Испытание: Повесть об учителе и ученике

15.

Через несколько дней снова ЧП: пропал патрон с единственного в училище станка с числовым управлением. Станок этот в торжественной обстановке был передан училищу года два назад. Об этом сообщила заводская многотиражка. На снимке директор завода возле станка пожимает руку директору училища. Заголовок: «Начинаем техническое оснащение нашего ПТУ». Директор завода на районной конференции эффектно обыграл этот королевский подарок, чем сорвал аплодисменты. Партком завода упомянул станок в справке о выполнении решения Пленума. Комитет комсомола осветил сие деяние в отчетном докладе секретаря как эпохальную инициативу комсомольцев. На том и обрубилось. Больше директор училища директора завода в глаза не видел, хоть и просился на прием неоднократно,— на заводе шла реконструкция, и им стало не до ПТУ.

Станок прибрал к рукам мастер Купцов. Директор училища гуманитарий, преподаватель истории, в технике разбирался на уровне журнала «Техника молодежи» и доверял Купцову безоглядно. А тот позволял лишь демонстрировать станок как иллюстрацию к теоретическим занятиям, а к работе допускал только членов своей привилегированной бригады.

Купцов, взбешенный, ворвался на урок истории как раз в тот момент, когда Сергей Николаевич обсуждал с группой исторические аспекты экономической реформы.

До последнего времени Сергей Николаевич был беззаветно предан истории. Он страстно верил, что история помогает людям предотвращать ошибки, строить будущее целесообразнее и человечнее прошлого. Ну конечно же, вся история человечества — лишь непрерывное стремление к гармоничным экономическим отношениям. Все остальное — несущественно. Стоит только отыскать совершенную пропорцию личного и общественного интересов, и общество справедливости возникнет почти автоматически... Слушатели зевали и оживлялись, только когда речь заходила о том, что реформа открывает возможность солидных заработков. Он приводил в пример купцовскую бригаду, взявшую в аренду пресловутый станок с числовым управлением.

— Мы строим справедливое общество,— говорил Сергей Николаевич,— а справедливость — это в первую очередь справедливая оплата труда: что заработал, то твое. А что это значит? — И так как все дружно молчали, он заключил за всех: — Это значит, от каждого по способностям, каждому по труду. То есть социализм!

Вот в этот момент в аудитории и появился Купцов.

— Социализм, а станок раскурочили! — объявил он, прервав директора.— Кто это сделал?

Директор ужасно расстроился.

— Эдуард Федосеевич, что именно там пропало?

— Патрон! Второго такого нет. Станок можно выбросить. Кто это сделал?

— Но может быть, кто-то посторонний...

— Сегодня в мастерской побывала только эта группа, а утром патрон был на месте.

— Я не могу поверить... Зачем?

— Сергей Николаевич, я прошу сейчас же всей группе пройти в мастерские, я хочу при всех проверить...

Директор встал, он как-то сразу осунулся и сгорбился.

— Я пойду с вами.

— Вот так, Михаил Иваныч,— зло сказал Купцов.— А ты сидишь здесь и слушаешь байки, пока у нас там воруют!

Мезенцев действительно сидел на уроке вместе с учениками — договорился с директором, что в свои «окна» будет посещать занятия по истории. «Хочу послушать, как и чему нынче учат историки»,— объяснял он свою просьбу. Директору это было приятно, и он даже поставил его в пример другим мастерам. Это, естественно, вызвало всеобщее осуждение: выслуживается новый мастер!

Сперва ребята поудивлялись его присутствию, потом привыкли. Даже льстило, когда он их расспрашивал о том, чего не знал сам. «Да, в наше время хуже учили,— говорил он,— зубрили много, а понимали, выходит, мало...» Ребята снисходительно посмеивались, кто-то пустил шутку: у них в группе двадцать мужчин и один дедушка. Михаил Иванович смеялся вместе с ними.

Возвратился в аудиторию Саша Шубин — его директор посылал за газетой, забытой в кабинете,— хотел процитировать статью ведущего экономиста...

Все вместе и отправились в мастерскую.

Купцов подвел директора к станку.

— Здесь стоял патрон...— начал Купцов и осекся.

Патрон был на своем месте! Купцов смотрел и не верил глазам — только что его не было, десять минут назад.

— Как вы сказали,— спросил директор,— что пропало?

— Вот он,— растерянно проговорил Купцов.— Но его же не было, я видел, искал...

Директор облегченно вздохнул:

— Недоразумение. Возможно, кто-то подшутил. А вы уж сразу про воровство.

Купцов снял патрон, повертел в руках и только тут заметил клочок бумаги, засунутый под кулачок патрона. Вытащил, развернул — на бумажке шариковой ручкой было выведено: «№ 2!» Купцов побагровел, сунул клочок в карман и ничего не сказал.

Купцовская бригада приступила к работе, остальные разошлись. Инцидент был исчерпан.