Жертва

ШЕСТЬДЕСЯТ ДВА

ЛЭЙКИН

Он наклоняется и расстегивает пряжку кляпа. Вытаскивает его, и я задыхаюсь, у меня изо рта вытекает слюна.

— Тайсон...

Я дергаю за веревки, которыми связана так туго, что не могу пошевелиться, только раскачиваюсь вперед-назад.

— Ты связана, Лэйк, — говорит он, протягивая руки к моему лицу, и я наклоняюсь к нему. — Тебя похитили. И тебя нужно связать, чтобы ты не смогла убежать.

Я издаю стон, а Тайсон улыбается.

— Ты хочешь этого, малышка? Хочешь, чтобы я освободил тебя и погнался за тобой?

— Да, — отвечаю я, и в моем голосе чувствуется такое же отчаяние, как и в теле. Мои связанные бедра чертовски мокрые от того, что он только что сделал со мной.

Тайсон усмехается.

— Я добавлю это в длинный список того, что собираюсь сделать с тобой в течение следующих пятидесяти лет моей жизни.

Я опускаю лицо на стол, и шевелю связанными руками, отчего тянет ноги. Тайсон хватает меня за волосы и приподнимает мою голову, заставляя вскрикнуть. Другой рукой тянется к джинсам, и расстегивает их, а затем достает свой проколотый член. Он твердый. Мой пульс учащается, киска пульсирует, а губы приоткрываются сами собой. Моя челюсть уже болит от кляпа, но мне все равно. Я отчаянно нуждаюсь в том, чтобы меня использовали.

— Ты хорошая девочка, малышка. Я собираюсь трахать твое милое личико, пока ты не заплачешь большими красивыми слезами. А потом ты все проглотишь.

Я высовываю язык, как изголодавшаяся шлюха, а он держит свой член в нескольких дюймах от моего лица. Я вижу предэякулят на кончике, и мне до боли хочется облизать его. Холодный стол и комната заставляют мои соски напрячься, веревка вокруг груди трется о мои сиськи, и я борюсь с давлением в моих конечностях. Все это слишком. Мне кажется, что я вот-вот кончу. Связанная и выставленная напоказ своему Лорду.

— Правда? — он опускает свой член и дает мне пощечину.

Я задыхаюсь от боли на лице, но мои связанные бедра покрыты моей влагой.

— Да, — выдыхаю я, пытаясь кивнуть головой, но не могу, так как он все еще держит меня за волосы.

— Хорошая девочка.

Тайсон опускает руку к члену, и медленно поглаживает его.

— А теперь откройся пошире и поплачь для меня, Лэйк.

Я делаю, как он говорит, шею сводит судорогой от того положения, в котором меня держит Тайсон, но я уже давно забываю об этом, когда он погружает свой член мне в рот. Я посасываю кончик, практически умоляя его дать мне больше.

— Ебать, малышка, — стонет Тайсон, толкаясь вперед.

Я раскрываюсь для него, и он толкается мне в горло, заставляя меня подавиться. Тайсон выходит, и я судорожно хватаю ртом воздух, прежде чем он снова толкается в меня. По инерции мое тело двигается взад-вперед на столе.

Тайсон замирает, его член такой большой, что заполняет мой рот и затрудняет дыхание. Я задыхаюсь, на глаза наворачиваются слезы. Я борюсь с веревками, пытаюсь отодвинуться, но он удерживает меня.

Тайсон вытаскивает член полностью, и я делаю глубокий вдох. Он снова бьет меня по лицу.

— Не закрывай рот, мать твою.

Я киваю, как могу, и моргаю, когда стекающие по щекам слезы, проясняют мое затуманенное зрение.

Тайсон снова входит в меня, на этот раз мягче, и я издаю стон. От вибрации Тай тоже стонет. Он сжимает руку в моих волосах, а ту, что направляет его член в мой рот, перемещает под мою шею, крепко сжимая ее.

— Сейчас я буду трахать тебя, Лэйк, а ты будешь принимать это как чертова шлюха.

Если бы могла говорить, я бы сказала «да, сэр». Но я не могу, поэтому лежу здесь, на столе в соборе, связанная, и меня трахают в рот, как будто я жертва высшим силам. И знаете что? Мне все равно. Я с радостью служу своему Лорду, потому что так поступают Леди.

ТАЙСОН

Я долблюсь в горло жены. Собор наполняется звуками ее тихих стонов и судорожных глотков воздуха. Я даже не даю ей возможности опомниться, прежде чем снова вставляю кляп ей в рот и закрепляю его на месте.

Ее тело скользкое от пота, и она безудержно дрожит.

Я засовываю свой твердый член в джинсы и застегиваю молнию, прежде чем достать то, что мне нужно.

— Улыбнись в камеру, — говорю я, поднимая мобильный телефон.

Лэйк распахивает глаза и качает головой, затем сдается, и я делаю снимок. Опустив телефон, я обязательно снимаю ее лицо крупным планом, чтобы запечатлеть слезы, которые текут по ее щекам. Лэйк находится в таком положении уже более тридцати минут. Я слышу, как она всхлипывает, борясь с веревкой.

Делаю еще одну фотку, затем накидываю ей на голову капюшон. Лэйк кричит сквозь кляп, еще сильнее сопротивляясь в темноте.

Я нажимаю на запись и обхожу алтарь, стараясь запечатлеть каждый дюйм ее обнаженного, связанного тела. Я подхожу близко к ее лицу, слежу, чтобы моя рука не попала в кадр, и сдергиваю капюшон, прежде чем отступить назад и снять ее в лучшем ракурсе. Затем я заканчиваю видео.

Она опускает голову на стол и тяжело дышит через нос. Я убираю мобильник в карман и, опершись предплечьями о край стола, прижимаюсь губами к ее уху.

— Позже я свяжу тебя также, засуну в эту тугую пизду вибратор, а в задницу — пробку, и буду сидеть и смотреть, как ты пускаешь слюни, кончая снова и снова.

Моя жена стонет.

Я протягиваю руку, обхватываю Лэйк за горло, прижимаю ошейник к шее и улыбаюсь, глядя в ее затуманенные глаза.

— Тебе понравится, малышка.

Лэйк моргает, по ее щекам текут свежие слезы. Я наклоняюсь и слизываю их.

— Может, мне стоит оставить тебя здесь еще ненадолго?

Она качает головой, и я смеюсь.

— Это ведь не тебе решать, правда, Лэйк?

Быстро моргая, она что-то неразборчиво произносит сквозь кляп. Протянув руку, я хватаю ее за длинные темные волосы и откидываю их назад, отчего Лэйк всхлипывает. Я наклоняюсь к ней лицом.

— То, что ты беременна, не значит, что я буду относиться к тебе снисходительно. Я все равно собираюсь трахнуть тебя как шлюху, какой ты и являешься.

Мысль о том, что она носит не одного, а двух моих детей, так чертовски сильно заводит меня.

Мне не терпится привязать ее к кровати у нас дома и трахать до тех пор, пока Лэйк не начнет умолять меня остановиться, а потом в ванной и мыть ее, когда она будет слишком слаба, чтобы сделать это самой. Я хочу приносить ей завтрак в постель и помогать готовиться к этому дню. Но еще я хочу, чтобы эти великолепные голубые глаза плакали для меня, пока мой член находится внутри нее. Я буду брать ее, как захочу и когда захочу.

Ее тяжелое дыхание продолжает заполнять тишину Собора. Братья Пик, может, и Лорды, но они не обособлены от мира сего. Они управляют «Бойней», как тюрьмой. Это их личный город. У них есть уменьшенная копия Собора, где Лорды проводят все свои ритуалы и традиции. Это пригодилось для моего сегодняшнего плана.

Обхватив ладонями ее лицо, я говорю:

— Посмотри на меня.

Лэйк поднимает свои полные слез глаза, чтобы встретиться со мной взглядом.

— Ты мокрая, малышка?

Кивая, Лэйк шмыгает носом, и, готов поспорить, если бы у нее во рту не было кляпа, она бы умоляла меня трахнуть ее. Но вместо этого я снова натягиваю ей на голову капюшон, завязывая шнурок.