Лёгкое Топливо

Сцена 33. Glock & Beretta

Стрелковый клуб носил название «Greyhall Range» — и оправдывал его на все сто процентов. Он располагался в складской зоне Бермондзи, у железнодорожных путей. Ничем себя не выдавал: обычный пепельно-кирпичный пакгауз с жестяной табличкой и заколоченными воротами; у бокового входа — электронный замок. Паркинг с камерой и шлагбаумом, с обещанием «бойцовской собаки».

Тир был приватный, правительственный, ориентированный на профессионалов. У офицеров полиции, сотрудников МВД и агентов спецслужб имелась личная бронь. Алан посещал стрельбище в рамках программы при MI5, здесь же сдавал нормативы. Сохранил членскую карту и в последующие годы приезжал сюда, когда чувствовал острую необходимость кого-то прикончить. Отлегало — да и форма таким образом сохранялась.

Сегодня он определённо был в настроении убивать, так что его появление здесь не вызывало вопросов. Вопрос у Алана оставался только один: для чего он пригласил на стрельбище Налу?

Ни пистолет, ни винтовку она раньше в руках не держала, но ни за что бы не упустила случая побывать в самом настоящем тире, так что согласилась на предложение не раздумывая.

Девушка выглядела трогательно и растерянно в тактических наушниках и стрелковых очках. Алан в последний момент сообразил напомнить ей перед выходом надеть линзы — иначе пришлось бы стрелять с двумя парами очков. Осуществимо, но неудобно, особенно для первого раза.

— Попробуй ещё разок, — говорил он, показывая, как правильно целиться: ладонь правой руки плотно лежит на рукояти, левая — поддерживает пистолет. Ноги на ширине плеч, слегка согнуты в коленях.

— Держи спину ровно. Не переживай о точности наводки, сосредоточься на том, чтобы твёрдо держать прицел.

Он стоял позади, не касаясь, но чувствуя, как напряжены её плечи под ветровкой. Девушка сосредоточилась, выдохнула, нажала на спуск — и снова промахнулась.

— Я нервничаю, — честно призналась она, опуская пистолет.

— Из-за меня?

Нала бросила на него быстрый взгляд поверх очков.

— Из-за того, что впервые держу в руках пистолет, вообще-то. Не ожидала, что он такой тяжёлый.

Алан усмехнулся, забрал у неё оружие и, отойдя к безопасной зоне, проверил патроны. Затем без предупреждения встал на её место, выстрелил трижды — и все три раза угодил в десятку. Вернул ей пистолет.

— Видишь? Он не кусается. Просто сжимай его крепче — уверенно, но не судорожно. Чтобы он знал, кто здесь командует.

— Прекрасная педагогика, — пробормотала она. — Сразу видно: испробована на живых мишенях.

— Абсолютно верно. А теперь покажи, как философы разят наповал.

На сей раз Нала почти попала в центр мишени. Он кивнул.

— Вот. Насилие с каждым разом даётся всё легче, не правда ли?

— Ты и на свидания так ходишь, да? Сначала стрельба, потом кофе?

— Именно. Как раз в этой последовательности. Если наоборот, становится скучно.

Он шагнул ближе, поправил её стойку, задержавшись ладонью на талии.

— Локоть не уводи. Ноги согни чуть побольше, вес туловища распределяй равномерно. И задерживай дыхание, пока целишься.

Раздался следующий выстрел. Мишень вздрогнула от ранения в корпус. Нала выдохнула:

— Кажется, мне это начинает нравиться.

— Прекрасно, — кивнул Алан. — Когда ты влюбляешься в стрельбу, остальное приходит само. Сколько патронов осталось?

— …Десять? — предположила она, явно наугад.

— Обоснуй. Сколько было вначале?

— …Пятнадцать?

— Семнадцать. Сколько раз ты стреляла?

— Четыре.

— А я?

— Кажется, три.

— Что получается?

— Семь. Или восемь. Зависит от того…

— Правильно, семь, — прервал он. Так какой верный ответ?

— Десять и есть, — усмехнулась она. — А я что сказала?

— Ты ответила гипотетически. В этом деле не до гипотез. Хорошо философствовать с оружием в руках — но как только доходит до его применения, действует чистый расчёт.

Нала поправила волосы и улыбнулась.

— Ну да, следовало сразу догадаться: это ведь неспроста Glock 17.

— Неспроста, — повторил Алан, — но причина другая. Дело не в том, что в пистолете семнадцать патронов, а в порядковом номере патента, зарегистрированного фирмой в восьмидесятые. Давай не будем отвлекаться: тебя ждут ещё десять выстрелов, после чего я покажу, как работают профи.

На то, чтобы отстрелять оставшиеся патроны, у девушки ушло не менее десяти минут. По минуте на выстрел: этот перфекционизм был Блэку знаком. Он сам начинал так же, и злился, когда командир подгонял их и требовал действовать по команде. Не потому, что не решался нажать на курок — просто хотел, чтобы результат был идеальным.

Валькирия тогда ему говорила, что из него получился бы неплохой снайпер. Это и стало переломным моментом: Алан вспомнил, как точно так же на первых курсах университета тщательно выверял свою домашнюю работу и доклады, в особенности образцы контрактов — вплоть до каждой запятой. Не ради эстетики, а из стремления избежать позора. Ошибки Блэк воспринимал как уязвимость.

Но вовремя усвоил, что миром владели смелые и решительные, а не идеалисты. Хорошо сочетать в себе и то, и другое, конечно, но первое без второго в любом случае далеко пойдёт, а вот второе без первого даже не сдвинется с места.

Когда глоковский магазин опустел, Алан помог девушке разобрать оружие и занял её место на дорожке.

— Смотри, — сказал он и за пятнадцать секунд израсходовал весь боекомплект. — Ну а теперь поглядим результаты.

Едва на транспортёре, словно чехлы в химчистке, подъехали мишени, Нала укрепилась в своём убеждении, что этот человек издевается. Да и в целом сегодня ей довелось узнать его с другой стороны. Ещё когда он встретил её у метро и проводил к тиру (всего пять-семь минут пешком), она заподозрила, что рейд по заброшке был для него детской игрой.

Нала сразу отметила минимализм здешнего интерьера: чёрная и зелёная краска, флуоресцентные лампы, бетонные стены с первоклассной шумоизоляцией. Не казённость, не пафос, не китч, только самое необходимое. В зале ожидания — кофе-автомат, пара столиков, кулер, на стенах армейские фото и несколько сертификатов. Шкафчики с электронными замками, оружейная и дежурный с лицом терминатора: стальные мышцы под униформой, полное отсутствие эмоций и взгляд прирождённого убийцы. Двое мужчин в чёрном сдали ему карабины и удалились строевым шагом, вполголоса переговариваясь о предстоящем уходе сэра Хогана-Хоу [1] с поста и возможных тому предпосылках. Нала чувствовала себя на фоне этих людей слишком невзрачной и слишком заметной одновременно. Казалось, ей вот-вот скажут: «Девочка, тебе здесь не место».

Но никто на неё не косился и не задавал вопросов. А когда она увидела женщину на дальней дорожке — невысокую, полноватую, но сосредоточенно отрабатывающую выстрелы из винтовки в позиции лёжа — ей стало немного спокойнее.

А Блэк — тот держался в этих стенах как дома. И казалось, что не было ни одного уголка на земле, где бы он чувствовал себя иначе.

— Не обольщайся, — возразил он на это замечание, гордо продемонстрировав ей пятнадцать поверженных врагов (восемь — ровно в сердце, три — ближе к печени и паху: прицельное занижение на случай, если противник в бронежилете; два — в лоб, один — точнёхонько в левый глаз и последний — по касательной в плечо: не ошибка, умышленное предупреждающее ранение). — Есть такие места. Нередко они имеют отношение к родственным связям. Но уточнять не стану: мне будет лестно, если мир запомнит меня именно таким: повсюду чужой, но держится увереннее своих. Сделаем перерыв: пришло время для кофе.

Нала не возражала.

Уже за столиком, получив от автомата порцию двойного эспрессо (другим он не торговал), девушка спросила, из какого оружия Алан стрелял.

— «Беретта М9». Культовая модель, используется военными силами США и неоднократно мелькает в блокбастерах. Хочешь попробовать её в деле? Предупреждаю: она ещё тяжелее, и держать её нужно уверенно.

Разговор прервал звонок Томми. Ривз отчитался, что технику он подобрал, а вот с мебелью просто беда.

— Я лично за то, чтобы не забивать голову сиденьями. Стоя ведь ещё лучше вести переговоры. Возьми овальный стол, чёрный, гладкий, как стекло, с проекцией нашей Галактики — ну, знаешь, типа как в Mass Effect…

— Единственный масс-эффект здесь оказываешь ты, — заявил Блэк. — У меня от одного твоего голоса развивается некроз тканей. Ищи стулья.

Томми скуксился, промямлил в трубку:

— Ладно. Только тут такое дело… У нас ведро с краской разлилось… в гараже…

Алан, на чьей памяти краска сама по себе никогда не разливалась, сразу понял, откуда ноги растут у этого недоразумения, и выдержал паузу. Хорошо, что машины на тот момент в гараже не было.

— Ривз, кто просил тебя трогать ведро?

— Это не я… Оно само… Я всего лишь помочь хотел. Извиняюсь. Больше не буду. Ты ведь меня не выгонишь? — заискивающе добавил он и задышал на том конце часто-часто, будто преданная собачонка.

— Пока не намерен. А впрочем, Ривз, — сказал он, внезапно сменив тон, — пошёл вон.

Тишина в трубке резала ухо: Томми даже дышать перестал.

— Н-но я… Блэк… — залепетал он.

— Или вон, или запрись в подвале, и чтобы ни звука оттуда не доносилось до самого утра. Выйдешь, когда я скажу, — наказал Алан и сбросил звонок.

— Стажёр, — пояснил он, разведя руками.

— И часто ты запираешь стажёров в подвале?

— Только по вторникам. В среду они сидят на чердаке. Ну так что, испытаешь «Беретту»?

Девушка согласилась лишь из желания подержать в руках культовый пистолет. Стрелять из него оказалось взаправду сложнее. Наконец она призналась, что ей куда интереснее наблюдать за самим Блэком в деле.

Тот не спорил. Ему это зрелище тоже доставляло эстетическое удовольствие. Зрелище, действие, шум, приглушённый наушниками… Запах машинного масла, расплавленной стали и серы. Горячий металл в руках — как зажжённая сигарета. Нет, лучше: сигареты по капле отнимали его жизнь (если верить врачам и DHSC [2]), а оружие давало возможность самому отнять жизнь у кого-то. Всю. Целиком. Без остатка.

А сейчас, помимо прочего, у него была аудитория. Малая, неискушённая — восхитить её было так просто. Раньше он ходил в клуб один или с кем-нибудь из «своих», кого не впечатлить скоростью или меткостью.

Иногда даже такой безделицы хватает, чтобы поднять себе настроение. Не целенаправленно его создавать, а чувствовать, как улыбка сама проступает на лице, как позабытый рисунок на запотевшем стекле.

И всё-таки самым главным был не вопрос, почему он решил пригласить её в тир, — ответ на него отыскался в этой самой улыбке.

Главный вопрос был таков: отчего он решил позвать эту девушку в гости?..

[1] Сэр Бернард Хоган-Хоу — начальник полиции Лондона с 2011 по 2017 годы. Как раз в тот период он сообщил, что планирует подавать в отставку.

[2]Department of Health and Social Care (DHSC) — Департамент здравоохранения и социального обеспечения, аналог российского Минздрава.