Осторожно, треножник! - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Александр Константинович Жолковский (ч. 119)

...

« Наше имя Равенство 7-2521… Нам двадцать один год. Наш рост шесть футов… Учителя и Начальники всегда выделяли нас и, хмурясь, говорили: “Равенство 7-2521, в твоих костях живет зло, ибо твое тело переросло тела твоих братьев”… [140] Мы родились проклятыми. Это всегда порождало в нас запрещенные мысли и недозволенные желания…. Мы стараемся быть похожими на братьев – все люди должны быть похожими. На мраморных воротах Дворца Мирового Совета высечены слова…: “ Мы во всем, и все в нас . [141] Нет людей, есть только великое Мы . Единственное, неделимое, вечное”» (гл. 1, начало).
«Сегодня Золотая вдруг остановились и сказали:
– Мы любим вас. – Затем, нахмурившись, покачав головой и беспомощно взглянув на нас, прошептали: – Нет, не то. – Они помолчали и медленно-медленно, запинаясь, как ребенок, который только учится говорить, произнесли: – Мы одни, единственные, и любим вас одного.
Душа наша разрывалась в поисках слова, но мы не нашли его….» (гл. 9). [142]
«Это случилось, когда я читал первую книгу, которую нашел в доме. Я видел слово – “ я ”, и, когда понял его, книга выпала из моих рук и я заплакал… Я рыдал, чувствуя свободу и жалость к человечеству. Я понял благословенную вещь, которую называл проклятьем. Я понял, почему лучшим во мне были мои грехи и преступления и почему я никогда не чувствовал за них вины… И вот я позвал Золотую и рассказал ей обо всем, что понял. Она посмотрела на меня , и первые слова, сорвавшиеся с ее губ, были:
– Я люблю тебя …
…И здесь, над воротами моей крепости, я высеку в камне слово, которое станет моим маяком и знаменем… Это священное слово – EGO » (гл. 12, конец).

Надо сказать, что в оригинале поворот от первого, неудачного, объяснения в любви к финальному, успешному, лингвистически не столь эффектен, как в русском переводе, – ввиду отсутствия в английском отдельного слова для местоимения 2 л. ед. ч. [143] Так что, ничего, кроме I love you = Я люблю Вас/вас , современная англоязычная героиня сказать и не может, – в отличие от шекспировской Джульетты, которая при первом полу-знакомстве с переодетым Ромео обращается к нему на you , [144] но при следующем, уже любовном, объяснении, переходит на thou . [145] Кстати, игра с обращением на ты/вы/you пронизывает «Двадцать сонетов к Марии Стюарт» Бродского (1974), в Пятнадцатом из которых отсылка к двойственности английского you обнажается:

…Не то тебя , скажу тебе , сгубило,

Мари, что женихи твои в бою

поднять не звали плотников стропила;

не « ты » и « вы », смешавшиеся в « ю »…

Возвращаясь к Айн Рэнд, повествование от имени мы получилось у нее, в общем, довольно топорным, но тем самым и неустойчивым и, значит, повышающим желанность финальной модуляции в я . [146]

Не то чтобы к роковому 1917 году русская литература не располагала опытом работы с обезличивающим мы . Тема чеховской «Душечки» (1899) – полное растворение заглавной героини в ее партнерах (первом муже, втором муже, третьем, невенчанном сожителе и, наконец, оставленном на ее попечение гимназисте), оборотной стороной которого оказывается вампирическое поглощение ею их личностей (приводящее к смерти обоих мужей, отъезду сожителя и протестам мальчика). Оригинальной словесной проекцией этой темы является обыгрывание местоимения мы .

Сначала в рассказе вводится и укореняется лейтмотивная формула мы с… ( Ванечкой , а затем Васечкой ), сплавляющая Душечку и ее очередного мужа в единую личность: