Хотя Десятый легион и был самым малоэмоциональным среди всех, но в эту секунду каждый из них показывал, что чувствует.

. . .

Викарий медленно проходился посреди металлических руин, оставленных в результате колоссального крушения. Целый линкор класса «Глориана», упавший на поверхность Схеналуса, мог привести к невероятным жертвам среди людей, однако, к счастью, он точно ударился о последний участок земли, лишённый техники и жителей. Несколько сотен километров серой пустыни дрогнули, когда гигантская горящая машина встретилась с камнем, но ничего кроме небольшого храма местных великанов не пострадало. Тому потребуется кое-какой ремонт, но в целом строение Хранителей устояло.

Архимагос был назначен в качестве исследователя, который должен был изучить останки этой легендарной машины, однако сколько бы он не искал, он не находил ничего полезного. Вся техника была выжжена, почти все базы данных перегорели, и даже сам живой металл начал рассыпаться в пепел, когда последние наниты умирали от резкого скачка энергии.

Тот самый источник энергии корабля также был мёртв. Батарея была полностью выжжена, будто бы её разом истощили до предела, а затем нечто внутри просто испарилось и исчезло. Ауспексы показывали, что подобное разрушение затронуло практически все системы корабля, и лишь на капитанском мостике были замечены следы последней работающей электроники.

Только благодаря «Уравнителям» удалось разобрать расплавленные двери, и войти внутрь сердца «Несущего шторм». Однако все тут же замерли, встретившись с увиденным, и даже сам Викарий не знал, что сказать.

Гигантский железный труп восседал на металлическом троне в центре комнаты. Нельзя было сказать, где кончался доспех, а где тело Примарха, теперь полностью покрытого металлом. Весь изумрудный свет пропал, не показывая и намёка на жизнь. Лишь один сигнал исходил из всего помещения — из умирающего когитатора, чей машинный дух держался на последних издыханиях.

Викарий даже не осознал, как принял его и скопировал последний пакет данных, явно специально оставленный Примархом перед его кончиной. Сын Схеналуса в прострации смотрел вперёд, не в силах осознать, как он должен себя чувствовать в такой момент. Никто из всей группы экспедиции не знал, как реагировать на то, что они видели.

Он застыл, и без движения думал, параллельно анализируя данные. Однако чем глубже он погружался в них, тем больше его внимание переводилось на полученные чертежи очень необычного двигателя. И стоило ему осознать, что именно он нашёл, как он сразу же решил передать критическую информацию по самому защищённому каналу на планете. Его использовали лишь во время самых критических ситуаций, но ни одна из них была столь же важной, как эта.

— Передаю послание в Центральную Башню. Мной был найден Владыка… Было найдено его тело. Вся техника и базы данных выжжены, но мне удалось уловить последний сигнал с пакетом данных. И если моя аугментация меня не обманывает, то это какой-то экспериментальный импульсный безинерционный двигатель, позволяющий путешествовать быстрее света за счёт энергии космической радиации. Передаю информацию по каналу наибольшей секретности.

Викарий в последний раз взглянул на железную статую в центре, запечатлевшую Примарха в его последнем моменте. И после этого, не сговариваясь, все в помещении опустились на колено. Каждый желал отдать финальную дань уважения своему Владыке.

Конец.

Ну вот и всё. Это было большое приключение, начавшееся с одной мысли, что самый непопулярный Примарх заслуживал куда большего. Такой потенциал у Великана с Медузы! Как раз хватило на хотя бы один довольно немаленький фик (самый большой, что я писал так-то!). Скорее всего, он таким останется на очень долгое время, потому как мало какая вселенная сравниться по прописанности и деталям с одним единственным молотком. Даже каноничные двигатели на радиации нашли своё место))

Вообще, рад, если вам понравилась история, и невероятно благодарен всем, кто поддерживал меня :) Спасибо вам:

Zamir Bezvoinov

((sad face)

KuroKredo

Sneakyfox

ЛМК

павел засоба

дэн чик

Eternal

Igor Ivanov

Drazhar

Кадал ГуБратх

Robinam

Виталий Вальцев

Дима Севрюк

Сергей Коноплёв

Александр Гусев

Алексей Стрелков

Глеб Рубцов

Александр Василевский

Юрий Литвак

Евгений Кукушкин

Merihim

Ева кошка

Вектор

Вечный лутатель

Руслан Федоров

ostapenkodenis69

Глеб Талашов

Вишейт

Михаил Храмцов

Никита Батющенко

Алексей Михайлович

Александр Бажайкин

Руслан Садретдинов

Skitari

Даниил Якимов

Александр

Стас Платов

Sanguinius

Str ibog

Павел Фомин

Кир

Еркинбек Досымханов

И, конечно же, самые мощные меценаты, буквально Определяющие Реальность — Lord of the times, Ales, LiTe, Vasiliu Vasiliu, Андрей Волков, Jony Mnemonic, Moody Sun, Hexxian, Андрей Константинов, Armen Martirosyan, Shenmu, RogeVot, Vi2, и Леонид.