С чистого листа. Ведьма общей практики (СИ)

Глава 24

Следующее утро и половину дня я провела в обнимку с учебниками. И в очередной раз мысленно отблагодарила неизвестного автора: о сложных вещах он рассказывал простым языком. А вещи эти были действительно сложными. Хотя, на первый взгляд могло показаться обратное.

Сканирование ауры требовало больших затрат энергии, особенно для новичков, таких, как я, чей внутренний источник только набирал силу. Но в то же время эти занятия способствовали его росту — такая вот палка о двух концах. Главное — удержать баланс и не довести себя до истощения. В противном случае на восстановление уйдет от нескольких дней от нескольких недель.

Увы, я уже на собственном опыте знала, чем грозит это состояние. В первые несколько дней после начала учебы я так увлекалась процессом, что «потеряла берега», как любил выражаться мой папа — полдня запускала в воздух энергетические сферы, развлекалась простеньким телекинезом и попыталась взлететь на метле. Последнее, кстати, удалось. Секунд на десять-пятнадцать, за которыми последовало эффектное и болезненное приземление в засохший куст боярышника.

В итоге, помимо царапин и синяков, я заработала то, что автор называл «энергетическим коллапсом» — состояние, когда маг (как правило, начинающий) выжимает себя как постиранное белье перед сушкой.

И медитациями тут не отделаешься. В течение следующих трех дней я валялась в кровати: сине-зеленая, с трясущимися руками и ватными ногами. Попытки затолкать в себя еду, оборачивались тем, что через час с небольшим эта самая еда вылетала обратно тем же способом — читай, через рот.

Но урок вышел действенным — после того раза я научилась контролировать запасы энергии и прислушиваться к ощущениям собственного тела.

«Лишь научившись сохранять гармонию между телом и разумом, вы можете овладеть магией на достаточном уровне», говорилось в учебнике. Иными словами — в здоровом теле здоровый дух.

— Ну, все, я готова. Ложись.

— Вот так сразу? — уточнил Колдер. — А ты точно тот учебник читала? Вообще-то это можно делать и сидя, — добавил он с невинным видом.

Вот же гад.

— На пол, — спокойно ответила я.

Сам виноват. Доумничался.

Томас недоверчиво посмотрел на меня, но послушно встал с дивана и улегся на затертые от времени доски. Я опустилась на колени и устроилась рядом. Под ложечкой заворочалась уже знакомая щекотка — предвкушение чего-то неизведанного. Это началось с тех пор, как я взялась за учебу. Каждый раз, приступая к новому упражнению, я чувствовала, как по венам разливается коктейль из волнения и любопытства.

Итак, попробуем «отсканировать» ауру. Но для начала ее необходимо увидеть. Я закрыла глаза и обратилась к внутреннему источнику. Ощутив связь, и то, как моя собственная магия откликнулась на призыв, открыла глаза. Теперь, переходим непосредственно к объекту — а именно, распластавшемуся передо мной Томасу, которому сегодня отведена роль подопытного кролика. Точнее, волка.

Сдержав неуместную улыбку (для успеха необходимо сосредоточиться), опустила руку на его грудь. Ладонь тотчас ощутила биение сердца. В первые несколько секунд размеренное и ровное, но потом ритм ускорился. С чего бы это? Впрочем, и мое собственное прибавило темп. С удивлением для себя я вдруг обнаружила, что мне нравится к нему прикасаться. Стоп, Эгелина, не о том думаешь.

Я выдохнула и открыла глаза. Над его телом прямо в воздухе начала проявляться легкая дымка. Прозрачно-голубоватая, дрожащая, она постепенно обретала четкий контур, и вскоре обратилась вполне различимой фигурой, этакой «копией» настоящего Томаса, за исключением того, что была соткана из тумана.

Я замерла, а потом задышала часто-часто. Ладони вспотели. Неужели, получается?

— Ты это видишь? — шепотом спросила я. Голос срывался от возбуждения.

Томас легонько мотнул головой.

— У меня нет такого дара. — Он улыбнулся краешками губ. — И что там?

Внутри «копии» циркулировали потоки тумана, мерцали белые огоньки, и мои ладони чувствовали движение энергии. По ощущениям это напоминало уколы микротока.

— Думаю, жить будешь, — ответила я.

Волна первой эйфории отступила, и ко мне понемногу возвращалась способность шутить.

От ауры Томаса исходило ровное голубоватое свечение, вспышки огоньков говорили о силе и здоровье.

Зачарованная этим зрелищем и собственным успехом, я с восторгом изучала «фантома». С ума сойти! Это же… все равно что УЗИ или МРТ, но без громоздкого аппарата с магнитным излучением.

— Пациент скорее жив, — заключила я и добавила с хитроватой улыбкой, — разве что…

Томас нахмурился и посмотрел на меня.

— Что?

Я закусила губу и проглотила тихий смешок.

— Небольшое возбуждение в области…

— Ну, все, достаточно. — Он резко поднялся, и «фантом» растаял в воздухе. — Поздравляю, госпожа магичка, — Томас изо всех сил пытался сохранять невозмутимость. — Быстро учишься.

— Мне достался хороший подопытный образец, — ответила я, сдерживая улыбку, но она все равно предательски расплывалась. Впрочем, я не особенно с ней боролась.

Мне льстило, что удалось, сбить его с толку, вызвать смущение и… то самое, что вполне ясно отразилось в ауре.

— В следующий раз выставлю за это счет, — парировал он.

Теперь я знала, как выглядит аура здорового организма, но и за больным дело не стало. Несколько пациентов из Дома Исцеления вызвались добровольцами. Опасных для жизни последствий такой «скрининг» не нес даже в случае провала, но ошибаться все равно было нежелательно — в реалиях этого мира сканирование ауры было единственным способом заглянуть внутрь человеческого (и не только) тела.

— Все верно, — сказала я, закончив магическое «УЗИ» пациентки, у которой вначале своей работы предположительно диагностировала панкреатит, — это воспаление поджелудочной железы.

В верхнем отделе брюшной полости аура женщины имела бледно-желтый цвет и пульсировала сильнее, чем во всех остальных местах.

— Но пока еще в начальной стадии, — я ободряюще улыбнулась, когда заметила тревогу в глазах пациентки. — Мы вовремя его обнаружили и назначим вам лечение.

О том, что здесь оно, к сожалению, оставляет желать лучшего, я умолчала. Травы и порошки хоть и имели некий терапевтический эффект, но до уровня настоящих медикаментов не дотягивали.

— И помните, в вашем случае, главное: соблюдать диету.

Женщина понимающе кивнула.

— Я знаю. У меня сохранился листок с назначениями. — Она подняла голову и с надеждой взглянула мне в лицо. — Госпожа Эгелина, а, может, вы попробуете… ну… помочь с помощью магии?..

Ее слова стали отражением моих собственных мыслей. И все же имелось одно маленькое, однако, серьезное «но».

— Сейчас я нахожусь в процессе обучения, и пока ни рискну браться за магическое воздействие.

В отличие от сканирования ауры прямое вмешательство в организм требовало серьезной подготовки, и малейшая ошибка могла обернуться последствиями разной степени тяжести. Я же помнила главную заповедь медика — «не навреди».

— Понимаю, — согласилась женщина. — И все равно спасибо. — Она улыбнулась и достала из привязанной к поясу сумки кошелек. Вынула две медных монеты и протянула мне. — Возьмите.

С языка чуть было не сорвалось «что вы! Не надо», но я находилась не в том положении, чтобы отказываться. Долги все еще лежали у меня на плечах. И сами они себя, увы, не оплатят.

— Благодарю, — я улыбнулась в ответ и убрала монеты в карман фартука.

— Тебе надо составить прейскурант, — сказал Хотаф.

В конце рабочего дня я не стала юлить, и призналась ему, что взяла деньги «в обход кассы». Мастер честность оценил.

— Да, здесь вы правы. Надо этим заняться.

— Два медяка слишком мало за такого рода осмотр. Обед в таверне, и тот стоит больше. Предлагаю сделку: шесть медяков за диагностику ауры. Четыре забираете себе, два оставляете мне.

Раздел казался справедливым. Как ни крути — а я до сих пор работала на территории Хотафа, и старик имел право на долю выручки.

— Хорошо. Но у меня есть условие.

— Говори, — он приготовился слушать.

— Малоимущим скидки, а совсем бедным, но тем, кто нуждается в экстренной диагностике: бесплатно.

— Обижаете, иса Эгелина, — Хотаф покачал головой. — Еще не бывало такого, чтобы я оставил человека умирать на пороге, если ему нечем заплатить.

На моих глазах у ворот при смерти никто не валялся, но за недолгое время работы я видела, что некоторых мастер лечил бесплатно. И это еще одна причина, по которой мне нравилось в Доме Исцеления. Хотаф был деловитым и требовательным, но не растерял милосердия.

— По рукам, мастер.

Выйдя из чащи на полянку, я увидела, что в окне кухни горел свет. Значит, Томас уже вернулся. Утром мы вместе отправились в Дивную Долину: я на работу, а он в мэрию — просить у градоначальника доступ в архив.

Как только я шагнула за порог маленькой прихожей, в ноздри проник запах тушеного мяса и пряных трав. Кулинарные таланты Томаса ограничивались виртуозной нарезкой хлеба, а Дебора, ясное дело, физически не могла даже кастрюлю на огонь поставить, и потому на кухню я вошла, мягко говоря, в недоумении. Впрочем, через пару секунд все прояснилось.

— А вы как раз вовремя, леди Эгелина, — Билл широко улыбнулся.

Он отодвинул заслонку и, вооружившись ухватом, достал из печи котелок. Кухня тотчас наполнилась восхитительным ароматом. Желудок одобрительно заурчал.

— Ты еще и готовить умеешь! — я повела носом, с наслаждением вдыхая запах еды. — Повезет твоей будущей жене.

Билл вспыхнул и смущенно отвернулся.

— Ладно, — я поставила на скамью лукошко с продуктами, которыми закупилась еще в городе, — пойду наверх, переоденусь и спущусь, — поспешила сменить тему, а заодно ретироваться.

Мы решили дождаться Томаса, а уж потом садиться ужинать. Он пришел минут через двадцать: уставший и недовольный.

— Отказали, — раздраженно бросил Колдер. — Сведения, видите ли, разглашению не подлежат, — фыркнул он. — Можно подумать, это государственная тайна.

— Есть хочешь? — спокойно поинтересовалась я.

— Хочу, — Томас плюхнулся на скамейку, и, казалось, только сейчас обратил внимание на запах еды.

Хотя… с волчьим-то обонянием… наверняка учуял жаркóе еще на подходе к дому.

— Вкусно. — Он проглотил очередной кусок мяса, посмотрел на меня и уважительно кивнул. — Может, тебе еще и харчевню открыть?

— Это Билл, — я улыбнулась и кивнула в сторону парнишки.

— Меня госпожа Бригетта научила, — сказал тот. — Фирменный рецепт.

Он пустился в рассказ о тонкостях приготовления телятины и выбора специй, «правильной» посуде и времени томления, а я вдруг поймала себя на том, что, впервые за все время пребывания здесь испытала ощущение дома. Тепла, и мягкого умиротворения.

На улице стонал ветер, били по стеклу тяжелые капли дождя, а я была здесь — в уюте, спокойствии и окружении тех, кто стали мне дороги.

— Ты чего? — удивился Томас, когда я улыбнулась собственным мыслям.

— Ничего, — я пожала плечами. — Просто хорошо. — Взглянула на него, а затем на Билла, — Что мы втроем вот так… сидим здесь, ужинаем.

На секунду в его глазах отразилось что-то такое, чего раньше я не замечала, но миг спустя оно исчезло, будто он сам испугался этого чувства.

— Вроде и не пила, а на сантименты уже потянуло, — усмехнулся он.

— Ну, знаешь, вообще-то…

— Тихо! — Томас накрыл мою руку своей.

— В чем дело?

— Помолчи, — он приложил палец к губам.

Я нахмурилась, но возражать не стала. Билл тоже притих. Несколько секунд мы сидели в тишине, не считая шума ветра и дождя за окном.

— Там кто-то есть, — шепотом сказал Томас.

— Где?

Вдоль позвоночника пробежал холодок. Я огляделась.

— На улице.

— Я ничего не слышу, — Билл вытянул шею и растерянно посмотрел в окно. — И не вижу.

— Это потому, что ты человек.

Томас поднялся и бесшумно направился к окну.

— Сидите там, — не оборачиваясь, он выставил руку, веля нам оставаться на месте.

Билл, не вставая, потянулся к разделочному ножу, лежащему на выступе печи. Я «слепила» энергетическую сферу. Не в меру богатое воображение подкидывало догадки — одна другой жутче.

— Ну что? — спросил он. Голос срывался от напряжения. — Видишь кого-нибудь?

В ответ Колдер шикнул и взмахнул рукой. Билл снова замолчал.

— Это человек.

— Ты его видишь? — Мышцы напряглись, сфера в ладони заискрилась.

— Чувствую, — отозвался Томас.

Ах, ну да — он же волк.

Страх немного отпустил. Человек, даже если их несколько, и пришли они с дурными намерениями — лучше, чем одна инфернальная тварь.

— Он один, — Томас прижался к стене и выглянул в окно. — Идет к двери.

Через несколько секунд, в подтверждение его слов, раздался тихий стук.

— Не двигаться, — строго предупредил охотник. — Сам разберусь.

Он остановился возле двери и посмотрел в глазок.

— Ну?! — Билл заерзал на табурете. — Кто там?

— Никого не вижу. — Томас обернулся к нам. — Но он там.

Стук повторился.

— Кто там? — спросил Колдер. Голос был спокоен, но в нем ясно слышались угрожающие нотки.

— Я, — робко пискнули с той стороны. — Откройте пожалуйста, тут мокро очень.

Голос показался смутно знакомым. Постойте-ка. Это же…

Томас открыл дверь.

На пороге, переминаясь с ноги на ногу, стояла Арин. Племянница Барта Клифтона.