Сто грамм за Поттера

Глава 89

Глава двадцать пятая.

Поттер.

Теперь, когда эмоции несколько поумерили свой накал, настало время проанализировать произошедшее. Наверное, когда-нибудь, в далёком будущем, я буду Лордом всея Британии, и у меня будет целая команда аналитиков, но это когда-нибудь. А пока придётся морщить лоб самому.

Понимаю что все мы крепки задним умом, но я только сейчас задался вопросом: а что собственно я хотел получить от слежки за Квиррелом? Козе было понятно, причём с самого начала, что толку не будет. Находился ли он в здравом сознании или действовал по принуждению, Квиррел, в любом случае, не стал бы обсуждать эту тему со мной.

Рассматривать же эту акцию как тренировку, было, по крайней мере, опрометчиво, что и доказала нам жизнь.

Утешимся тем, что отрицательный результат тоже информативен, и примем как должное — противник силён и на любые непонятки реагирует жёстко. Близко нас больше не подпустят. Значит надо работать издалека. И это мысль.

Делать выводы о самом нападении и его участниках пока рано. Данных минимум. Вторая двойка во время инцидента находилась на другом конце Хогсмита и видеть произошедшее не могла. Есть, конечно, некоторые странности, но, пока не придут в сознание пострадавшие, строить версии бессмысленно.

А не бессмысленно приглядеться к милейшему доктору. Говорят, первое впечатление самое верное. Так вот я не впечатлён. Или, наоборот, впечатлён настолько, что хочется милого доктора по тихому придушить в какой-нибудь каморке. И где Барбоза такого отыскал? Возможно, оказать первую помощь незадачливому наёмнику он и может, а вот при виде чего- то серьёзного. при виде чего — то серьёзного впадает в ступор. Для врача совсем нехарактерное поведение.

Хорошо, что у нас с Фергюссоном был заранее приготовлен запасной вариант, именно на случай тяжёлых ранений. И это тоже мой косяк. Не проверил сам важного персонажа, понадеялся на исполнителя. И огрёбся впечатлениями по самое не могу. Тщательнее надо, тщательнее.

И, кстати, в этом вопросе есть ещё и чисто канонический интерес. Уж не родственник ли наш милейший доктор тем самым Грейнджерам? А, может, он вообще папашка Герми. Но это вряд ли. Надо будет поспрошать при случае.

А ещё на повестке дня объяснение с Йозиком. Полиглот хренов. Собиратель фольклора. Надо же было так лохануться. Хотя, наверное, я не очень-то и виноват. Просто организм в стрессовых ситуациях соскакивает на въевшийся в подкорку вариант общения. Генетическая запрограммированность, блин.

Вот и придётся брату Йозику, что-то да говорить. Какую-то часть правды. Если сказать всё, то у него точно крыша съедет. Он после своего-то обращения ещё не до конца оправился.

И ещё: Гилденстерн, безусловно, прав — надо по немногу вводить его в курс дела. Мне одному всего не потянуть. И так уже срывы начались.

— Гарольд, я сожалею, что такое случилось с твоими людьми. Может, нужна еще какая-то помощь? Обращайся.

— Спасибо, Директор. Пока ничего не нужно. Информации нет. Искать виновных рано. Вот потом. возможно, тогда и понадобится Ваша помощь.

— Прошу тебя, Гарольд, будь осторожен. Не спеши. Помни, что месть — это то блюдо, которое лучше подавать холодным.

— Я знаю, господин Директор. Знаю и постараюсь не пороть горячку.

— Очень на это надеюсь. И, надеюсь, ты помнишь, что скоро начало твоей учёбы.

— И об этом я помню. Но, Директор, объясните мне, Мерлина ради, зачем? Зачем вся эта суета с совместным обучением? Только не надо мне говорить о том, что это ради отвлечения Дамблдора. Это даже не смешно.

— Видишь ли, Гарольд…

— Да оставьте Вы, Директор, все эти экивоки. Говорите прямо! Уж кто-кто, а Вы-то уже должны привыкнуть, что всякие околичности не для меня! Отведите, наконец-то взгляд от надписи на клетке и взгляните в глаза тому, кто сидит в ней на самом деле.

— Ты настаиваешь?

— Да, я настаиваю!

— Ну, хорошо. Хотя ты сам выбрал. Как ты уже, наверное, заметил: и Милисент, и Теодор для меня не чужие люди. И я считаю своим долгом заботиться о них, на свой лад, конечно. И, в частности, мне не безразлична судьба их внуков.

Пойми меня правильно. Я стар, но проживу ещё долго, даже по нашим меркам. А они. они люди. Их дни не бесконечны. И я не хочу, чтобы семьи, в возвышение которых вложено столько труда — моего труда, канули в безвестность только потому, что потомки моих учеников оказались не так сильны характерами, как их деды и бабки.

Для того и совместное обучение, для того и этот говённый Хогвартс.

Ты хочешь услышать, использую ли я тебя? Да, Мордред побери! Да! Я использую тебя, причём использую на всю катушку. Мордредова ситуация складывается таким образом, что я вынужден это делать.

И я не прошу прощения. А знаешь почему? Потому что в этой ситуации я сильно похож на Дамблдора. Тоже действую во имя Блага, на которое тебе, в общем-то чихать с Вестминстерской башни.

Но я, в отличии от Хогвартского засранца, готов тебе компенсировать практически все причинённые неудобства.

— Так уж все? Что и Барбозе руку приделаете?

— И руку, и ногу, и, если понадобится, хвост пришьём. Ты пойми, Гарольд, на нашей стороне деньги. Деньги! Даже самый одарённый и самодостаточный маг вынужден считаться с этими жёлтыми кругляшами, а, значит, и с нами. Мы можем многое. Не всё конечно, но многое. А что не можем мы, сделаешь ТЫ!

— Вот ни … ….!

— Я примерно такого же мнения. Но ты хотел откровенности и ты её получил. А теперь ответь: ТЫ сделаешь ЭТО!?