Лёгкое Топливо

Сцена 11. Прошу, мадемуазель

Пятница, 14 октября 2016 года

Monocle Café притаилось на тихой улочке между антикварным магазинчиком и салоном подвенечных платьев. Блэк, появившийся без пяти семь и проклинающий данное им обещание не курить, разглядывал витрину: чёрный классический фасад с квадратными колоннами, золотые буквы над портиком. Салон занимал сразу два помещения и мог похвастаться двойной витриной. В левой было выставлено пышное платье с каркасной бархатной юбкой, которой бы позавидовала и финская цыганка; справа — максимально облегающая модель, с ней жених бы точно намучился в первую брачную ночь.

Он вспомнил свадебное платье Элеоноры: элегантное, цвета слоновой кости, с чёрным поясом, сумочкой, шляпкой. Максимально деловое и почти не торжественное, как у Жаклин Кеннеди на каком-нибудь светском приёме. На самом деле, она и позже выходила в нём в свет — крайне редко и по особым поводам. Элли претила мысль завести себе платье, которое она наденет раз в жизни и потом будет вечно спотыкаться о него в гардеробной. Если уж брать какую-то вещь — так чтобы потом ею пользоваться, и пользоваться с умом.

Блэк увидел её отражение на другой стороне улицы — девушка обогнула здание бывшей пожарной станции, ныне переоборудованной в отель, и теперь любовалась его «Ягуаром». Или просто изучала машину, без любования (он постарался абстрагироваться от увиденного, чтобы оценить реальность объективнее). Подняла взгляд, устремила его через дорогу — и встретилась глазами с ним. Оба наблюдали друг за другом в витрине, пока Нала, не доверяя одностороннему движению, поглядев сначала налево, затем направо, пересекала улицу.

Алан заговорил первым: этикет, ответственность и тот факт, что он-то прежде видел её фото в анфас.

— Ты знала, что при должной игре света, тени и расстояния можно увидеть себя на месте этого манекена?

Он указал на сахарную фигуру за стеклом. Нала сделала вид, что не смутилась, хотя стандартное приветствие прозвучало бы куда уместнее между людьми, встречающимися впервые.

— А вот скажи честно, — произнесла она, подходя, — в каком платье я бы чаще нарушала закон?

Блэк окинул обе модели критичным взглядом.

— В левом ты бы разводила олигархов. В правом — скрывалась от них где-нибудь на яхте. За рубежом. К счастью, сегодня не требуется ни того ни другого, так что твой выбор одежды более чем уместен. И говорит о хорошем вкусе.

Даже если своеобразном, подумал Блэк. Нала оказалась одета по хипстерской моде: синее платье в мелкий цветочек под расстёгнутым бежевым кардиганом, кеды, очки и берет. Сумочка-рюкзачок из качественного кожзама небрежно свисала с плеча — песочная, с мозаичным принтом.

А ещё от неё пахло какими-то типично индийскими духами на базе сандала и шафрана.

И если раньше Алан продолжал спрашивать себя, какого, собственно, чёрта он назначил пятничную встречу студентке и нешто ему больше нечем заняться, то, вдохнув этот аромат, он внезапно почувствовал, что ввязывается в что-то настолько противоречащее его укладу, что это будет стоить того.

— Ну что ж, проверим обжарку зёрен в Monocle, — объявил он и галантно распахнул дверь. — Après vous, mademoiselle. [1]

[1] Прошу, мадемуазель (фр.)