Жертва

ЧЕТЫРНАДЦАТЬ

ТАЙСОН

Я сижу за своим столом, и тут раздается тихий стук в дверь моего кабинета.

— Войдите, — говорю я.

Я слишком увлеченно смотрю в свой компьютер, чтобы обращать внимание на вошедшего. Когда в комнате повисает тишина, заканчиваю печатать электронное письмо и, подняв взгляд, вижу свою жену, стоящую в моем кабинете.

Ее голова опущена, глаза устремлены в пол, обесцвеченные волосы завиты крупными, ниспадающими на плечи волнами, и на ней униформа. Она выглядит как нижнее белье. Я никогда особо не обращал внимания на то, что носят мои сотрудники, пока не увидел это на ней.

Поднявшись с кресла, я обхожу свой стол и, прислонившись к нему спиной, скрещиваю руки на груди. Я смотрю на ее черные «Вансы» и медленно рассматриваю черные колготки в сеточку (на них есть стразы, чтобы они блестели во время работы под неоновым светом), на ее черные шорты, которые подчеркивают ее упругую попку, и облегающий купальник в тон, с глубоким V-образным вырезом, демонстрирующий ее большую грудь.

Черт, я возбуждаюсь, просто глядя на нее. Интересно, у Лэйк еще идет кровь? Эта мысль заставляет меня улыбнуться.

— Ползи сюда, — приказываю я, и она вскидывает голову на мой голос.

— Что? — шепчет Лэйк.

— Встань на четвереньки и ползи ко мне, — говорю я, пробуя почву, просто чтобы посмотреть, как далеко смогу ее подтолкнуть.

Мгновение она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, а затем разражается смехом, сгибаясь пополам.

— Я не собака, Тайсон, — Лэйк поворачивается ко мне спиной и направляется к двери, чтобы уйти.

Я беру со стола свой телефон, снимаю блокировку и открываю приложение. Потом нажимаю на кнопку, прежде чем она успевает открыть дверь.

Лэйк пронзительно вскрикивает и падает на пол. Она быстро отползает назад, прижимаясь спиной к стене слева от двери. Колени прижаты к груди. Заблокировав свой сотовый, я откладываю его и подхожу к Лэйк.

Опустившись на колени, я слушаю, как она задыхается, держась за шею. Ее глаза наполнены непролитыми слезами. Такая красивая.

— Ты права, ты не собака. Но ты моя зверушка, Лэйк, — говорю я, протягивая руку и касаясь ее лица.

Лэйкин съеживается, пытаясь отодвинуться от меня, но ей некуда деться — она прижата к стене. Я опускаю руку и провожу пальцами по бархатному украшению вокруг ее нежной шеи, которое я подарил ей сегодня утром перед нашей свадьбой.

— Это ошейник с электрошоком.

Лэйк распахивает глаза и задыхается, от ее прекрасных черт отливает кровь.

— Ч-что? — Единственное слово срывается с ее пухлых губ.

— Может, ты и не по своей воле приползла ко мне, но ты приползешь, малышка. А пока я не против принудить тебя к этому.

Я хватаю ее за руку и рывком поднимаю на ноги. Убираю длинные локоны с ее груди и плеч, наблюдая, как они поднимаются и опускаются с каждым резким вдохом.

Лэйк встречается своими водянисто-голубыми глазами с моими.

— Тайсон... пожалуйста.

Они умоляют меня так же сильно, как и ее слова. Я даже не могу объяснить, насколько возбужден, когда она облизывает губы, пытаясь перевести дыхание.

Я опускаю руку и пробегаю подушечками пальцев по верхней части ее купальника, ощущая мягкость ее декольте, наслаждаясь звуком, который она издает при таком незначительном прикосновении. Лэйк содрогается и тянется руками к моей рубашке, готовясь в любую секунду меня оттолкнуть.

— Не могу дождаться, когда кончу на все это, малышка, — говорю я, глядя на нее.

Она смотрит на мою рубашку, избегая моего взгляда, но я чувствую, как от моих слов вздымается ее грудь. Хватаю за бретельки и медленно стягиваю их вниз по дрожащим рукам Лэйкин, обнажая ее грудь. На ней нет лифчика. У нее здесь его нет. Я улыбаюсь, опускаю руку и медленно провожу костяшками пальцев по ее груди.

— У тебя твердые соски.

Я даю ей понять, что знаю о ее реакции на мои прикосновения, на мои слова. Как бы ни сопротивлялся ее разум, ее тело этим наслаждается.

Лэйк закрывает глаза от стыда.

— Тебе понравилось? — спрашиваю я, и она всхлипывает. — Все в порядке, Лэйк. Я еще много чего с тобой сделаю, что понравится твоему телу.

Я обхватываю ее большую грудь и провожу большим пальцем по затвердевшему соску, заставляя Лэйк задыхаться.

Схватив за руку, я тяну ее к дивану и кладу руку ей на спину, чтобы она перегнулась через подлокотник. Потом сдергиваю купальник еще ниже, и он падает к ее лодыжкам.

— У тебя все еще идет кровь? — спрашиваю я.

— Я... я не знаю, — тихо отвечает Лэйк, приподнимая попку и киску, чтобы я мог ими воспользоваться.

Неважно, есть она или нет. Это меня не остановит. Я опускаю руку между ее ног и сдвигаю в сторону стринги, а затем провожу пальцами по ее пизде, заставляя ее вздрогнуть.

— Ты мокрая, — говорю я, наслаждаясь звуком, который она издает.

Она и так знала, что это так, но мне нравится заставлять ее чувствовать себя неловко.

Я расстегиваю молнию на брюках и вытаскиваю из боксеров свой твердый член, даже не потрудившись их снять. Мне нужно заказать ей новую форму. Одной застежки на купальнике вполне достаточно. Мне нужен легкий доступ к жене в любое время.

Когда я трусь членом о ее киску, она скулит, двигая задницей вперед-назад, безмолвно умоляя, чтобы ее трахнули. Улыбаясь, хватаю ее за обе руки, заводя их ей за спину. Потом скрещиваю ее тонкие запястья, одной рукой обхватывая их, чтобы удержать на месте, а другой ввожу свой член в ее пизду.

Когда проникаю в нее, Лэйк вскрикивает, и я прикусываю губу, чтобы не застонать от того, насколько она тугая. Просто невероятно.

— Перед каждой сменой ты будешь приходить ко мне в кабинет, и я буду тебя трахать, — говорю ей. — Пока ты работаешь, будешь чувствовать, как моя сперма вытекает из твоей киски. Ты меня поняла?

— Да, — выдыхает Лэйк, ее тело пытается бороться со мной, но я прижимаю ее к месту.

Она будет обслуживать мужчин, которые будут всю ночь пялиться на нее, но трахать ее буду я. Тот, кто ею владеет.

Свободной рукой хватаю ее за волосы, приподнимая голову. Это быстрый секс, просто чтобы доказать свою точку зрения, независимо от того, насколько сильно я не хочу торопиться трахать то, что принадлежит мне.

Ее всхлипы и крики переходят в стоны и судорожные вздохи. Прижимаю ее к себе и смотрю, как мой член погружается в ее мокрую пизду до тех пор, пока не понимаю, что больше не могу сдерживаться. В последний раз толкаюсь вперед и кончаю в нее. Когда вытаскиваю член, она вздрагивает, и я отпускаю ее руки.

Лэйк остается лежать на подлокотнике, тяжело дыша, а я засовываю свой окровавленный член обратно в боксеры. Она все еще истекает кровью. Меньше, чем раньше, но кровь все еще есть.

Я подхожу к своему столу, и она медленно поднимается, натягивая трусики, купальник и шорты.

— Ты свободна, Лэйк, — сообщаю ей на случай, если та не поняла намека, и переключаю свое внимание на компьютер. Мгновение спустя я слышу, как открывается и закрывается дверь, и она уходит.

ЛЭЙКИН

Я бегу в общественный туалет на первом этаже и смотрю на себя в зеркало. Обхватываю пальцами колье и пытаюсь за него потянуть. Слезы текут по лицу, и я шмыгаю носом.

— Чертов больной ублюдок.

Я дергаю его еще, но бесполезно. Все, что оно делает, — это щиплет кожу у меня на шее. Она раздражена, покраснела и чешется.

— ЧЁРТ ВОЗЬМИ!

Шлепаю руками по столешнице, и опускаю голову, пытаясь остановить подступившие слезы. Я не настолько слаба. После убийства Уитни я сказала себе, что не буду такой беспомощной.

И все же я здесь с гребаным шоковым ошейником на шее и вытекающей из моего кровоточащего влагалища спермой моего мужа. И снова Тайсон не дал мне кончить. Он сказал мне в номере отеля, что я должна заслужить это. Ну и хуй с ним. Я уже двадцать один год не кончаю. Могу так прожить еще двадцать один. Черт, да хоть пятьдесят, если мне понадобится столько времени, чтобы убить его.

Интересно, что сделают со мной Лорды, если я пристрелю его во сне? Конечно, им будет все равно. Тайсон Кроуфорд был предназначен для величия, но он отказался от него. Ради чего? Не знаю, но не думаю, что они устроят суд, если я его убью.

Уверена, я была бы не первой Леди, убившей своего мужа, и уж точно, черт возьми, не последней. Но они бы отдали меня другому — когда Лорд умирает, его Леди передается другому Лорду. Так они держат нас в узде. Мы слишком много видели и знаем, поэтому должны оставаться в организации. Кто сказал, что он не будет хуже? Разве может быть хуже, чем бывший моей покойной сестры, который ее убил? Не уверена, что хочу проверить эту теорию.

Подняв лицо, я смотрю на себя в зеркало и вытираю слезы. Никогда не думала, что буду радоваться тому, что не накрасилась. Иначе я выглядела бы гораздо хуже. Но кого, черт возьми, волнует, как я выгляжу. Верно? Я здесь потому, что должна быть, а не потому, что хочу быть.

Дверь открывается, и я отвожу глаза, чтобы скрыть тот факт, что плакала.

— Лэйкин, верно? — спрашивает женщина.

Медленно выдыхая, я поднимаю голову.

— Да.

По крайней мере, она не назвала меня миссис Кроуфорд.

Женщина подходит и встает рядом со мной, разглядывая себя в зеркале. Она симпатичная, темные волосы уложены в высокую прическу, макияж с розовыми блестящими тенями для век и помадой в тон.

— Не знаю, что он в тебе нашел. — Ее карие глаза встречаются с моими в зеркале.

Я напрягаюсь от ее слов.

— Что? — спрашиваю я, надеясь, что ослышалась.

Женщина поворачивается лицом ко мне, я делаю то же самое, мне любопытно, что она имела в виду.

— Тайсон… — она скрещивает руки на груди, и ее взгляд падает на мое кольцо. — Теперь твоя сестра... в этом есть смысл.

Мое сердце бешено колотится в груди.

— Ты знала мою сестру? — не могу не спросить я.

Вместо ответа она лишь ухмыляется, а затем поворачивается и выходит из ванной, заставляя меня задуматься, какого черта это было. Еще одна вещь, которая добавилась к этому проклятому дню.

***

Ночь прошла не так уж плохо. Я пролила всего пару напитков, но ничего серьезного. Они просто опрокинулись на мой поднос, когда я наклонила его слишком сильно. И не разбила ни одного бокала, так что это тоже плюс. Однако у меня были проблемы с ответом клиентам, которые спрашивали, что мы подаем.

«Алкоголь, долбоёб», — вот, что я хотела ответить, но вместо этого лучезарно улыбалась, наклонялась, тыкала им в лицо своими сиськами и говорила: «Я новенькая. Что ты обычно пьешь?». Один парень дал мне двадцатку и сказал, чтобы я его удивила. Другого парня ударила по руке его девушка, поймав его взгляд на моей груди.

Мне никогда не разрешали ходить на вечеринки, так что, если это не ром с колой или «Ред Булл» с водкой, я не знаю, что входит в состав коктейлей. И любой, кто спрашивает, глуп. Вы пришли в клуб; вы должны знать, что вам нравится.

Я флиртовала со всеми за своими столиками. К счастью, Тайсон не полный идиот и сегодня вечером дал мне всего два столика, зная, что у меня нет опыта. Но сегодня суббота, и в зале не прекращался завал. Он также не приставил ко мне другого официанта, чтобы меня обучать. Тайсон просто бросил меня на растерзание волкам. Такое чувство, что это тест, и я его провалила.

От света режет глаза, а от громкой музыки болит голова. Не знаю, как он умудряется работать и жить здесь.

Направляясь к главному бару, я подхожу к стойке ожидания в углу, поднимаю два пальца и кричу «Бад Лайт». Бо довольно крут. Он оказался самым отзывчивым. Остальные официанты держатся от меня подальше. Сегодня нас девять человек, и я думаю, они злятся, потому что двое из них потеряли по столику. И одна девушка уже жаловалась на изменение расписания, когда потребовала показать, какая секция у нее завтра вечером.

Мельком взглянула на расписание, и оказалось, что я работаю каждую ночь в течение следующих семи дней. У меня такое чувство, что так будет и впредь. Мой муж — владелец, так что я буду работать именно здесь. Знаю, что каждую ночь, как только мы закроемся, Тайсон заставит меня отдавать ему свои чаевые, потому что это будет еще один способ контролировать меня. Я буду работать на него день и ночь, и мне нечем будет похвастаться, кроме плохого зрения и мигреней. Живу лучшей жизнью.

— Вот, держи, — Бо ставит открытые бутылки на мой поднос, и я благодарю его.

Он широко улыбается и подмигивает мне.

— Тебе необязательно каждый раз благодарить меня, Лэйк.

Я краснею, когда его взгляд опускается на мою грудь, и понимающе киваю.

«Жаль, что я хорошо воспитана».

Подойдя к своему столику, я поворачиваюсь, и кто-то врезается в меня сбоку. Пиво опрокидывается, и я ахаю от ощущения холодной жидкости, забрызгавшей мое лицо, шею и волосы.

— Смотри, куда идешь, мать твою! — огрызается Бетани, а затем перекидывает свой длинный темный хвост через плечо, задирает нос и уходит.

С нашей первой встречи в ванной я поняла, что она меня возненавидит. Бетани старается напомнить мне об этом при каждом удобном случае.

Вернувшись обратно к стойке, я ставлю свой теперь уже мокрый поднос на поверхность, и Бо одаривает меня сочувственной улыбкой.

— Держи, — он протягивает мне горсть барных салфеток, и я промокаю лицо и облизываю губы, ощущая вкус отвратительного пива.

Что ж, вот тебе и хорошая ночь. Теперь мне нужна еще одна ванна.