С чистого листа. Ведьма общей практики (СИ)

Глава 40

— Дебора! — крикнула я, забыв о том, что секунду назад сама велела Биллу говорить шепотом. — Где тебя черти носили?!

Последнее, конечно, грубовато, особенно учитывая благородное происхождение и преклонный возраст совы, но в тот миг эмоции взяли верх.

Я бегом спустилась по лестнице.

— Приношу свои извинения, юная леди.

Дебора опустилась на полюбившуюся ей каминную полку.

— Ты хоть понимаешь, что я передумала за эти дни?

Меня раздирали противоречивые чувства, и я не могла сказать, чего именно мне хотелось больше: сгрести ее в охапку или схватить за лапы и как следует встряхнуть.

— Но сейчас-то я здесь, — сова пожала крыльями. — А вот вам, юная мисс, следует научиться держать себя в руках.

Ее викторианское спокойствие, определенно, заслуживало восхищения, но мне было не до восторгов.

— Никогда так больше не делай, — буркнула я.

Шторм в груди немного улегся.

Дебора проследила за мной удовлетворенным взглядом, дождалась, пока я усядусь на диван, а затем повернулась к Биллу.

— Окажите нам любезность, юный джентльмен: приготовьте чаю.

Билл не пришел в восторг от выделенной ему роли официанта, но спорить не решился. Дебору он побаивался. Единственная форма протеста, которую он позволил себе — зыркнуть на нее исподлобья. Сова, впрочем, и бровью не повела.

— К чему все эти церемонии? — спросила я, когда он скрылся в кухне.

Ее долгое отсутствие могло означать лишь одно — есть новости. Задержалась она сама или по чьей-то воле — в любом случае ей было, что рассказать.

— Добрый чай помогает успокоить нервы.

Ох, уж мне эти британские традиции! Даже если сейчас, в эту минуту коттедж атакуют полчища монстров, Дебора и с места не двинется, пока мы не опустошим чайник.

Билл вернулся минут через десять. В котелке, к счастью, еще оставалась теплая вода и на то, чтобы вскипятить ее заново, много времени не ушло. Из гостиной я слышала, как он гремел посудой, разбил что-то, а затем выругался себе под нос.

— Вот. — Он вернулся и шлепнул на стол поднос.

Керамические чашки жалобно звякнули, а из-под крышки, через бортик заварника

выплеснулась вода.

— Ну? — от нетерпения я уже постукивала ногой. — Выкладывай.

Если она сейчас скажет ждать, пока заварится чай, клянусь, что превращу ее в жабу.

— Где ты была?

— Там, куда вы меня отправили, мисс.

— И? — Билл заерзал в кресле. — Вы нашли поместье графини?

Дебора покачала головой.

— Увы, нет. Но выяснила нечто другое. Правда, для этого, как видите, пришлось задержаться.

Только сейчас я заметила, что она встревожена, и все чайные церемонии были лишь попыткой вернуть утраченное равновесие.

— Что ты узнала, Дебора? — мой голос прозвучал спокойно, но внутри все сжалось, как пружина, вот-вот готовая распрямиться.

Дебора посмотрела на Билла, затем на меня. Настенные часы отбивали секунды в тишине. Тик-так. Тик-так.

— В Кабаньем Овраге происходит то же, что в Дивной Долине.

И я, и Билл сразу поняли, о чем речь, но, в слабой надежде получить опровержение мрачной догадке, я переспросила:

— В каком смысле?

— Несколько месяцев назад там погибли две девушки. — Короткое молчание. — Точь-в-точь как те бедняжки из нашего городка.

К таким новостям я была не готова. Кабаний Овраг находился всего в паре десятков миль от нашего городка, но до этого момента мне казалось, что все происходящее не выходит за пределы Дивной Долины. Ведь, если «эпидемия» внезапных смертей появляется сразу в нескольких местах, это неизбежно привлекает внимание властей, разве нет? Оба населенных пункта находились под юрисдикцией Анкорета — так почему до сих пор никто из управления не заинтересовался загадочной «хворью», поражающей исключительно юных девушек?

— Поэтому я и задержалась, — сказала Дебора. — Хотела узнать побольше.

— И?

— И ничего, — она развела крыльями. — Только то, что обе девушки были не старше двадцати и умерли внезапно.

— А констебли? — спросил Билл.

— Их там нет. — Дебора покачала головой. — Это деревня. Глухая деревня. Все решает совет старейшин, которые, насколько мне удалось выяснить, не отличаются ни умом, ни образованием.

Я вспомнила свой первый день в этом мире. Взбешенная толпа готова была растерзать меня без суда и следствия. Какие уж тут разбирательства.

— То есть, эти случаи просто оставили без внимания.

— Не совсем, — вздохнула Дебора. — Я летала под деревне, подслушала, чего уж греха таить, — она фыркнула, — не могла же я заговорить с ними, верно?

Даже в такой ситуации она испытывала неловкость за свое поведение.

— Никто не винит, тебя, Дебора, — я поспешила ее успокоить. — Тем более, учитывая местные традиции, тебя, наверняка сочли бы виновницей всех несчастий.

Легко представить, какой ужас вызвала бы у них говорящая сова. Дебора, к счастью, оказалась достаточно умна, чтобы не светиться.

— И что вы выяснили? — от напряжения Билл постукивал кончиками пальцев по крышке стола.

— Сведения могут быть не точными, — осторожно предупредила сова. — В общем, из того, что я поняла по обрывкам разговоров, в смертях девушек обвинили некую пожилую женщину. — Она замолчала.

— И… — Билл нервно сглотнул, — что с ней сделали?

Дебора посмотрела на нас долгим тяжелым взглядом.

— Аутодафе.

— Что? — не понял Билл.

— Это значит, ее сожгли на костре, — тихо пояснила я.

Билл потрясенно замолчал.

— Дикари какие-то… — проворчал он, когда взял себя в руки. — У нас тут отродясь никого не сжигали.

— И после этого смерти прекратились? — уточнила я.

Дебора кивнула.

Какое-то время мы сидели в тишине.

— Когда, говорите это случилось?

— Около трех месяцев назад.

То есть, вскоре после того, как Томас увез меня в Дивную Долину. Вот уж, действительно, повезло.

— Ну, ежу же понятно, что та несчастная не при чем, — сказал Билл после короткого молчания. — Иначе, почему тогда это перекинулось к нам? — Он почесал затылок. — Может, рассказать все градоначальнику?

— А доказательства? Формально здесь нет никакой связи.

В последние время я и сама думала о том же, но знала, что никакие мои доводы не будут восприняты всерьез. Тем более сейчас в городке было относительно тихо, и всех, включая мэра, это вполне устраивало. Не говоря уже о том, что ни в одном из заключений о смерти не фигурирует слово «убийство».

— Нет, Билл, — вздохнула я. — Помощи нам ждать неоткуда.

— Значит, сами во всем разберемся!

Он (кто бы сомневался!) был исполнен решимости хоть сейчас кинуться в бой.

— Поедем в Кабаний Овраг. — Билл положил руку мне на плечо. — Вы их не бойтесь, Лина: если сунутся к вам, будут иметь дело со мной.

Я улыбнулась. Храбрости парнишке не занимать.

— Да вы и сами накостылять можете, — он тихо засмеялся.

За последние месяцы я неплохо продвинулась в магии, в том числе и боевой, хотя не делала на нее упор — мне больше нравилось исцелять людей, нежели калечить их. Но любому человеку (особенно, если вы незамужняя девушка, живущая в лесу) надо уметь постоять за себя.

Я выучила несколько базовых приемов, и теперь, в случае необходимости могла обезоружить, обездвижить, а если и это не поможет — отправить в отключку. Была еще пара-тройка мощных заклятий, но я бы решилась использовать их лишь при самом худшем раскладе. Они требовали больших затрат энергии, но главное — могли быть смертельно опасными для того, против кого направлены. А становиться убийцей я не хотела.

— Вдвоем мы туда не поедем. Дождемся Томаса.

Неизвестно, что ждет в Кабаньем Овраге, и с какой силой нам предстоит столкнуться.

Арин проснулась на рассвете. И, конечно, тотчас вспомнила о вчерашнем уговоре «попробовать новую штуку».

— Мы условились после завтрака, — напомнила я. — Уговор есть уговор.

Уже через десять минут она сидела на кухне и заглатывала кашу под аккомпанемент моих «не торопись», «жуй, как следует, а то подавишься». Закончив, торопливо вытерла губы салфеткой, вымыла за собой тарелку (о, боги!) и побежала в гостиную.

— Ну? — Арин сидела на ковре и елозила от нетерпения. — Начинаем?

Я села рядом.

— Ты слышала про амулеты связи?

Она задумалась.

— Ну… в общем-то да. Но не так много.

Я и сама узнала о них совсем недавно.

— Они как… средство общения между магами. Один из них будет у тебя, а второй у меня.

— И, если кто- то из нас окажется в беде, он сможет позвать на помощь, — договорила Арин.

— Именно.

Амулеты были своего рода «тревожной кнопкой». Общаться через них не получится, но можно подать сигнал. И главное — этот сигнал давал наводку о местонахождении владельца. Проще говоря, нечто вроде GPS-трекера.

Как только я узнала об их существовании, сразу решила, что нам с Арин они необходимы. Я не могла находиться возле нее круглосуточно, и мне будет спокойнее от осознания, что в любой момент она может связаться со мной.

— Хочешь попробовать?

— Конечно! — у нее аж глаза засветились.

Другого ответа я и не ждала.

— Тогда надо выбрать предметы.

Это однозначно должно быть что-то, не привлекающее внимания: Клифтон не должен ничего заподозрить. Арин предложила сплести одинаковые браслеты: в прошлый раз мы нашли в кладовке несколько баночек с блестящим разноцветным бисером.

— Лучше, если это будет то, что дядя уже видел на тебе, — мягко возразила я.

Арин задумалась, а потом взялась за тонкую нитку речного жемчуга у нее на шее.

— Это подойдет?

— Вполне.

Моим амулетом стала деревянная заколка.

Осталось самое главное (и самое сложное) — установить между ними связь.

Трудности меня не пугали. Еще в юности, когда я только-только готовилась к вступительным экзаменам в медицинский и тряслась от страха, мама дала простой, но очень важный совет. Если слово «проблема» заменить на «задача» мозг автоматически перестраивается.

Эта маленькая уловка помогала мне в течение всей жизни, а в новом мире, когда все, во что я верила, полетело кувырком, оказалась незаменимой. Но главное — мне нравилось приручать собственную магию.

Закончили мы лишь к вечеру. Вложить в каждый из амулетов часть ауры и «запечатать» внутри оказалось не сложно, а вот установить связь… Внутри дома амулеты реагировали отлично, но, как только расстояние увеличивалось, контакт прерывался. Пришлось начинать все сначала. И так пять раз.

«Задача, задача, задача», мысленно повторяла я, когда, после очередного провала мне хотелось опустить руки.

— Если не получится сегодня, не страшно, — сказала Арин, когда мы стояли на крыльце, куда вышли перевести дух. — Продолжим завтра. Нам же не горит.

В том-то и дело, что я не могла сказать наверняка. Город вернулся к привычному ритму жизни, но как долго продлится затишье? А еще Арин с ее привычкой гулять по лесу среди ночи. Она обещала, что впредь это не повторится, вот только… то же самое я слышала от нее в первый раз.

Нет, уж чем раньше сделаем амулеты, тем лучше.

— Идем, — я мягко обняла ее за плечи и повела обратно в дом. — Попробуем еще раз.

Через час с небольшим мы стояли в гостиной и держали в раскрытых ладонях свои амулеты.

— Ну… — выдохнула я. — Давай.

Арин шепотом произнесла слова, и заколка в моей руке ответила слабым разрядом. В пределах комнаты сигнал был отличный.

— Отлично. Посмотрим, что будет на улице.

Я вышла на крыльцо и скрестила пальцы за спиной.

Следующие несколько секунд показались мне неестественно долгими, а потом… Заколка вспыхнула неярким голубым светом и, я ощутила легкую вибрацию. Действует!

Я спустилась с крыльца и дошла до ручья в центре поляны. Амулет продолжал мерцать.

Чуть позже мы повторили эксперимент уже с бусами Арин. Заклинание сработало, по крайней мере, в пределах поляны.

— Билл проводит тебя, — сказала я. — А как окажешься дома, попробуешь уже из своей комнаты.

Она не хотела возвращаться, но понимала, что задерживаться опасно. Фантом скоро исчезнет, к тому же он все равно не может быть полностью идентичен владельцу, и если Барт почует неладное…

— Увидимся на следующих выходных. Только, пожалуйста, не ходи больше в одиночку.

Дни текли своим чередом. Я продолжала лечить Марту, обедала в таверне, а по вечерам исправно получала сигналы от Арин. Амулеты действовали. Мы разработали простенькую систему: один сигнал значил «проверка связи, все хорошо», два «нужна помощь», а три «Беда!». Впрочем, я надеялась, что до последнего не дойдет.

Томас по-прежнему не объявился, но в один из дней я случайно уловила кусок беседы завсегдатаев «Бригетты»: один из них только что вернулся из соседней деревни и сообщил, что гоблинов там оказался целый выводок.

— Нашему охотничку придется попотеть, — он хлопнул кружкой о стол.

Значит, в ближайшие дни Томас не объявится. Я скучала по нему, но теперь к этому чувству добавилась тревога: выводок гоблинов! Он мог постоять за себя лучше, чем все местные сорвиголовы вместе взятые, но это не значит, что он неуязвим.

Отвлечься от ненужных мыслей помогали визиты к дор Ховенам: после каждого сеанса Марте становилось лучше, а опухоль стремительно уменьшалась.

Когда я пришла к ним в воскресенье, Марта, впервые за все время встретила меня лично: ноги пока еще держали ее нетвердо, но, учитывая, что прежде она не могла даже сесть без посторонней помощи, это был прогресс.

После сеанса они с Петером уговорили меня остаться на чай.

— Вы волшебница, Эгелина, — сказала Марта, наливая вторую чашку подряд.

— Ну… есть немного.

День за днем, наблюдая изменения, которые происходили с ней, я понимала, что нашла себя.

Мы договорились встретиться завтра.

— Думаю, этот сеанс будет последним.

От опухоли осталось всего ничего, и я не сомневалась, что смогу расщепить ее за один прием.

— Мне больше нравится слово «крайний», — поправила суеверная Марта.

Я, конечно, могла бы поспорить, но зачем? Болезнь отступила, и это главное.

Перед тем, как вернуться в коттедж я решила заглянуть на рынок. Запасы порошков подходили к концу, да и обычные продукты закупить не помешает.

…Основательно потяжелевшая корзинка оттягивала руки, но я была довольна: мне удалось восполнить запасы и неплохо сэкономить. Умение торговаться жители Дивной Долины впитывали, казалось, еще с молоком матерей, мне же, как попаданке, пришлось учиться этому искусству по ходу событий. Сперва было неловко, потом выходило неуклюже, но уже через пару месяцев я освоилась, и запросто могла сбить цену, не оскорбляя чувств продавца и не унижаясь сама.

Довольная собой и миром вокруг, я миновала узкий переулок и вышла на ратушу.

— Иса Эгелина дор Брант.

Я остановилась, услышав собственное имя. Огляделась. В жаркий полуденный час ратуша пустовала, но с левой стороны в мою сторону направлялись двое мужчин. Походка у них была армейская, чеканная. Когда они подошли ближе, я смогла разглядеть одинаковые серые костюмы: брюки, кителя с медными пуговицами, подпоясанные черными ремнями, на которых покачивались ножны. Одежда напоминала униформу констеблей, но все же отличалась.

— Чем могу помочь, господа? — спросила я, хотя уже смутно догадывалась, что помощь, кажется, понадобится мне самой.

Вот только никаких проступков я не совершала.

Один из них протянул мне бумагу.

— Что это? — солнце светило мне в глаза, и я поднесла ладонь ко лбу.

— Ордер. На ваш арест.