С чистого листа. Ведьма общей практики (СИ)

Глава 47

Весь замысел строился на чистой теории, но что еще оставалось? Речь шла уже не только о моей жизни: если не остановить графиню сейчас, ее аппетиты будут расти. Девочки и юные девушки продолжат умирать. Скорее всего, в один прекрасный день она доберется и до Арин.

— Твои способности превосходят мои, — ответила я.

Если хочешь, чтобы ложь выглядела убедительной — держись как можно ближе к правде.

Графиня по-прежнему щурилась и глядела на меня с недоверием.

— Что? — я расставила руки. — Видишь: я здесь, в твоей власти. Арин и Бригетта не успели уйти далеко, и не в моих интересах рисковать их жизнями.

Она не доверяла мне, это было очевидно, но и времени оставалось все меньше. Я решила поторопить ее.

— Сегодня днем меня арестовали инквизиторы. Обвиняют в убийстве тех несчастных. Я смогла сбежать, но… они скоро очнутся и наверняка бросятся в погоню. На дороге остались следы, и это приведет их сюда. Возможно, они уже близко.

Графиня замерла и прислушалась. Кроме рыка и ударов в дверь других звуков не было слышно.

— И ты думаешь, они успеют прийти тебе на помощь? — леди эль Фэнтон криво усмехнулась.

Это был частичный успех: она заглотила наживку, подумав, что я хочу запугать ее.

— Кто знает. Инквизиторы — ребята быстрые. Еще не поздно отказаться от своего замысла.

Я затаила дыхание в ожидании ее реакции.

— Не знаю, что за игру ты затеяла, — фыркнула она, — но ничего у тебя не выйдет.

«Возможно», подумала я. Однако, других вариантов не было. И все же у меня оставался козырь, о котором эль Фэнтон не знала, и, скорее всего, даже не подозревала. Другой вопрос — насколько сей козырь окажется полезным? Я понимала и отдавала себе отчет, что, возможно, умру этой ночью, но старалась (хоть и получалось неважно) не позволять мозгу зацикливаться на чем-либо, не имеющим отношения к делу. А значение сейчас имело только одно — надо остановить графиню. Или хотя бы дождаться помощи. Да хоть инквизиторов!

Графиня медлила. Не то, что бы я так уж стремилась проверить свою теорию, но с каждой минутой ожидание становилось все более мучительным. Самообладание подходило к концу, а терять его мне было никак нельзя.

Дверь содрогнулась под очередным натиском, и старое дерево натужно скрипнуло.

— Пора с этим заканчивать, — выдохнула графиня.

С губ слетел нервный смешок, когда я осознала, что в этом вопросе мы полностью солидарны.

— Даже не думай, — прошипела она, увидев сферу в моей ладони.

Сгусток энергии вспыхнул и погас. Я попыталась слепить новый, но не смогла. Даже микротоков не ощутила. Такое было впервые, но я знала, что оно значило — графиня блокировала мой собственный источник. Дело дрянь. Значит, она сильнее, чем я предполагала. Гораздо сильнее.

— Сюрприз, маленькая дрянь, — хрипло засмеялась она. — Думала обмануть меня? — эль Фэнтон покачала головой. — Значит, урок ты не усвоила.

Она подошла ко мне, и теперь наши лица разделяли всего несколько сантиметров.

— Эта выходка будет стоить жизни не только тебе, — чуть склонившись к моему уху, проворковала графиня. — Помнишь, что я говорила насчет вранья? Сегодня умрешь не только ты, но и ты твои друзья. Хочешь увидеть их смерть?

Я втянула ноздрями воздух и медленно выдохнула. Успокойся, Лина. Надо взять себя в руки. Внутри меня колотило от ужаса, но каким-то чудом мне еще удавалось сохранять видимость спокойствия. Хотя, графиня, при ее-то способностях, наверняка чувствовала ту бурю эмоций, что клокотала в груди.

Она посмотрела мне в глаза. Ментальный блок, который я выставила на подходе к дому, пока держался, но на сколько еще его хватит?

— Хотелось бы сперва увидеть твою. Хотя нет: в отличие от тебя, я не убийца, как так что лучше посмотрю на тебя за решеткой.

Графиня оскалилась.

— Мечтать не вредно.

Она отступила на несколько шагов, делая вид, будто разглядывает меня получше: склонила голову набок, изящно почесала ноготком острый подбородок…

— Маленькая глупая мышка, вообразившая, что может обхитрить кошку, — вздохнула она. — Графиня ласково улыбнулась. — И, тем не менее, я рада нашему знакомству.

Невидимая сеть по-прежнему держала меня в своих объятиях. Узлы затянулись еще крепче, и я невольно шикнула от боли, что, без сомнения, понравилось леди эль Фэнтон. В ее голубых глазах отразилось садистское удовольствие.

Она вновь подошла ко мне, встала вплотную, а потом… Боли я не почувствовала: только головокружение и слабость в ногах. Меня словно накрыли одеялом: невидимым, но очень тяжелым. Картинка перед глазами расплывалась: лицо графини, алчный блеск в ее глазах теряли очертания, сливались, затянутые дымкой. Так вот, значит, что чувствовали те несчастные, когда она выпивала их жизнь?.. Эта мысль медленно проплыла в угасающем сознании — меня и саму будто уносило течением реки. Если я ошиблась — значит, это конец.

Свет померк.

Издалека донесся какой-то приглушенный звук. Я слышала его, но не могла определить, откуда он исходил, ровно как и его природу: был ли это голос или нечто иное. Затылок, лопатки и ягодицы ощущали твердую поверхность. Неровную, холодную. Этот же холод проникал под кожу, растекался по венам. Голова болела — не столько сильно, сколько нудно. Мышцы ломило, в ушах стоял тоненький звон.

Но это же хорошо, да? Если чувствую, значит, жива. Получилось! Вспышка радости пронзила от пяток до макушки. Я оказалась права. Как бы сильно ни хотелось вскочить, пришлось подавить это желание. Партия еще не сыграна.

Не открывая глаз, не двигаясь и затаив дыхание, я, прислушалась. Сделать это оказалось непросто, но за звоном в ушах мне удалось различить шаги. Легкие, осторожные.

Они медленно приближались, и замерли совсем близко — край шелковой ткани (подол платья?) щекотал мою руку.

Я слышала ее дыхание — учащенное, взволнованное. А вот самой мне воздуха уже не хватало. Держись, Лина. Потерпи еще немного.

Острый мысок туфли легонько пнул под ребра. Я не отреагировала, как если бы была бездыханным трупом.

Еще через несколько секунд она опустилась на корточки рядом со мной.

— Спасибо за жизнь, Эгелина.

Все так;t не шевелясь, я прислушалась к сигналу источника. Блок, который выставила графиня, рассеялся. А, может, она сама убрала его. Оно и понятно — зачем тратить ресурс на покойницу?

«Боженька, миленький, если ты существуешь — помоги мне».

— Что за?.. — выругалась леди эль Фэнтон, когда поняла, что я все еще дышу.

— Сюрприз, ваша светлость.

Заряд сферы получился вдвое слабее, но, тем не менее, его оказалось достаточно, чтобы отбросить графиню на пару метров. Скорее всего, сыграл роль эффект внезапности.

Я перекатилась на бок и, не вставая, набросила на нее сеть. Голова кружилась, к горлу подкатывала тошнота.

Эль Фэнтон взмахнула руками, но лишь усугубила положение — чем отчаяннее было сопротивление, тем сильнее делалась сеть. Она забирала ресурс у пленника ресурс.

— Как… — выдохнула графиня. Она ненадолго оставила попытки вырваться.

Покачиваясь, я встала на ноги и подошла к ней. Колени подгибались, а из носа, кажется, шла кровь. Проведя под ним рукой, я поняла, что не ошиблась. На тыльной стороне ладони осталась красная полоса.

— Ты должна быть мертва!

— Я и умерла. Точнее, умерло мое прежнее тело. Это случилось еще несколько месяцев назад. — Я остановилась возле нее и осторожно присела.

Злость в ее глазах сменилась страхом.

— А потом, когда тьма рассеялась, я очнулась здесь, в этом теле.

— Ты должна быть мертва! — взвизгнула графиня.

И куда только подевалось ее красноречие? Наверное, туда же, куда и аристократическая выдержка.

— Я тебя убила!

— Не совсем. Ты забрала ту энергию, что осталась от прежней хозяйки тела.

В книгах, которые хранились в коттедже, было кое-что и о «попаданцах». Этот раздел я по понятным причинам изучала с особой тщательностью.

После физической смерти душа отправлялась в иные миры, но часть жизненной энергии какое-то время еще оставалась в теле и, рассеивалась спустя час-полтора. Но если до этого времени в тело каким-либо образом попадала новая душа, энергия сохранялась. Физиологические процессы: сердце и кровообращение удерживали ее, как магнит.

Вот и получалось, что несколько месяцев я в некотором смысле «делила» тело с кусочком души настоящей Эгелины.

— Это тебя не спасет!

Графиня оскалилась и попыталась вырваться.

— Вообще-то уже спасло, — раздалось за моей спиной.

Я вздрогнула и обернулась.

Рядом стояла настоящая Эгелина. Точнее, ее призрак. Или фантом. Не знаю. В тот момент, от шока я и двух слов-то связать не могла. Не то, что анализировать.

— Ну, здравствуй, — призрачная Эгелина подошла ко мне и мягко присела рядом.

Она была соткана из тумана, но выглядела как живой человек. Живой и вполне довольный происходящим.

— Здравствуйте.

Сказать, что я чувствовала себя неловко — не сказать ничего. Фактически это было как… как… да тут, пожалуй, даже аналогию не подберешь. Передо мной стояла та, чье тело теперь принадлежало мне. Никаких слов не хватит, чтобы описать такое.

Настоящая Эгелина улыбнулась, и я с облегчением поняла, что она не сердится. Ну, а мало ли что? Не знаю, как бы отреагировала я, увидев, что чужака в моем «биоскафандре».

Графиня в очередной раз дернулась и издала какой-то неопределенный звук. И тут я поняла, что сеть держалась не только моими усилиями — Эгелина тоже внесла свой вклад.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга. А потом она рассмеялась. Негромко, но ее звонкий голос все равно взметнулся под потолок и эхом отлетел от стен.

— Видела бы ты себя со стороны.

— Я и вижу, — ко мне, потихоньку возвращалась способность ясно выражать мысли. — Прямо сейчас. Но… как ты тут оказалась?

Она пожала плечами.

— Я и не уходила. Просто не афишировала свое присутствие.

Сюрприз номер два. Выходит, все это время Эгелина наблюдала за мной.

— Да, знаю, шпионить нехорошо, — согласилась она. — Но я должна была убедиться, что ты освоилась. И справляешься. — Девушка благосклонно кивнула. — И ты не подвела меня.

В этот момент раздался грохот. Хлипкие двери сорвались с петель, и в комнату влетел огромный волк. Он приготовился к прыжку, обвел помещение воинственным взглядом и замер, увидев призрачную Эгелину.

— Познакомься, Томас, это настоящая Лина. — Я посмотрела на него, затем на девушку, — Лина, это Томас. И он оборотень. Впрочем, думаю, ты и так это знаешь.

Волк моргнул желтыми глазами и теперь больше напоминал растерянного ретривера, нежели грозного хищника.

И хотя самообладание вернулось к нему с заслуживающей восхищения быстротой, заговорить он не успел. Внизу, судя по всему, в холле, громко хлопнули двери. Следом раздался топот — человек пять, не меньше.

— В сотый говорю вам: никакая она не убийца!

Я замерла. Прислушалась. Обернулась к Томасу, поймала его взгляд и поняла, что не ошиблась. Билл.

— Не мешай, парниша, не то и тебя повяжем.

Голос принадлежал инквизитору. Тому самому, что ударил меня по лицу.

— Томас, не надо! — крикнула я, увидев недобрый блеск в волчьих глазах. — Нам и так проблем хватает!

Шум приближался. Теперь топот крики слышались уже на лестнице.

— Нельзя, чтобы они увидели меня, — сказала Лина. — Иначе поймут, что ты из другого мира. Я еще вернусь. Но позже.

Она растворилась в воздухе, и сделала это очень вовремя — миг спустя в комнату ворвались инквизиторы.