Жертва

ДВАДЦАТЬ СЕМЬ

ЛЭЙКИН

Когда входит Тайсон, я стою перед зеркалом и собираюсь красить тушью ресницы.

Я останавливаюсь, выпрямляю спину и поворачиваюсь к нему. Тайсон стоит, прислонившись к дверному косяку ванной комнаты. Одну руку он сунул в карман брюк, другой держит стакан, в котором нет ничего, кроме льда. Он уже допил напиток.

Тайсон одет в костюм-тройку, сплошь черный, даже шелковый галстук. Мой муж смотрит на меня своими голубым глазами, и я поеживаюсь, гадая, о чем он думает.

— Ты выбрала платье? — спрашивает он, его голос звучит напряженно.

— Да, — тихо отвечаю я. Неуверенно.

Ненавижу себя за надежду, что ему понравится платье. Такое чувство, что то, что он дал мне право выбора, — это проверка. И я боюсь провалиться. У меня было гораздо больше вариантов, чем несколько. В дом привезли целый магазин, полный дизайнерских платьев и туфель на каблуках.

Оттолкнувшись от дверного косяка, Тайсон подходит ко мне, и у меня учащается пульс, когда я понимаю, что тот пришел, чтобы что-то со мной сделать. Он уже сказал мне, что сегодня вечером состоится важное событие — наше первое публичное появление в качестве мужа и жены. Я могу только догадываться, что Тайсон для меня приготовил, прежде чем мы покинем этот дом. Мое тело покалывает от предвкушения.

— Нет причин нервничать, Лэйк, — говорит он, заметив, как изменилось мое дыхание.

Я сглатываю и лгу.

— Я не нервничаю.

На его губах играет ухмылка.

— Так ты хочешь сказать, что так переживаешь из-за пустяка? — выгибает бровь Тайсон.

Нет смысла снова лгать, поэтому я не отвечаю.

Протянув руку, Тайсон развязывает поясок моего халата. Я не хотела одеваться, делать прическу и макияж, а потом все испортить, раздеваясь. Во всяком случае, я так себе говорю. В глубине души я кричала о легком доступе на случай, если Тайсон придет и трахнет меня заранее.

Он осторожно стягивает с моих плеч мягкую пушистую ткань, и она падает к моим ногам. И снова я стою перед ним обнаженная, в то время как Тайсон полностью одет, и мне хочется, чтобы он разделся.

Он проводит пальцами по моей вздымающейся груди, и я дрожу от металла его скользящих по моей груди колец.

— Великолепно, — шепчет Тайсон, и от этого у меня перехватывает дыхание, а в животе порхают бабочки.

Он такой хороший лжец. А я тупая сучка, которая в это верит. Люк заставил меня сделать грудь, но она ему не понравилась. Сказал, что сиськи слишком маленькие. Что стоило сделать их побольше. Я весила сто десять фунтов, и у меня была грудь с размером А. Я бы сказала, что полная D — это чертовски много для моего тела.

Кончиком пальца Тайсон лениво обводит мой сосок. Я поднимаю глаза, и он берется за него, притягивая меня к себе, и я задыхаюсь от боли. В тот момент, когда я соприкасаюсь с его телом, Тайсон опускает руки к моей заднице и, впившись пальцами в мою горячую кожу, поднимает и усаживает меня на столешницу, за которой я только что делала макияж.

Когда он встает передо мной, раздвигаю ноги, обхватываю ими его бедра и, не задумываясь, притягиваю Тайсона к себе.

Я все время думаю о том, что сказал мне Уильям. «Мистер Кроуфорд неплохой человек. Он из тех, кто делает все, что нужно».

Он почувствовал необходимость жениться на мне. Почему я не могу наслаждаться этим? Потому что это закончится катастрофой. Нам не суждено быть вместе вечно. Мой отец об этом позаботится.

Тайсон опускает голову к моей груди, обхватывает губами мой сосок, и я прислоняюсь затылком к холодному зеркалу. Тайсон посасывает его, мягко, нежно.

— Пожалуйста, — умоляю я, вцепившись пальцами в его темные волосы.

Я груба и нуждаюсь в нем, мое тело уже готово к этому. Я готовилась последние два часа, ожидая, когда он найдет меня. И вся из-за этого извелась.

Отпустив мой сосок, он проделывает то же самое с другим.

Я тяжело дышу, у меня пульсирует киска.

Он отстраняется, а мои ноги свисают со столешницы. Все еще стоя между моими ногами, Тайсон достает из своего пустого стакана кусочек льда и проводит им по моему соску. Я задыхаюсь от холода. Лед тает так быстро, что вода стекает по моему животу и между ног. А потом он делает это с другим соском.

Наклонившись, Тайсон нежно дует на них, и я выгибаю спину. Сжимаю руками его пиджак, требуя большего. Сунув руку в карман, он достает что-то похожее на прозрачные цилиндрики с черными ручками на конце.

— Оближи, — приказывает Тайсон, поднося один из них к моим губам.

Я делаю это, не задумываясь. Провожу языком по внешнему краю маленького шарика и даже смыкаю вокруг него губы.

У Тайсона темнеют глаза, и он сжимает свободной рукой мое бедро. Когда тот вынимает эту штуку у меня изо рта, по моему подбородку стекает тонкая струйка слюны. Опустив прибор к моей груди, Тайсон прижимает его к коже, прикрывая сосок, и начинает крутить диск на конце. Я вскрикиваю, когда он начинает втягивать мой сосок в цилиндр.

— Тайсон, — задыхаюсь я, потянувшись к нему.

Он отталкивает мою руку.

— Еще раз, — приказывает Тайсон, засовывая мне в рот другой цилиндр, и я посасываю его.

От этого я издаю стон, а он улыбается.

— Такая голодная шлюха, — бормочет Тайсон и, схватив свободной рукой мою вторую грудь, шлепает по ней, от чего у меня непроизвольно дергаются бедра. Мне даже не стыдно. Это так правдиво.

Тайсон вынимает у меня изо рта цилиндр, и я делаю глубокий вдох, собираясь с духом. Вытянув руки, обхватываю ладонями край столешницы, на которой сижу. И выгибаю спину, когда он прижимает его к другому моему соску и повторяет действие. Они оба свисают с моих грудей, словно вакуум.

Я собираюсь встать, упасть перед ним на колени посреди ванной, но Тайсон обхватывает меня рукой за горло и удерживает на месте.

— Ты будешь стоять там, где стоишь, пока я не скажу тебе двигаться.

Я закатываю глаза и хватаю ртом воздух. Черт, мои соски горят, но это так приятно. Открыв глаза, я вижу, что в свободной руке у него мобильник. Тайсон кладет его на стойку.

— У тебя есть десять минут.

Он установил таймер. Я издаю стон от нетерпения.

— Ты собираешься меня трахнуть?

Он усмехается.

— Каким бы я был мужем, если бы уделил тебе всего десять минут?

Я всхлипываю.

— Пожалуйста.

Я покачиваю бедрами, скользя задницей по холодной мраморной столешнице.

— Ты этого хочешь, Лэйк? Чтобы я развернул тебя, нагнул и трахнул твою пизду? А? Хочешь, чтобы моя сперма капала из твоей киски всю оставшуюся ночь?

Тайсон шлепает меня по груди, и я всхлипываю. От этого движения цилиндр дергается и тянет мой сосок.

— Да.

— Хочешь, чтобы все видели, как отчаянно ты хочешь, чтобы тебя трахнули, как шлюху, которой ты являешься?

Я именно такая — отчаянная. Чувствую, как мои соски словно покусывают зубами, а клитор пульсирует.

— Пожалуйста, сэр...

Тайсон сжимает руку на моем горле и наклоняется к моему лицу. Я смотрю на него сквозь ресницы.

— Как ты меня только что назвала?

Его низкое и мрачное рычание только разжигает во мне желание, чтобы он трахнул меня.

— Сэр, — говорю я, приоткрыв рот, пытаясь вдохнуть. Он еще не полностью перекрыл мне воздух, но уже близок к этому.

Я никогда не была девушкой, которую возбуждает мысль о ролевых играх. Но сейчас готова упасть на колени, поджать губы и назвать его папочкой, если это означает, что он позволит мне сосать его член, как будто это моя пустышка. Поэтому я говорю:

— Пожалуйста, сэр, трахните меня.

Его губы атакуют мои, и я снова обвиваю его ногами. Обхватываю руками его задницу, а его пальцы массируют мою грудь. Тайсон лишает меня воздуха, обхватив мое горло, а мне все равно. Ни одна косточка в моем теле сейчас не борется за выживание. Только необузданное, гребаное желание. Сучка, жаждущая члена.

Тайсон отстраняется, вытягивая руку, удерживая мою голову.

— Не двигайся, — приказывает он, отпуская меня.

Я выгибаю шею и спину, делая глубокий вдох.

Он хватает маленькую скамеечку под столешницей, выполняющую роль туалетного столика. Затем Тайсон берет меня за лодыжки и кладет по бокам мои босые ступни, широко раздвигая мне ноги. Моя мокрая киска выставлена на всеобщее обозрение.

Тайсон проводит большим пальцем по моим влажным губкам, и я победно закрываю глаза.

— Это то, чего ты хочешь? — он вводит в меня один палец.

— Еще, — вздыхаю я.

Мои соски пульсируют. Ощущения, кажется, усиливаются с каждой секундой.

Тайсон вводит палец еще на мгновение.

— Моя жена вся мокрая.

— Да, — киваю я, чуть не плача.

Я открываю глаза, поднимаю голову и вижу, как Тайсон опускается на колени на скамью между моих раздвинутых ног. Обхватывает мои колени, приподнимая, и закидывает их себе на плечи. Притянув мою задницу к краю стойки и глядя на меня, Тайсон проводит языком по моей киске. Он добирается до клитора и засасывает его в рот, а я бормочу что-то бессмысленное.

Пока Тайсон посасывает мой клитор, моя грудь с каждым вздохом быстро поднимается и опадает, и это заставляет цилиндры дергаться, натягивая мои соски. Я уже близка к тому, чтобы кончить, но тут он отстраняется.

Я опускаюсь на столешницу, а он встает, ставя мои ноги обратно на скамью. Тайсон хватает меня за правую грудь и еще раз поворачивает рычаг, усиливая боль в соске, и я задыхаюсь. Затем он берется за другую.

— Тай-сон, — я выгибаю спину, пытаясь потянуться к нему, желая, чтобы он поцеловал меня.

Меня неистово трясет. Никогда не думала, что тело может так сильно в чем-то нуждаться. Это зависимость. Кайф, о котором я готова умолять.

Тайсон хватает меня за руки, отрывает от столешницы и поворачивает лицом к зеркалу.

— Колени на скамейку. Раздвинь их широко.

Он помогает мне, дрожащими ногами я встаю на белую кожаную скамью и раздвигаю их так широко, как только могу. От этого движения моя задница выпячивается вверх.

Подняв тушь, которую я уронила, когда он вошел, Тайсон протягивает ее мне.

— Закончите макияж, миссис Кроуфорд.

Не знаю почему, но то, как он называет меня миссис Кроуфорд, делает это еще сексуальнее. В отражении я наблюдаю затем, как Тайсон опускает взгляд на мое обнаженное тело и подходит ко мне сзади. Он кладет руку между моих раздвинутых ног и нежно проводит пальцами по киске. Его пальцы лениво играют с моей пиздой, дразня меня, зная, что я хочу его член. Убрав руку, он шлепает меня по заднице.

— Макияж, Лэйк.

Я быстро откручиваю крышку и наклоняюсь, чтобы приблизить свое лицо к зеркалу, стараясь не стукнуться прикрученными к соскам штучками о стойку. Пытаюсь сосредоточиться на своих ресницах, но его пальцы сжимают мой клитор, и я подпрыгиваю, стукаясь цилиндрами.

— О Боже! — со стоном произношу я от боли, которую это причиняет. Это так приятно.

Опустив голову, я кладу предплечья на столешницу и еще сильнее выпячиваю задницу ему навстречу.

— По-пожалуйста.

Я сжимаю руки в кулаки и задыхаюсь.

— Тебе приятно? — он теребит мой пульсирующий клитор.

Отпустив его, Тайсон снова проводит пальцами по моей мокрой киске, а затем вводит два пальца внутрь меня.

— Да, — выдыхаю я, но он просто удерживает их на месте, заставляя меня рычать от нетерпения.

Я начинаю покачивать бедрами вперед-назад, трахая их сама.

Сквозь мое тяжелое дыхание слышен его смешок, и я снова нисколько не смущаюсь. Тайсон проводит рукой по моей пояснице, и я чувствую давление на свой анус. Меня это ничуть не останавливает. Он скользит большим пальцем в мою задницу и вводит третий во влагалище.

Я прикусываю губу и опускаю голову на столешницу. Мое сердце бешено колотится.

— Больно? — спрашивает Тайсон, вытаскивая пальцы из моей киски и снова вводя в нее.

Качаю головой, делая глубокий вдох.

— Нет... не останавливайся. Пожалуйста.

Чувствую, как оргазм нарастает. Я так близка. Мои соски набухли и покалывают, клитор пульсирует, а киска намокла. По коже бегут мурашки, и я закрываю глаза, чувствуя, как это ощущение начинает нарастать.

Тайсон делает именно то, что я говорю ему не делать.

— Сядь, — он убирает пальцы, и я опускаюсь, делая то, что мне велено. Тай стоит позади меня, удерживая меня за бедра. — Возьми ручку и поверни ее.

Широко раскрытыми глазами я ловлю в зеркале его взгляд.

— Тайсон...

— Сейчас, Лэйк, — он отпускает меня настолько, чтобы шлепнуть по заднице, и я дергаю бедрами.

Сделав глубокий вдох, я хватаю трясущейся рукой цилиндр, а другой кручу его за кончик, от чего тут же всхлипываю.

— Еще раз, — приказывает Тайсон. — Я хочу, чтобы на каждой груди было по два полных оборота. Понятно?

Я киваю, и он принимает этот молчаливый ответ. Прикусив язык, делаю это еще раз и опускаю голову, а с губ срывается стон. Тайсон снова скользит рукой между моих раздвинутых ног и потирает клитор. Другой рукой он хватает меня за волосы, крепко сжав их в кулаке. Тайсон поднимает мою голову и наклоняет ее набок под углом, чтобы прижаться губами к моей обнаженной шее.

— Другой, — шепчет он, глядя на меня в зеркало.

Дрожа, я хватаю другой и кручу его один раз, чувствуя жжение в соске. Затем быстро делаю еще один и шлепаю руками по столешнице.

— Хорошая девочка, — бормочет Тайсон, проникая в меня двумя пальцами.

Мои соски пульсируют, жжение усиливается до такой степени, что становится больно, но в лучшем смысле этого слова. Все еще держа меня за волосы, он поворачивает мою голову, прижимается губами к моим губам, и я, затаив дыхание, целую его.

Отодвигаясь, Тайсон вводит в мою киску третий палец. Я прикусываю губу, чтобы не выкрикнуть его имя. Он убирает их, и с моих дрожащих губ срывается рык разочарования. На этот раз Тайсон не утруждает себя указаниями, что мне делать. Он протягивает руку и крутит каждой из цилиндров еще по два раза, заставляя меня вскрикнуть. Меня неудержимо трясет, но я так и стою, широко расставив ноги.

Тайсон снова хватает меня за волосы и запрокидывает мою голову. Наклонившись ко мне, он улыбается мне в зеркало. Это нечестно. Тайсон выглядит так, будто собирается на встречу, чтобы заключить сделку на миллион долларов, одетый в черный костюм-тройку. Я же выгляжу так, будто пришла с трехдневного запоя, с растрепанными волосами, без макияжа и голая.

— Вы так прекрасны, когда Вы отчаянная шлюха, миссис Кроуфорд.

Я хнычу, закрывая глаза, и он отпускает меня. Когда открываю их, то вижу, как он достает из кармана зеленую баночку и откручивает крышку. Он окунает в нее два пальца, а затем проводит ими по моему клитору.

— Что это? — спрашиваю я, задыхаясь, ощущая холодок.

— Это небольшой подарок для вечеринки, — неопределенно отвечает Тайсон.

Таймер срабатывает, и Тайсон хватает меня за руку, поднимая со скамьи. Разворачивает и усаживает обратно на столешницу. Я вся потная и дрожу.

Он встает, тянется к моей левой груди и раскручивает цилиндр. Тот соскакивает, и я вижу свой набухший сосок. Тайсон берет пальцами маленькую черную резинку и раздвигает ее. Он аккуратно надевает ее на мою грудь, и она зажимает мой набухший сосок.

Я инстинктивно пытаюсь ее снять, но он прижимает к бокам мои руки.

— Это называется бандажирование сосков, — мягко говорит он, его губы почти касаются моих.

— Тайсон, пожалуйста.

— Ты наденешь это сегодня под платье.

Мне хочется заплакать, но это испортит весь мой макияж. Я облизываю губы.

— Да, сэр.

Мои слова дарят мне еще один глубокий поцелуй, и я постанываю ему в рот, а затем прикусываю его губу. Тайсон отстраняется, снова заставляя меня затаить дыхание, и повторяет то же самое с другой грудью, и от этого ощущения я сжимаю бедра.

Я смотрю на него отяжелевшим взглядом и приоткрываю губы.

— Одевайся и встретимся внизу, — приказывает Тайсон, и я сглатываю. — Ты можешь надеть трусики, но не более того. Никакого лифчика.

Не дожидаясь ответа, он отпускает меня и выходит из ванной с пустым стаканом в руке.

Я даю себе несколько минут, чтобы перевести дух, задаваясь вопросом, как, черт возьми, переживу эту вечеринку и что мне сделать, чтобы меня трахнули раньше, чем он планирует.

ТАЙСОН

Я стою внизу, в большом холле, и отвечаю на сообщение, которое прислал мне Раят, но тут слышу ее. Смотрю на верхнюю ступеньку лестницы и вижу свою жену в красном платье. Ее волосы распущены и завиты, у нее на шее мой ошейник, а на пальце кольцо. Но твердым как камень меня делает как раз то, чего я не вижу. Кольца вокруг ее сосков.

Под платьем, которое она выбрала, их не заметно, но я знаю, что они там есть. И, судя по тому, как отяжелели веки Лэйк, мягкий материал платья напоминает ей об этом.

Лэйк останавливается передо мной, все еще тяжело дыша. Хорошо. Я хочу, чтобы каждый ублюдок сегодня видел, как она сходит с ума по мне. По моему члену. По моему вниманию. По моему одобрению. Мой план состоял в том, чтобы довести Лэйк до такого состояния, чтобы она не выдержала. Пару раз она была так близка к тому, чтобы кончить, что я знаю, сейчас Лэйк готова на все, лишь бы кончить.

После того, что я узнал ранее в своем кабинете, мне хочется прижать Лэйк к земле и трахать до тех пор, пока она не превратится в жалкое месиво. Но с этим придется подождать. У меня был план на сегодняшний вечер, и, получив новую информацию, я не собираюсь от него отступать.

Я беру ее левую руку и подношу к губам, целуя обручальное кольцо. Она краснеет, опуская глаза в пол, и мне нравится, как в такт тяжелому дыханию поднимается и опускается ее грудь.

— Вы выглядите потрясающе, миссис Кроуфорд.

Это не ложь. Моя жена великолепна, и сегодня вечером все будут смотреть на нее.

Лэйк встречается со мной взглядом, и я опускаю ее руку, чтобы обхватить ладонями ее лицо, испытывая потребность прикоснуться к жене.

— Спасибо, — шепчет Лэйк.

Игнорируя желание сорвать с нее платье и сказать: «На хуй эту вечеринку», хватаю Лэйк за руку и вытаскиваю из дома. Мы садимся в лимузин, и я сажусь рядом с ней. Поворачиваюсь к ней лицом.

— Ты...

Ее губы прижимаются к моим, прерывая меня. Я не отталкиваю ее. Вместо этого зарываюсь руками в ее волосы, и углубляю поцелуй. Вздрагиваю, когда чувствую, как Лэйк сквозь брюки гладит мой член.

Отстранившись, выдыхаю:

— Ебать, Лэйк.

— Да. Пожалуйста, — умоляет она, и в ее голосе такое же отчаяние, как и в теле.

Я опускаю руки, обхватываю ладонями ее лицо, провожу большим пальцем по ее влажным губам. Лэйк втягивает палец, посасывая, и я издаю стон.

— Ты этого хочешь, дорогая? Чтобы я трахнул твой рот?

Она стонет.

Я вытаскиваю палец и заменяю двумя другими, наслаждаясь ощущением влажности. Не могу дождаться, когда она начнет пускать слюни на мой член.

— Хочешь, я поставлю тебя на колени, возьму за волосы и заставлю давиться?

Лэйк кивает изо всех сил, моргая глазами.

Вытащив пальцы из ее рта, я запускаю руку ей под платье, нахожу набухший сосок, и сжимаю его, заставляя девушку вскрикнуть.

— Правильно, малышка. Именно этот звук ты будешь издавать для меня позже, когда будешь привязана к нашей кровати.