Сто грамм за Поттера

Глава 67

Глава третья.

Поттер.

Рождественский подарочек устроенный Гилденстерном натурально вывихнул мне мозг. Особенно угнетала абсолютно щенячья уверенность Йозика (вот, вот, так и буду теперь его называть), в том, что рядом со мной у него всё получится. А что получится он и сам, наверное, не представлял. Мордредову палочку ему в задницу. Да я и сам — то сомневался в успехе своих начинаний, а тут ещё такой довесок.

Надо сказать, что хоть Гилденстерн сегодняшний и был со мной одного возраста, а Гилденстерн бывший в употреблении значительно старше, я всё равно относился к нему как к младшему. Почему не знаю. Возможно, от обладания гораздо большим объемом информации.

Я надеялся что теперь, когда Йозеф стал ребёнком, завеса будет пропускать его беспрепятственно. Но я ошибался. И ко всему геморрою, связанному с Гилденстерном, прибавилась еще и необходимость водить его в Гилденстерн-холл и обратно.

Хотя, что скрывать, я и сам полюбил здесь бывать. Ведь теперь, когда мы с Йозиком почти братья, каких либо ограничений на пользование находящейся в поместье библиотекой у меня просто не могло быть.

А посмотреть было на что. И это я даже не подходил к стеллажам, содержавшим чисто артефакторологические книги.

Ну а само хранилище артефактов! Это просто пещера Али-Бабы, какая то. И каждая вещица подробно описана. Это же какой труд. Наверное, в знак признательности не буду называть Гилденстерна Йозиком целый месяц. Заслужил.

Постепенно шок от произошедшего прошёл, и я всё больше погружался в обыденные заботы. Мы с Йозефом облазили всё поместье буквально по сантиметру. Сколько здесь ВСЕГО! Да, Гриндевальд явно заранее готовил себе запасные позиции. Собрать столько, даже за полгода или год просто немыслимо. А ведь таких хранилищ у Геллерта пять. Это мне Йозеф по дружбе проболтался. И я отложил эту информацию поглубже. Сейчас пока нет ни необходимости, ни возможности этим заниматься. А вот когда стану Великим и Ужасным лордом всея Британии, обязательно займусь.

На праздники, а особенно Рождество, приличные люди делают визиты. А в нашем приличии мы не сомневались, как не усомнился бы и Мордред, и поэтому мы начали с Гринготса.

Да здравствует великий и могучий русский язык. Ну, разве на убогом английском я смог бы выразить те чувства, который испытывал при виде довольной физиономии Рагнхорка. Знал ведь старый перечник обо всём. Знал и ни, полусловом не намекнул.

Ни о чём серьёзном не говорили. Директор травил, какие — то байки из гоблинского фольклора. Йозик строил умильные мордахи и воспитанно ковырял каменный пол носком кроссовка. Попили гоблинского чайку и отбыли. Нам ещё предстоял визит на Гримо.

Да я решил не откладывать это дело в долгий ящик, а сразу представить Вальпурге нового партайгеноссе. Если уж набился в напарники, то пусть будет в курсе происходящего, и помогает по мере сил.

Я не знал, сохранил ли Гилденстерн свои возможности к аппарированию и для переноса вызвал Кричера.

Дом Блэков встретил нас праздничным сиянием. Возможно, я не объективен, но какой дятел посчитал его мрачным, навевающим страх зданием.

Вальпурга выглядела прекрасно. Вот уж не знал, что портреты могут менять платья, и даже причёски.

Я поздоровался и, поздравив леди Блэк с праздником, представил ей Гилденстерна. Йозик при виде дамы приосанился, и, попытавшись щёлкнуть задниками кроссовок, выдал:

— Очень, очень рад познакомиться. Целую ручки прекрасной фрау.

Затем последовала долгая пауза, во время которой Йозик гордился произнесённым комплиментом, а нарисованная леди честно старалась не уронить под нарисованный стол свою прекрасную челюсть.

— Да, тётя. Йозеф у нас ОЧЕНЬ своеобразный мальчик.

А затем был праздничный ужин, во время которого я испинал Йозеку все ноги пытаясь прервать поток лившихся из него комплиментов и солдафонских шуток.

Старый козёл! Что его так понесло. Блин, если бы знать об этом его фокусе заставил бы его вволю побегать по местным борделям, что бы надолго хватило.

Каким образом мне теперь объяснять Вальпурге откуда десятилетний мальчик знает такие более чем двусмысленные словесные построения. А может ничего не объяснять. Пусть догадается сама. Будет чем поломать голову на досуге.

Наши малоинформативные, но эмоционально богатые визиты закончились далеко за полночь.

Гилденстерн порталом отправился к себе на бульвар, а я в Дурслеев дом. Эмоции вымотали меня, и я ни смотря на роящиеся в голове мысли уснул мгновенно.

— Что то, Гарольд, я не вижу на твоём лице счастья — мы сидели в кабинете Главы директората, и Рагнхорк по своему обыкновению вышагивал по кабинету, заложив руки за спину — ведь ты нежданно-негаданно приобрёл искреннего, и я надеюсь верного сподвижника.

— А нельзя ли поподробнее. Особенно про последнее. Меня, представьте себе, эта сторона вопроса очень волнует.

— Скажу честно Гарольд. Я не могу стопроцентно гарантировать тебе его верность. Стопроцентную гарантию даже Гринготс не даёт. Но многие предпосылки говорят о том, что наш Нуменградский друг потерял одного из своих верных сподвижников.

Если в Йозефе и были, какие — то закладки направленные на верность Гриндевальду, то с обновлением тела они ушли в небытие. Меня если честно интересует совсем не это. Геллерт отнюдь не дурак, и наверняка предполагал такой оборот событий. И меня интересует — принял ли он это как неизбежное, или заранее запланировал такой поворот событий.

Это отнюдь не праздный интерес. Поверь! Гилденстерн-холл хранит в себе огромные ценности. И если Геллерт заранее планировал такое развитие событий то мы, то есть ты, конечно, имеешь полное право распоряжаться этим.

— Директор, а почему бы не спросить об этом самого Гриндевальда? Ведь у Вас, как я знаю, связь работает бесперебойно.

Мотивируйте это как беспокойство за сохранность, ставшего формально бесхозным, имущества.

— А ты хитрец, Гарольд Поттер. Да Гриндевальд только услышав об интересе Гринготса к его имуществу примет меры. И вероятнее всего перепоручит это имущество именно тебе. Тебя он считает, как минимум достойным стоять с ним в одном ряду.

Но ладно оставим меркантильные вопросы. Дело в другом. Тебе скоро в Хогвартс. А это как ты догадываешься не то место где можно расслабиться и уповать на мудрость старших. Особенно тебе.

А значит, нам предстоит разработать некий план, обеспечивающий твою относительную безопасность в эти семь лет. Мы могли бы поручить это дело Флитвику, но он как сотрудник Хогвартса имеет определённую зависимость от директора.

А нам нужен некто, обладающий определённым статусом и личными возможностями. Статус позволит свести на нет поползновения персонала, а личные возможности уберегут от неадекватных действий со стороны студентов.

Согласен, что возможны и форс-мажорные обстоятельства, но тут уж остаётся положиться на милость Мерлина, или Мордреда.

Сразу оговорюсь, что твой новоявленный товарищ тут особо не поможет. Приехавший из неизвестно какого — то Эквадора паренёк вряд ли кого- то впечатлит. А магические таланты Йозефа крайне далеки от боевого применения. Это я знаю точно.

Конечно, за оставшиеся полтора года вас постараются поднатаскать в основных дисциплинах и самообороне, но Гилденстерн не боевик. Это окончательный диагноз.

— Директор, не ходите вокруг да около. Ёжику понятно у вас уже имеется готовый план. И вас прямо распирает от его гениальности. Давайте перейдём к делу. Я Вас внимательно слушаю.

— Дело в том, Гарольд, что у меня есть пара старых друзей. Которые всегда поддерживали меня в моих начинаниях. Эти люди имеют в МагоБритании определённый вес, и самое главное у них есть внуки. Внуки твоего возраста.

Не скрою, Дамблдор не пользуется среди моих единомышленников популярностью. И в наших интересах максимально осложнить его жизнь. Твои же цели в отношении Альбуса и его былого ученика Воландеморта, совпадают с нашими.

И суть нашего плана как раз и состоит в этом. Ведь четвёрка СТАТУСНЫХ детей, обладающих к тому же далеко не ангельскими характерами, а что у тебя, например, ангельский характер, не скажут даже твои яростные поклонники, может устроить директору Хогвартса весёлую жизнь и отвлечь на какое — то время от более важных дел.

Ты можешь учиться спокойно, чувствуя мощную поддержку извне. А мы со своей стороны будем спокойнее делать свои дела, зная, что великий светлый занят в Хогвартсе.

— Ну, Вы прямо Андерсен, Директор. Такие у вас планы, и так вы их расписываете. И что это позвольте узнать за друзья у вас. Такие статусные.

— Не надо иронии, Гарольд. Ты ведь знаешь, я достаточно прожил на этом свете. И уж поверь мне, друзей заводить научился. Тех, что надо.

Я думаю вам нужно встретиться и поговорить. И эта встреча, я уверен, расставит все точки по нужным местам.

— Директор, а Вы уверенны, что Ваши друзья правильно меня воспримут? Вы сами то, давно ли стали относиться ко мне как к равному!

— Я постараюсь разъяснить им сложившеюся ситуацию. Думаю, эксцессов не будет.

— Вы уж постарайтесь. А то, я ведь Вам не клоун, выступать перед взрослыми дядями и тётями. Либо равнозначное сотрудничество, либо мы гуляем по разным дорогам.

— Я приложу максимум усилий.

— Я надеюсь. И вот ещё что. Может Вы всё — таки скажите кто эти Ваши друзья.

— Ну что же изволь. Это Миллисент Багнолд. Очевидно, ты слышал это имя. И Теодор Винченца. Многие называют его — мистером Теодоро.