Жертва

СОРОК ШЕСТЬ

ТАЙСОН

Лэйк стоит передо мной обнаженная, на ее прекрасном теле видны следы от моих рук и ремня. Сперма полностью стерлась с ее лица. Черт, она идеальна.

Я протягиваю руку и обхватываю ладонями ее лицо. Наркотики. Люк собирался накачать ее наркотиками. Я не удивлен. Многие Лорды дают своим избранным или Леди наркотики. Так их легче трахать. Я никогда не был таким парнем. Мне не нравится трахать женщину без сознания.

С тех пор, как Лэйк ударили ножом, я задавался вопросом, правильно ли поступил, заставив ее выйти за меня замуж. Сейчас, когда она смотрит на меня, я понимаю, что поступил правильно. Возможно, Лэйк никогда не узнает, почему я женился на ней. Но я-то знаю.

Но если я что-то и знаю, так это то, что враги будут использовать против тебя то, что ты любишь. И великолепная брюнетка, которая смотрит на меня прямо сейчас, — самая легкая мишень для того, чтобы добраться до меня.

Любовь? Теперь это звучит не так уж и странно. Если любить кого-то означает, что ты готов сжечь весь мир, чтобы защитить, то я люблю ее. Так не должно было быть. Я и она. Но неважно, почему и как мы здесь оказались. Уже неважно.

Запустив руки ей в волосы, я осторожно запрокидываю голову Лэйк назад и опускаю свои губы к ее губам, желая почувствовать вкус своей жены.

Она раскрывается мне навстречу, обвивая руками мою талию, и я углубляю поцелуй. Этим показывая ей, что, что бы ни случилось, я буду защищать ее. И это означает, что я буду делать то, что ей не понравится. Но не собираюсь относиться к ней по-другому. Для всего мира она — моя шлюха. Моя бесполезная игрушка для секса, которую я использую, как хочу. И это именно то, что я собираюсь им внушить. Лэйк не нужно любить меня в ответ. На самом деле лучше, чтобы она меня не любила.

Многие люди путают похоть и любовь. Разница в том, что любовь требует жертв. Именно так я и поступил, изменив наше будущее три года назад. Тот факт, что Люк собирался накачать Лэйкин наркотиками в ночь их свадьбы, лишь доказывает, что заставить ее выйти за меня было правильным решением. Я не знаю, сколько она мне дала, но действие наркотика закончилось довольно быстро. Если бы ей дали ту же дозу, что и мне? Она все еще могла бы быть в отключке. Добавьте к этому тот факт, что у меня встал, и это говорит мне обо всем, что мне нужно знать — он собирался дать ей ГГБ¹².

Оторвавшись от губ Лэйк, я вижу, как медленно открываются ее отяжелевшие глаза, и она делает глубокий вдох. Провожу большим пальцем по ее приоткрытым губам.

— Я приму душ, а потом вернусь в клуб, — говорю ей, ненавидя, как она хмурится от моих слов.

Я бы с удовольствием привязал ее к нашей кровати и весь день играл со своей женой, но у меня есть работа. Кто-то хочет ее смерти, и мне нужно убить их, прежде чем они доберутся до нее.

Лэйк опускает руки, а затем поворачивается и забирается обратно в кровать. Собрав все силы, я поворачиваюсь и направляюсь в ванную, чтобы подготовиться к долгому дню.

ЛЭЙКИН

Я лежу в нашей кровати и не могу уснуть. Мои мысли несутся со скоростью девяносто миль в час. Я все еще так много скрываю от Тайсона. И сейчас больше боюсь не рассказать ему, чем того, что он узнает.

Я все еще в нашей кровати, но сижу, прислонившись спиной к изголовью, когда он выходит из ванной, только что приняв душ. Тайсон останавливается, увидев меня.

— Я думал, что ты уже спишь.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — я сглатываю комок в горле, чтобы покончить с этим.

— Валяй.

— Но ты должен пообещать мне, что не будешь на меня злиться, — торопливо выпаливаю я, садясь прямо и сжимая простыни липкими ладонями.

Тайсон скрещивает руки на груди и прислоняется к дверному косяку ванной комнаты. Белое полотенце низко сидит на его бедрах, демонстрируя мне его впечатляющий пресс и твердую грудь.

Я опускаю глаза на плед, чтобы не думать об этом.

— Я потеряла телефон.

Смотрю на него сквозь ресницы, и он хмурится. Тайсон переводит взгляд на телефон на тумбочке, который он дал мне. Облизав губы, я добавляю:

— Я потеряла телефон, который дал мне отец.

Он отталкивается от дверного косяка.

— Что за хрень ты имеешь в виду, говоря, что тебе дал мобилу отец?

— Он приехал в «Блэкаут»...

— Когда, черт возьми, он был в клубе, Лэйк? — спрашивает он.

Я встаю на колени, не в силах усидеть на месте, когда он, прищурившись, смотрит на меня.

— В тот вечер, когда мы ужинали в отеле «Минсон».

— Господи Иисусе, — шипит он.

— Я пыталась сказать отцу, что ты разозлишься. Что ты узнаешь.

— Почему ты мне не сказала? — орет Тайсон.

Я стискиваю зубы.

— Ты ожидал, что я буду тебе доверять?

— Больше, чем ему, — рычит Тайсон сквозь стиснутые зубы. Проведя рукой по волосам, он стряхивает с них лишнюю влагу и тяжело вздыхает. — То есть ты хочешь сказать, что все это время общалась с ним?

— Нет, — качаю головой. — Совсем нет. Он сказал, что я получу свои инициации по нему.

Тайсон пялится на меня.

— Я же говорил тебе, что у тебя не будет посвящения.

— Мой отец сказал, что ты хочешь, чтобы я провалилась.

— Какого хрена я должен хотеть, чтобы ты провалилась? — кричит он. — Черт возьми, Лэйк.

У него вздымается грудь, мышцы пресса напрягаются.

Я начинаю нервничать еще больше, когда он начинает мерить шагами большую комнату.

— Во что я должна была поверить? — шепчу я.

— Скажи мне, — требует он. — Что еще он сказал?

— Ничего, — хрипло отвечаю я.

— Лэйк.

От его голоса у меня по спине пробегают мурашки. Тайсон требует ответа, и он не собирается повторяться.

— Он сказал, что я позорище.

Слезы застилают мне глаза, и я не могу встретиться с ним взглядом.

— Что для фамилии Минсон было бы лучше, если бы я умерла, — я вытираю липкие руки о голые бедра. — Мне просто хотелось хоть раз сделать что-то правильно.

— Лэйк, — выдыхает Тайсон.

Я фыркаю.

— Но я даже это испортила.

— Что ты сделала? — он садится на край кровати, поднимает руку и убирает волосы с моего лица, но я не отрываю взгляда от одеяла.

— Я забыла о телефоне. Или, может, хотела избежать этого.

Я пыталась понять, как могла забыть о чем-то настолько важном. Может, мой разум решил забыть об этом, потому что я знала, что Тайсон — это та сторона, которую мне нужно выбрать.

— Я вспомнила о мобильнике в ночь драки. Проверила его перед началом смены, и он был разряжен. Поэтому воспользовалась зарядным устройством Старлы, чтобы он включился, — нервно сглатываю я.

— И? — тихо спрашивает Тайсон, беря меня за руку.

— Там были фотографии.

Он крепче сжимает мою руку.

— Какие фотографии?

— Наши с тобой фотографии на вечеринке в доме Лордов. Потом мои фотографии в тот день, когда я пошла делать прическу и купила машину.

— Никаких сообщений или звонков?

— Нет, — отвечаю я, и он отпускает меня, чтобы встать. — Зачем им звонить или писать мне?

— Они не присылают фотографии для посвящения, Лэйк.

— Откуда мне это знать?

— Потому что я сказал тебе, что ты не обязана его проходить, — сухо отвечает Тайсон.

— Каждая Леди должна...

— Ты не такая, как все Леди, черт возьми, — кричит он, перебивая меня.

— Почему я особенная? — я выдергиваю свою руку из его ладони и встаю с кровати. — А? Что я такого сделала, что дает мне право на пропуск?

Он сжимает челюсти и отводит от меня взгляд, отказываясь что-либо говорить, и я фыркаю.

— Вот поэтому я и не поверила тебе с самого начала, потому что ты никогда ничего мне не рассказываешь.

— Чем меньше ты знаешь, тем лучше, — бормочет Тайсон. — Где сейчас телефон?

— Я же сказала тебе, что потеряла его, — отвечаю я. — Я положила его обратно в шкафчик, пошла на работу, и тут началась драка. В первый же вечер после возвращения на работу я пошла проверить его, но его уже не было.

— То есть его украли, — он проводит рукой по своему небритому лицу. — Кто знал, что он у тебя? Только твой отец?

Я прикусываю нижнюю губу и опускаю глаза в пол. Он берет меня пальцами за подбородок, заставляя посмотреть на него.

— Лэйк, — рычит Тайсон.

— Я не хочу тебе говорить, — честно отвечаю я, и удивляюсь, что он выглядит скорее обиженным, чем разозленным.

— Мне нужно знать, потому что у кого-то есть телефон, и он знает, что это твой. Он может притвориться тобой.

Я не думала об этом с такой точки зрения. Сделав глубокий вдох, я шепчу:

— Бетани.