Жертва

ТРИДЦАТЬ

ЛЭЙКИН

Я сижу на своем стуле, глядя прямо перед собой. Чем дольше сижу здесь, тем больше злюсь. На своего брата, на себя. Он был единственным, кто, как я думала, был на моей стороне. Теперь у меня никого нет. Но имело ли это когда-нибудь значение? Не совсем. Не в долгосрочной перспективе.

Неприятный привкус во рту наконец-то прошел. Думаю, это потому, что я взяла еще выпить, возвращаясь из туалета. Мой муж собирается трахнуть меня позже, и, хотя мое тело умоляет об этом, разум кричит «нет, черт возьми».

Я оборачиваюсь и вижу, что Раят и Блейкли разговаривают. Она облокачивается на стол, подперев лицо рукой. Я не могу расслышать, что Раят ей говорит, из-за голосов в комнате, но Блейкли ему улыбается. Раят протягивает руку и заправляет ее темные волосы за ухо, а затем наклоняется и целует ее. Я бесстыдно наблюдаю за тем, как она прижимается к нему. Блейкли убирает руку от лица и проводит по его черной рубашке. Прижавшись своим лбом к ее лбу, Раят прерывает поцелуй только для того, чтобы подарить ей еще один. Он как будто не может насытиться ею, и то, как Блейкли притягивает его к себе, говорит о том, что она чувствует то же самое.

Я перевожу взгляд на Сина и Эллингтон. Он кладет руку на ее растущий живот и, наклонившись, что-то ей говорит. По тому, как краснеет ее лицо, я бы сказала, что Син рассказывает, что запланировал для нее на сегодня.

Отводя взгляд, делаю еще один глоток шампанского. Я хочу также. Мужа, который хочет быть со мной. Такого, который хочет, чтобы я родила ему детей и сделала его дом уютным. Подарила ему семью. Я не хочу быть замужем за человеком, который хочет использовать меня только для какой-то извращенной мести. Не говорю, что у меня было бы так, если бы я была с Люком. Но я просто спрашиваю, почему это должно быть одно или другое?

Я замечаю, как в зал входят мои родители. За ними следует мой брат и встречается со мной взглядом. Они смотрят на меня с отвращением. Я не понимаю. Неужели Миллер предпочел бы, чтобы меня изнасиловали и избили, чем я наслаждалась своим мужем? Ага. Он ясно дал это понять. Но почему?

Это просто показывает, насколько ебанутые Лорды.

Я выпрямляюсь, когда вижу, как к ним сзади подходит парень. Это парень из нашего номера в отеле. Тот, кто пришел вместо Гэвина. Он похлопывает моего брата по плечу, и тот оборачивается, чтобы обнять его одной рукой. Мои родители тоже оборачиваются, чтобы поприветствовать его. Следом за ними входит еще один мужчина, которого я помню как Гэвина, и они заводят разговор.

— Я же говорил тебе, что ты можешь выпить один бокал.

Я оборачиваюсь на звук голоса и вижу, что рядом со мной сидит Тайсон. Он переводит взгляд с меня на бокал с шампанским.

Я подношу его ко рту и отпиваю. Как только шампанское заканчивается, делаю глубокий вдох и опускаю губы к его губам так близко, как только могу, не касаясь их. Тайсон даже не пытается отстраниться. Какая-то часть меня надеется, что брат наблюдает за этим.

«Да, я его шлюха, ублюдок».

— Вы можете наказать меня за это позже, сэр.

В моих словах столько сарказма, сколько я могу в них вложить. Но прозвучали они скорее с придыханием.

Несмотря на то, что я злюсь на него, моя киска все еще пульсирует, а соски ноют. Они так и просят, чтобы к ним прикоснулись. Мое нижнее белье насквозь промокло. По крайней мере, сегодня Тайсон позволил мне надеть трусики. Не хотелось бы, чтобы на моем платье было мокрое пятно.

Тайсон протягивает руку и нежно проводит пальцами по моей щеке, убирая прядь волос мне за ухо, отчего по моей разгоряченной коже пробегают мурашки.

— Будь осторожна в своих желаниях, малышка.

***

По моему мнению, вечеринка была довольно скромной для Лордов. Не было никаких ритуалов или жертвоприношений. Никакого кровопролития. Просто Лорды собрались вместе, чтобы похлопать друг друга по спине и поздравить с тем, что может сделать любой другой человек — окончить колледж. Лорды даже не ходят на занятия. Им это не нужно. Они получают награды благодаря своему титулу и только титулу.

К счастью, я не разговаривала с родителями. Они сторонились нас. Мы попрощались со всеми за нашим столом, и я пообещала поддерживать связь с Блейкли и Эллингтон.

— Не хочешь рассказать мне, из-за чего ты так злишься? — спрашивает меня Тайсон, поправляя пиджак и садясь рядом со мной на заднее сиденье лимузина.

— Неважно, — честно отвечаю я.

Ничто не изменит ни прошлого, ни нашего будущего. Что сделано, то сделано, и все, что я могу, — это жить одним днем.

Тайсон запускает руку в мои волосы и запрокидывает мою голову назад. У меня учащается дыхание, когда он опускает губы к моей шее, нежно целуя в ухо.

— Мне не нравится твое поведение, Лэйк.

— Тогда, может, тебе стоит выебать его из меня, — бросаю я.

Он мрачно усмехается.

— Я трахну тебя. Но не уверен, что это поднимет тебе настроение.

Я рычу, мои бедра непроизвольно приподнимаются. Он специально выводит меня из себя. Я ожидала этого. Поэтому дразнила его всю ночь. Вот чего он хочет. Чтобы я была на взводе, ползала на четвереньках, умоляя его уделить мне хоть немного внимания.

Лимузин останавливается у дома, и Тайсон помогает мне выйти через заднюю дверь. Я немного спотыкаюсь на каблуках, несколько выпитых напитков сказываются на мне сильнее, чем я ожидала.

Мы входим в парадную дверь, и я направляюсь прямиком в спальню. Оказавшись внутри, захлопываю дверь, надеясь, что она долбанет его по роже, но звук удара о внутреннюю стену говорит о том, что Тайсон оказался быстрее меня. Он ожидал этого.

Тайсон хватает меня за волосы и дергает назад, заставляя вскрикнуть. Свободной рукой обхватывает меня за шею и толкает к закрытой двери. Тайсон встает передо мной. Его голубые глаза пристально смотрят на меня. Он злится на меня. Шикарно.

Мне хочется схватки. Какая-то больная часть меня любит, когда я заставляю его что-то чувствовать. Это значит, что я добираюсь до него.

— Последний шанс, почему ты злишься на меня?

Приподняв мой подбородок, Тайсон ухмыляется в ответ на мой отказ отвечать. Что самое худшее он может сделать, включить мой ошейник? Отпустив мою шею, Тайсон опускает руки к моему платью и разрывает посередине тонкую ткань, от чего я невольно ахаю. Это было очень красивое платье.

Ткань падает к моим ногам, и Тайсон хватает меня за бедра, приподнимая. Я инстинктивно обхватываю его ногами, а он несет меня к кровати. Тайсон бросает меня на нее и садится на мою талию, прижимая меня к себе.

Перегнувшись через меня к краю кровати, Тайсон хватает меня за запястье и прижимает его к краю. Что-то обвивается вокруг него. Он отпускает меня, и я пытаюсь пошевелить рукой, но не могу. Тайсон привязал ее, как и обещал.

Он протягивает руку и делает то же самое с другой. Затем встает с кровати и широко разводит мне ноги, привязывая веревку к каждой лодыжке. Повернувшись ко мне спиной, Тайсон уходит в ванную, оставляя меня распростертой на кровати. Смотрю в потолок, пытаясь успокоить дыхание. Я такая мокрая. Хочу разозлиться, но мое тело жаждет его.

ТАЙСОН

Я выхожу из ванной и приближаюсь к кровати. Срываю с бедер Лэйк нижнее белье и скатываю трусики в комок. Она видит, как я склоняюсь над ней, и ее глаза расширяются.

— Тайсон...

Запихиваю трусики ей в рот и, оторвав кусок клейкой ленты, заклеиваю его. Лэйк быстро качает головой, и я хватаю ее за лицо, удерживая на месте и одновременно вдавливая затылок в кровать.

— Если ты не хочешь разговаривать, то голос тебе не нужен, — отпустив ее, я встаю, а она мечется по кровати, натягивая путы.

Потянувшись вниз, я снимаю ремень.

— Ты всю ночь умоляла меня трахнуть тебя, малышка. И хотя я собираюсь это сделать, сначала я поиграю с тобой.

Я опускаю ремень на ее грудь, Лэйк изо всех сил приподнимает бедра, и комнату наполняет ее нечленораздельный крик.

Я делаю это снова, стараясь задеть ее соски. Хотя не делаю это жестко, это не наказание. Просто хочу посмотреть, насколько мокрой она может стать.

Я шлепаю ее по внутренней стороне бедра, и она выгибается дугой. Перехожу к бедрам, она крутится слева направо, пытаясь унять боль между ног.

Бросив ремень на кровать, я лезу в карман и достаю то, что взял из шкафа. Подношу это к ее лицу, и глаза Лэйк расширяются.

— Это будет на твоем клиторе.

Я щелкаю по ее соскам, и она выгибает спину.

Опустив руку между ее раздвинутых ног, я кладу цилиндр на ее клитор и закручиваю конец, втягивая клитор так же, как делал это с ее сосками.

Затем я пробираюсь между ее раздвинутых ног. Толкаюсь коленями к ее уже дрожащим бедрам и беру в руку свой твердый член. Я прижимаюсь к ней головкой и растираю предэякулят по ее намокшей пизде.

Толкаюсь в нее, придерживая свободной рукой цилиндр, чтобы он не выскочил. Я останавливаюсь и кручу его еще два раза, улыбаясь тому, как она кричит сквозь кляп, когда ее клитор все глубже засасывается в прозрачную трубку.

— Вот так, Лэйк, — говорю я, когда ее киска прижимается ко мне. — Покажи мне, как сильно тебе это нравится.

Она тяжело дышит, дрожит, грудь вздымается. Я держу цилиндр, пока медленно трахаю ее красивую бритую киску. Просто дразню ее, медленно, нежно. Смотрю на нее и вижу, как по щекам у нее текут слезы.

Я кручу его еще два раза, и она становится мокрой. Как только я чувствую, что с нее хватит, отвинчиваю цилиндр и освобождаю ее клитор. Лэйк опускается на кровать, и я улыбаюсь.

— Еще не все, малышка.

Вытащив член, я бью им ее по киске, и она неудержимо содрогается. Потом врезаюсь в нее и наклоняюсь над ее телом. Обхватываю губами ее твердые соски, врезаясь членом в нее сильно и быстро, трахая мою жену так, что изголовье долбится о стену.

Мягко прикусывая ее сосок, я осторожно тяну, снимая резинку. Выплевываю ее и проделываю то же самое с другим, затем беру в рот ее набухший сосок. Лэйк всхлипывает, изо всех сил приподнимая бедра, чтобы дотянуться до моих, нуждаясь в том, чтобы ее трахнули.

Протягиваю руку, срываю с ее рта скотч и вытаскиваю нижнее белье, бросая его на пол. Мне нравится, как ее киска обхватывает мой член, когда я погружаюсь в нее, но сейчас я хочу от нее большего. Ее тела мне недостаточно. Мне нужно вдохнуть ее в себя.

Она задыхается:

— Тайсон...

Я прерываю Лэйк, когда прижимаюсь губами к ее губам и целую так глубоко, что не уверен, дышит ли кто-нибудь из нас. Просовывая руки ей под плечи, запускаю пальцы в ее длинные волосы, пока трахаю ее пизду.

Ее губы такие же отчаянные, как и мои. Я отстраняюсь, и она делает глубокий вдох.

— Пожалуйста? — умоляет Лэйк, дрожа всем телом.

— Да, малышка? — спрашиваю я, отпуская ее волосы и обхватывая ладонями ее лицо. — Что «пожалуйста»?

Я облизываю губы, желая почувствовать вкус шампанского, которое Лэйк пила ранее после нашего поцелуя.

— Я... я хочу коснуться тебя, — она тянет связанные запястья.

Улыбаюсь, видя, как слезы вновь наворачиваются на ее глаза, и Лэйк выгибает шею, издавая разочарованный рык, зная, что я не дам ей того, чего она хочет.

Вместо этого я выскальзываю из ее мокрой пизды и смеюсь над тем, как она всхлипывает. Покрываю поцелуями ее вздымающуюся грудь, живот и опускаюсь между ее дрожащих ног. Лэйк приподнимает бедра над кроватью, насколько это возможно, и я смотрю на ее набухший клитор.

Облизав губы, я говорю ей:

— Я собираюсь насладиться тем, что использую тебя сегодня вечером.

Я прижимаюсь ртом к ее киске и пожираю ее, как будто каждый, кто когда-либо хотел мою жену, сейчас наблюдает, как я доставляю ей удовольствие, слушает, как она выкрикивает мое имя, умоляя меня о большем.