Сто грамм за Поттера

Глава 6

Глава седьмая.

Поттер.

Кричер явился на следующее утро. Был он одет в белоснежную наволочку с гербом Блэков и напоминал горного инженера царских времён из известного анекдота — был до синевы выбрит и слегка пьян (образно выражаясь, конечно).

С гордым видом домовик сообщил, что готов перенести меня на Гримо, но возникло одно обстоятельство мешающее исполнить моё поручение относительно леди Вальпурги. А именно: её портрет заколочен толстыми досками, и поговорить с ней не удалось.

Ну что же придётся выступить в роли рыцаря — спасителя. Взял Кричера за руку, и вперёд!

Впечатление от эльфийской аппарации осталось самое благоприятное. Вот ты стоишь в одном месте, и тут же раз — оказался в другом. Без шума и пыли.

Перенеслись мы в холл, и первое что я увидел — её. Точнее его — бедалажный портрет хозяйки дома, висевший в простенке между лестницами на второй этаж. Довольно большой, где-то полтора на метр портрет был на живую забит не струганными досками. Почему то, первой пришла мысль — каково это постоянно видеть перед собой покрытое заусеницами дерево.

Так, и чем же мне это дело отдирать. Доски были прибиты прямо к раме, и если использовать гвоздодёр, то она, скорее всего, разрушится. Хотя портрет не из дешевых и рама, скорее всего дубовая. Так, что можно попробовать.

Но сначала.

«Леди. Леди Вальпурга»! Я постучал по доске. «Не могли бы Вы на время покинуть Ваш портрет, пока мы пытаемся Вас освободить».

Добыв с помощью домовика кинжал (нормального инструмента в доме не нашлось) мало по малу удалось отделить доски и явить свету освобождённое полотно.

На переднем плане кресло, более похожее на небольшой трон. Ваза с фруктами на изящном столике. Задний план задрапирован тяжёлыми бордово-черными шторами.

Из- за штор настороженно озираясь, вышла женщина и опустилась в кресло. Ни хрена себе старушка!

Величественная дама бальзаковского возраста. Достоинство и порода так и прут. Хотя взгляд не высокомерный, а скорее изучающий и немножечко удивлённый.

«Уважаемая леди. Разрешите представиться — Гарольд Поттер. По воле обстоятельств наследник Вашего сына». Лёгкий полупоклон. Эх, хорошо, что в своё время смотрел «Три мушкетёра» и «Гардемаринов». Хотя бы видел, как это делается.

А леди, то за время заточения подрастеряла великосветские навыки. Вон оно, всё на лице написано. Даже рот открыла. Наверное, чтобы разразиться гневной тирадой о всяких грязнокровках и предателях. Но произнесла совсем другое:

— Чему обязана вашим посещением?

— Прибыл засвидетельствовать Вам своё почтение и обговорить некоторые незначительные хозяйственные вопросы.

— Почему Вы обращаетесь с этим ко мне. Ведь владелец дома теперь Вы, и хозяйственными вопросами занимается Кричер.

Эх, хороша чертовка! Сморит на меня как на домового эльфа. Всем своим видом показывает, что снизошла до разговора со мной только в силу обстоятельств. Будто не её только что освободили из забитого досками чулана. По мне что чулан, что портрет всё едино.

Н-да, видно конструктивного диалога не получится. Собираю валяющиеся на полу доски и подхожу к портрету с намерением снова его заколотить.

— Что Вы собираетесь делать?

— Как что! Заколотить Вас обратно и удалиться отсюда несолоно нахлебавшись.

— Как, как?

— Не получив желаемого результата. Вот как! Послушайте леди. Я не обучен всякого рода политесам. Я ещё представляю, как вести себя в общении с такой ослепительной женщиной как Вы. То есть извините, сморкаться и ковырять в носу я не буду.

Но от всякого рода приплясывай ради бога увольте! Мне в общих чертах известна Ваша позиция. И я уже сделал некоторые шаги, способные, по моему мнению, помочь нам в нахождении общего языка. Например — закрыл дом для посторонних.

Леди! Я не аристократ в Вашем понимании. Я прибыл не для того, чтобы лобызать ручки и сыпать комплименты. Я прибыл торговаться. Торговаться к обоюдной выгоде. У Вас есть то, что нужно мне. У меня есть то, что нужно Вам. Но понимания я не встретил. Поэтому я сейчас восстановлю статус-кво Вашего портрета и откланяюсь.

Вот это я завернул. С чего бы это меня так прорвало. Может, сказалось постоянное напряжение последних дней. И все с досады вылил на нарисованную тётку.

Нарисованная тётка между тем поднялась с кресла, и смотрела на меня, поджав губы.

Я, конечно, не собирался снова заколачивать её. Но если она сейчас уйдёт, забью двумя досками. Крест — накрест.

— Что Вы хотите?

— Информации леди, только информации. Ну и советов, но это позже.

— И что Вы можете предложить мне?

— Возрождение рода Вас устроит? Я могу Вам точно пообещать, что ни сикля Дамблдору с его птичьим Орденом не достанется. Как, впрочем, и Вашему старому знакомцу — Тому. Этот вопрос очень обширен. И я думаю, что мы к нему вернёмся после того, как между нами возникнут более доверительные отношения.

— Хорошо. Но если Вы ответите на один вопрос.

— Да хоть на два.

— Кто Вы, Гарольд Поттер!?

Я всегда был самокритичен. Не боялся признавать ошибки (правда только перед собой) и назвать себя тем, кем являюсь. Так вот — я долбодятел!

В своём стремлении достичь цели и заполучить ценного союзника я забыл о своей внешней оболочке. Представляю картинку — восьмилетний недокормыш рассуждает о вещах, которые ему по определению знать не полагается. И от того, что тетка нарисованная, она не стала тупой. И в этом самом магомире штучки с вселением в чужие тела далеко не редкость.

А уж учитывая родовую направленность Блэков, что могла подумать Вальпурга? С кем она разговаривает? Ну, уж никак не с представителем Света. А я еще сетовал, что леди растеряла свои великосветские замашки. Столько времени разговаривать неизвестно с кем и никак этого не показать.

Короче пришлось колоться. Конечно, весьма дозировано. Ни к чему леди знать много. Плохо будет спать. А кстати портреты спят?

Проговорили мы долго. Непонятно почему повеселевший Кричер замучился таскать мне кофе и бутерброды. Леди Блэк в своём портрете попивала нескончаемый кофе из нарисованной чашки.

Поведал нарисованной тёте о трудном Гарриковом житье-бытье. Продемонстрировал шрамы и неправильно сросшееся ухо (это Гарика Вернон в пятилетнем возрасте уму-разуму учил). Согласился, что большинство маглов — дерьмо. Порадовался, что тётя все-таки нарисованная, и значит Дурсли, да и много кто ещё поживут пока на этом свете. Договорились, что я составлю подробный список с интересующими меня вопросами, а леди Вальпурга с помощью домовика подготовит ответы, либо укажет источники, где эти ответы я найду сам.

Весьма довольный собой, с целым ворохом информации в голове был доставлен домовиком туда, откуда взяли. Тихонько зашёл в дом и уже вознамерился проскользнуть в свой чулан, как заметил в гостиной Петунию.

— Что-то случилось, тётя?

— Э-э, Гарри. Дело в том, что послезавтра первое сентября, и тебе надо будет ходить в школу. И ещё. Гарри, где твои очки?