Сто грамм за Поттера

Глава 59

Глава сорок седьмая.

Поттер.

— Скажите, Йен, насколько сильно гоблинская менталистика отличается от её аналога у сегодняшних магов?

— Знаете, Гарольд, мне трудно так вот сразу подобрать точное сравнение. Но примерно как арифметика отличается от алгебры. Вы ведь знаете что это такое.

— И, что? Уровни настолько несопоставимы?

— Без ложной скромности скажу, что, да. У Кланов ведь было намного больше возможности для развития в этом направлении. И по свободе действий, и по временному отрезку. Да и цели достигаемые гоблинами с помощью этой науки, зачастую отличаются от человеческих. А, с какой целью, ты интересуешься?

— Дело, уважаемый Йен, в следующем.

Вы ведь знаете, что у меня есть магловские родственники. И их поведение вызывает у меня определённую тревогу. Поэтому я хотел бы привлечь специалистов Гринготса для диагностических исследований, как наиболее компетентных и независимых.

— Забота о родственниках, дело, безусловно, достойное настоящего джентльмена. И я думаю, что это вполне возможно устроить.

Тем более что в Гринготсе существует специальный отдел, деятельность которого направлена на предотвращение подобных покушений в отношении сотрудников. Там работают настоящие мастера.

Разговор этот происходил неделю назад. И к сегодняшнему дню все Дурсли побывали в Гринготсе на обследовании. В бессознательном состоянии конечно.

И вот сейчас я сидел в кабинете Йена, и ждал оглашения результата.

— Гарольд, позволь тебя спросить. Насколько сильно ты привязан к своим родственникам?

— Что, всё настолько плохо?

— Скажу честно — да.

И если в отношении женщины и мальчика, можно питать какие — то надежды, то мужчина — безнадежен.

— А поподробнее?

— Ну, подробности — таковы.

В отношении всех троих использована комбинированная система корректировки сознания. Ментальные закладки подкреплены зельями, и наоборот.

Цель вмешательства — вызвать стойкую агрессию ко всему, что любым способом связано с магией. И отдельно максимальная агрессивность в отношении сына Лили.

Уровень вмешательства очень высок, но манера исполнения весьма и весьма топорна. Почерк менталиста ничем не скрыт и позволяет идентифицировать его с девяносто восьми процентной уверенностью. Это Альбус Дамблдор.

В наших лабораториях уже имеются образцы его деятельности. Это стиль ни с чем не спутаешь.

Так, вот. Мужчина и женщина получили закладки практически одновременно. Мальчик — по достижению четырех лет.

У мужчины предлагаемая линия поведения легла на уже естественно подготовленную почву. Проникновение произошло настолько полное, что попытка корректировать его сознание сейчас приведёт к полному сносу личностной программы и как следствие превратит его в овощ.

Личностные программы женщины и мальчика корректировке поддаются, но на это уйдёт очень много времени и денег. Впрочем, без гарантированного результата.

— Когда нужно начинать лечение?

— Как вы говорите — ещё вчера.

— Хорошо. Подготовьте необходимые документы. Вернона оставим дома, а Петунию и Дадлика на лечение. Куда, кстати?

— Мастер Глендрак рекомендует итальянских специалистов.

— Ну, что же. Итальянских, значит итальянских.

И ещё, Йен, пожалуйста. Организуйте правдоподобную легенду для не в меру любопытных соседей. Это важно.

Остаться с Верноном на пару, в почти пустом доме меня мало прельщало. Но на носу были новогодние праздники, и я надеялся провести их вне стен дома на Тисовой улице.

Кроме того у меня намечались долгосрочные дела на Гримо. И придётся до Рождества пожить там.

Кабинет Главы Рода. Кресло, которое уже не кажется мне чужим. Обитые зеленоватым шёлком стены. Книги, которые у Главы должны быть всегда под рукой.

Я сижу в кресле и жду ЕЁ. Женщину, на которую возлагаю большие надежды, и пойду на многое для привлечения её на свою сторону. Ради этой женщины, я два дня пытал портретную общину дома на Гримо, буквально выколупывая из нарисованных родственников крупицы информации.

Я жду Андромеду Блэк.