Жертва

ТРИДЦАТЬ СЕМЬ

ТАЙСОН

Тяжелое дыхание Лэйк наполняет комнату, и я не могу не улыбнуться, когда беру в руки кусок лежащей на кровати веревки.

Я связываю ее запястья за спиной и оставляю на полу излишки веревки. Потом подхожу к жене, становлюсь рядом, одной рукой подхватываю ее за ноги, другой — за спину и поднимаю. Лэйк удивленно ахает, но не сопротивляется.

Оказавшись на кровати, она собирается перевернуться на живот, но я шлепаю ее по бедру.

— Оставайся на спине. Я хочу, чтобы ты лежала на руках.

Укладываю Лэйк так, чтобы ее голова была в изножье кровати. Я не хочу, чтобы она свисала с края, но была как можно ближе.

Лэйк всхлипывает, приподнимая бедра с матраса, пытаясь ослабить давление, которое ее тело оказывает на связанные под ней руки. Я возвращаюсь на кровать и хватаюсь за излишек веревки, привязанной к ее запястьям. Затем протягиваю ее вдоль кровати и, просунув руку под изголовье, продеваю ее через веревочный зажим. Именно по этой причине я закрепил их вокруг каркаса кровати. Я могу связать ее самыми разными способами.

Я туго натягиваю веревку, завязываю ее, чтобы убедиться, что она не поддается.

— Тайсон, — стонет Лэйк, и я вижу, как она натягивает веревку. Упирается пятками в кровать и раскачивается из стороны в сторону.

Схватив следующий кусок веревки, я сажусь рядом с ее левой ногой и начинаю завязывать простой узел вокруг ее лодыжки. Затем подтягиваю ее лодыжку к бедру и несколько раз обматываю их, закрепляя вместе. Таким образом, Лэйк не может вытянуть ногу. Я стараюсь не обматывать веревку слишком высоко, чтобы она не соскользнула с ее колена.

Как только все закончено, я встаю у изножья кровати и смотрю на Лэйк сверху вниз. Ее грудь и живот открыты для меня, обе лодыжки привязаны к бедрам, ноги согнуты. Наклонившись, я беру излишек веревки с ее левой ноги и натягиваю ее на левый столбик изножья кровати. Я проделываю то же самое с другой ногой, заставляя Лэйк широко раздвинуть ноги.

— Пожалуйста, — шепчет она.

Я опускаюсь на колени в изножье кровати, приподнимаю с простыни голову Лэйк и осторожно вытаскиваю из-под нее волосы, чтобы они свисали с края.

— Что «пожалуйста», малышка? — спрашиваю я, наблюдая за тем, как вздымается ее грудь.

— Я... я не могу... — она закрывает глаза.

— Что не можешь? — я протягиваю руку и массирую ее грудь, что вызывает у меня стон. — Не можешь двигаться?

Я гадаю, как ее тело борется с веревкой.

— В этом-то и дело, Лэйк.

Тихий стон срывается с ее приоткрытых губ, и мой член становится чертовски твердым. Я готов преподать жене урок.

— Чтобы ты была в моей власти. Чтобы я мог поступить с тобой по-своему.

Встав, я возвращаюсь на кровать и устраиваюсь между ее ног. Провожу руками по внутренней стороне ее бедер, и она выгибает спину, разочарованно вздыхая.

Я расстегиваю молнию на брюках и достаю свой твердый член. Даже не утруждая себя предварительными ласками, наклоняюсь вперед и вгоняю в нее головку своего члена.

— Ты такая мокрая, Лэйк. Такая изголодавшаяся.

— Черт, — едва слышно шепчет она, выгибая шею.

Я наклоняюсь к ней, проникая глубже, скользя руками по ее телу. Нависаю над ней всем своим весом, зарываясь руками ей в волосы, и прижимаюсь губами к ее шее.

— Каково это, малышка?

Я выхожу и резко врезаюсь в нее, зная, что каждый мой толчок напоминает ей о пробке в заднице.

— Так... хорошо, — выдыхает она.

Ее киска сжимается на моем члене, и я впиваюсь зубами в ее шею, прежде чем пососать ее. Отстранившись, я вижу засос, который только что оставил, и улыбаюсь. Если Лэйк собирается вести себя так, будто она свободна, то я покажу всему миру, что она занята.

Все так просто.

Мысль о том, что какой-то мужчина всего лишь подумает, что может ею обладать, заставляет меня ускорить темп. Я врезаюсь в нее, превращая ее стоны во вздохи и всхлипывания.

— Скажи мне, Лэйк.

Я подаюсь вперед, зная, что это натягивает веревки на ее запястьях. Мне хочется, чтобы ожоги от веревки тоже стали напоминанием.

— Кому ты принадлежишь?

— Т-тебе, — выкрикивает она.

— А кто я, блядь? — рычу я, крепче сжимая в кулаке ее волосы.

— Мой муж, — хнычет она, сжимая мой член своим мокрым влагалищем.

— Верно, черт возьми, — выдыхаю я. — Помнишь, я сказал, что сделаю с тобой, если ты позволишь другому мужчине прикоснуться к тебе?

— Прости, — делает глубокий вдох Лэйк. — Пожалуйста, не останавливайся.

— Тебе нравится, когда я использую твою пизду, малышка? Когда делаю тебя своей шлюхой?

Ее губы приоткрываются, веки тяжелеют. Она близка к тому, чтобы кончить на мой член.

— Бляяяяяядддь, — произносит она своими идеально надутыми губками.

Я улыбаюсь, зная, что она уже близко. Поэтому выхожу из нее, хватаю свой член и кончаю Лэйк на живот. Она рычит, понимая, что не кончит.

Взяв игрушку, которую достал, я обмакиваю ее в сперму, а затем провожу ею по пизде Лэйк и осторожно ввожу в нее.

— Тайсон... что?.. — Лэйк поднимает голову, чтобы посмотреть на меня.

Ее мокрая киска всасывает игрушку, умоляя о большем.

— Пожалуйста… — она опускается на матрас.

Я встаю с кровати и подхожу к изножью, снова становясь на колени.

Лэйк следит за мной своими красивыми глазами, и сквозь длинные ресницы в них проступают слезы. Она расстроена и, вероятно, все еще злится. Лэйк возненавидит меня, когда я закончу с ней.

— Открой рот, — приказываю я.

Лэйк прищуривает глаза, сжимая челюсть, что говорит о том, что она стискивает зубы и отказывается подчиняться. Я ожидал этого, но у меня есть способы заставить ее передумать.

Достав из кармана зажим, надеваю его ей на нос, чтобы она не могла дышать через него. Лэйк распахивает глаза.

— Как долго ты решишь ждать, зависит только от тебя, — говорю ей.

Лэйк качает головой, ее грудь вздымается, ей не хватает воздуха. Я действительно начинаю нервничать, когда ее веки тяжелеют, что она скорее покончит с собой, чем откроет свой чертов рот. Но, наконец, ее губы разжимаются, и она делает глубокий вдох.

— Вот так, Лэйк, — говорю я, снимая зажим с ее носа. — Глубокий вдох.

Она закрывает рот, чтобы сглотнуть, а затем снова открывает его, чтобы сделать глубокий вдох. Тут же пользуюсь возможностью вставить ей в рот кляп. Лэйк начинает бормотать что-то неразборчивое, а я приподнимаю ее голову ровно настолько, чтобы обернуть кожаный ремешок вокруг ее головы и застегнуть пряжку. Потом кладу ее на матрас, и Лэйк мотает головой из стороны в сторону.

— Это не самый привлекательный вариант, но он делает свое дело, — говорю ей, глядя на большой черный кляп, который закрывает ее рот, щеки и подбородок. Он толстый и громоздкий.

— Его называют глушителем, — продолжаю я. — Потому что как бы громко ты ни кричала, тебя все равно не услышат.

Она моргает, и по ее лицу текут слезы. Ее макияж начинает растекаться.

Я поднимаю шарик, прикрепленный к концу кляпа, и сжимаю, заталкивая кляп ей в рот. Лэйк бьется всем телом, и я делаю это снова. Ее широко раскрытые глаза встречаются с моими, и я делаю это еще раз.

— Это надувной кляп-шар, — говорю я, и она крепко зажмуривает глаза. — Каково это, когда все твои дырочки заполнены, малышка?

Я достаю из кармана последний предмет и подношу его к ее лицу. Нажав на кнопку, включаю вибратор, который поместил в ее киску.

— Я оставлю это здесь.

Устанавливаю его на самую низкую настройку и кладу ей на грудь. Затем целую ее в лоб и встаю, снимая ремень со своих брюк. Я надеваю его ей на шею и говорю:

— На потом.

Затем я ухожу.

ЛЭЙКИН

Боль, удовольствие и разочарование — вот, что я сейчас чувствую. Я не могу двигаться, не могу говорить и едва дышу. Крепко зажмуриваю глаза и пытаюсь успокоить бешено колотящееся сердце и не обращать внимания на жужжание в моей киске. Это просто сводит меня с ума. Этого недостаточно, чтобы я кончила, но достаточно, чтобы заставить мои бедра двигаться, требуя большего.

Открыв глаза, выгибаю шею, чтобы увидеть Тайсона, входящего в смежную ванную комнату, хотя и в перевернутом виде. Он оставил дверь открытой настежь. Вероятно, нарочно. Ублюдок раздевается и встает под душ.

Лежа на спине, я пытаюсь сглотнуть через резиновый шарик, который у меня во рту. Связанные руки немеют от того, что они под тяжестью моего тела. Мои плечи ноют, а бедра болят от напряжения. Я поднимаю голову и вижу на животе сперму Тайсона, но вынуждена опустить голову обратно, потому что это сильнее тянет мои руки и плечи.

«Дыши, Лейк», — говорю себе, стараясь не паниковать. Кляп такой большой, что, даже если бы Тайсон не закрепил его у меня на затылке, я все равно не смогла бы его выплюнуть. А мне бы не хотелось умереть вот так. Это был бы самый унизительный способ из всех возможных.

Я двигаю бедрами, и вибратор прижимается к моей точке G, отчего у меня перехватывает дыхание. Делаю это снова и закрываю глаза.

Бляяядссство. Я убью его, если выживу после этого.

Кожа от его ремня на ощупь как наждачная бумага в том месте, где он целовал меня ранее. Тайсон оставил засосы, он должен был это сделать. Мне было так приятно, когда он это делал. Это его способ пометить меня. Показать всему миру, что я его шлюха. С таким же успехом он мог бы написать это у меня на лбу.

На данный момент я позволю ему делать со мной все, что он, черт возьми, захочет, лишь бы я кончила.