«Это был не Прилепин, а Жолковский».
Над своей было пропавшей втуне, но теперь сделавшейся литературным фактом репликой я задумался, – как привык задумываться над художественными текстами, стал в нее вслушиваться, пытаться ее анализировать, и вскоре у меня забрезжило ощущение, что где-то я что-то такое уже читал и, значит, моим это mot является никак не на сто процентов.
Следы привели к великому афористу Юрию Олеше.