Сто грамм за Поттера

Глава 3

Глава четвёртая.

Поттер.

Утро добрым не бывает. Похоже, для меня это становится уже перманентным состоянием.

Вроде бы и выспался. И ближайшее будущее не предвещает глобальных проблем. И всё равно, на душе муторно. Может это просто отходняк после турпохода.

Возвращение в дом, где тебе не рады настроение однозначно не поднимает. Попытаемся поднять его завтраком.

Пожрать нормально не получилось. Не знаю как там Волди, со своей постоянной круговой легилименцией, но я от этого кроме изжоги, ничего не получил.

Застав Дурслей за завтраком, не замедлил к ним присоединиться. Ну а то, что они синхронно прекратили жевать и, опустив головы, застыли над своими тарелками, это уже их проблемы.

Расправившись с яичницей и попивая чай, решил пробежаться у родственничков в головах, авось, что полезное узнаю. Узнал!

Вернон. Чёрная, всепоглощающая ненависть, с трудом сдерживаемая инстинктом самосохранения. Воспоминания и мысли загнаны, куда — то в угол подсознания. Мысли о казнях египетских для меня, единственного довлеют надо всем. А где же мысли о работе, о любимых дрелях. И этот персонаж считается успешным бизнесменом? Видать персонал подобрался хороший.

Дадлик. Тоже ненависть, но изрядно разбавленная страхом.

Петуния. А вот с Петунией не всё ясно. Присутствуют и ненависть, и страх, но ещё и любопытство, направленное на мою палочку. Что — то вроде «Такой я никогда не видела». А какие, видела? И где это ты на них насмотрелась милая тётя?

Прямо-таки тайны мадридского двора. И как бы эти тайны не вышли мне боком.

Да процесс общения с этой семейкой на самотёк пускать нельзя. Нужен какой-то инструмент сдерживания и напоминания. И я, кажется, знаю какой.

«Тетя, Вернон. Я вижу, вы не отнеслись серьёзно к моему вчерашнему заявлению. Чтобы в будущем избежать эксцессов, за вами присмотрит один мой знакомый. В обед я вам его представлю».

Я уже собрался уходить, но решил дожать ситуацию.

«Вернон»! Я шагнул к Дурслю — старшему и упер кончик «Моей прелести» ему за ухо: «Ты же будешь добросовестно трудиться, и не наделаешь глупостей? Ведь, правда»!?

Ах, этот, навевающий ностальгию цвет кумача. Я, конечно, не раз видел, как люди краснеют, но чтобы вот так однотонно по всей поверхности. Просто шедевр, какой-то.

Не переборщить бы. А хватит этого борова кондратий, а лишние хлопоты нам ни к чему. Своих выше крыши.

Ну, вот сделал гадость — сердцу радость. Пора заняться своими насущными проблемами.

Во-первых — нормальный внешний вид. Вернулся и озадачил Петунию покупкой новой одежды.

Во-вторых, конечно же, обещанный к обеду знакомый. «Моя прелесть» будто услышала мои мысли, сама скользнула в руку. «Серпенсортиа»! И вот мы имеем великолепного представителя змеиного рода.

А какое благородство в осанке, как голову держит — просто король. Как же назвать то тебя. Пусть будешь — Шурик. Нет, не так. СсШшурик. Самое оно.

Ты то и будешь у нас тем самым знакомым призванным следить за порядком.

«Иди ссюда». Я протянул к змею руку ладонью вверх. Змей прянул в мою сторону и покладисто положил свою голову в мою ладонь. Тяжелый какой, зараза.

С СсШшуриком пообщался до вечера. Замечательный собеседник. А уж слушатель просто великолепный. Дал змею расклад по местным реалиям, разъяснил задачи, установил приоритеты. И на ужин повёл знакомиться с родственниками.

Когда мы с СсШшуриком вошли в гостиную Дурсли кушали. Что за манера такая — жрать, когда я прихожу пообщаться.

Видно, судьба моя такая — отбивать у Дурслей аппетит. Ничего им полезно. Да и мышцы лица потренируют. Вон как физиономии меняются.

Объяснил им статус нового члена семьи. Порекомендовал не обижать и пореже попадаться на глаза. Особо предупредил, чтобы не болтали лишнего. Кроме того, наказал Петунии каждый вечер наливать литровую чашку молока и оставлять на кухне. Магическим змеям, конечно, молоко по барабану, но это дисциплинирует.

Здесь, наверное, надо пояснить. Что за змей такой шибко вумный у меня. Дело в том, что призванные Серпентсорией существа разумны. Именно поэтому данное заклинание не получило широкого распространения. Призванного змея нужно контролировать, а для этого заклинатель должен быть либо достаточно силён, либо владеть парселтангом. На призванного не распространяются законы трансфигурации о временных рамках. Он дееспособен пока этого хочет заклинатель. Ну, или пока он жив.

Кроме того, внутреннее ощущение совершенно чётко давало мне понять, что и «Моя прелесть» играет здесь не последнюю роль. А уж то, что СсШшурик мог говорить со мной, делало его поистине идеальным исполнителем поставленной задачи. Шансы накосячить у Дурслей стремились к нулю.

Пару дней просто отдыхал. Спал, кушал, опять спал. Сидел во дворе под навесом, слушая дождь. В голове то и дело всплывала картинка. Тёмная комната, тройные стеклопакеты, маленький человек в модерновой инвалидной коляске.

Ну, уж нахер! Умерла, так умерла. А мы ещё повоюем!