Глава 39



– Ты прав. Как всегда, – сказал Майло, когда мы поднимались по лестнице в кабинет.


– В чем?


Он потрогал пряжку на ремне.


– Похоже, через пару часов мне станет лучше. Пойдем, пожалуй, к итальянцам.

* * *


Майло провел время, проверяя, отправлены ли объявления о розыске в отделения полиции Главного аэропорта Лос-Анджелеса в Бербанке и в аэропорт Джона Уэйна. Вскоре позвонил Фрэнк Гонзалес.


– Наши эксперты собрали семенную жидкость и другие образцы с матрацев в квартире Уильямса, там куча ДНК. Пистолета не нашли ни там, ни у Кори, поэтому какое бы оружие ни видели девушки, оно исчезло. Я полагаю, Уильямс забрал его.


– Я так и думал, – сказал Майло.


– Очень плохо, что они не могут описать его, чтобы мы знали, как оно выглядит.


– Полагаю, в конце концов узнаем.


– Не то чтобы Кори использовал его против кого-нибудь. Вот псих, размахивать пистолетом перед собственными детьми…


– Он не являлся образцом ментального здоровья, Фрэнк.


– Есть что-нибудь от парня из Долины по этому тату-художнику?


– Пока нет, – ответил Майло.


– Я проверил оповещения перед тем, как позвонить тебе. Пока пусто.


– Знаю, Фрэнк.


– Я тебе надоел, – сказал Гонзалес. – И сам себе надоел.

* * *


Стёрджис позвонил Ллойду Бамбургеру. Детектив из Долины откликнулся сразу же.


– Привет, только что собирался тебе звонить. Пуля из головы мистера Брауна оказалась девятимиллиметровой. Это совпадает с твоими?


– По убийству Кори у меня двадцать пятый калибр, но может совпасть с убийством Ди Марджио.


– Пуля из Брауна в лаборатории, а где та, что из Ди Марджио?


– В морге; скажу, чтобы выслали.


– Есть что-нибудь по твоим оповещениям? Не было времени проверить, но догадываюсь, что ничего.


– Правильно догадываешься, Ллойд.


– Я знаю, ты позвонишь, если что-нибудь найдешь.


– Ты узнаешь одним из первых.


– Одним из?..


– Рассчитываю, что сначала позвоню своей семье в Индиану, Ллойд. Чтобы доказать, что я здесь действительно работаю.


Бамбургер рассмеялся и повесил трубку.


Положив телефон, Майло протер глаза, потом все лицо, поиграл неприкуренной сигарой.


– Только что пришло в голову, – сказал я. – Уильямс подчищает хвосты. Нужно предупредить Клеффера.


Сигара сломалась в его пальцах. Майло бросил ее в мусорную корзину.


– Он достаточно сильно ненавидел парня, чтобы тогда увести у него девушку, а теперь… Боже.


Домашний телефон Клеффера не отвечал. На звонок в «Беппо Биппо» последовал высокомерный ответ:


– Шеф готовит.


– Скажите шефу, что лейтенанту Стёрджису нужно с ним поговорить.


– Это невозможно…


– Сделайте возможным.


Дожидаться ответа пришлось под аккомпанемент бьющей по мозгам техно‐музыки, тупо повторяющей одни и те же два аккорда.


Человек с противным голосом снова взял трубку.


– Он создает суфле из мидий, это нежное блюдо, его нельзя беспокоить.


– Как насчет жизни? Она ведь тоже довольно хлипка, нет?


Шум на том конце провода. Музыка.


– Вы что-то сказали, сэр?


– Ничего.


– Я передал ему ваше сообщение, сэр. Ему все равно.


Майло уставился на трубку.


– При чем тут выживание, когда он готовит суфле из мидий, – пояснил я.


Он разразился хохотом – и продолжал содрогаться в конвульсиях, пока брал пистолет, ключи и рацию.


– Куда? – спросил я.


– Идиот этого не заслуживает, но идем.

Загрузка...